Уали хан и судьба ханской власти в Среднем жузе — от наследия Абылая к реформе 1822 года

Уали хан — хан Среднего жуза, сын Абылай хана, правивший в конце XVIII — начале XIX века, когда традиционная ханская власть в казахской степи вступила в период глубокого кризиса. Его правление стало переходным временем между эпохой сильного личного авторитета Абылая и административными реформами Российской империи, которые в 1822 году фактически ликвидировали ханский институт в Среднем жузе.

История Уали хана важна не только как биография одного правителя. Она показывает, как менялась сама природа власти в казахском обществе: хан уже не мог опираться только на происхождение, военную славу, поддержку родов и дипломатическое лавирование. Всё большее значение приобретали пограничная администрация, российские укреплённые линии, чиновничьи решения, конкуренция султанов и внешнее признание.

Уали унаследовал от Абылая не готовую государственную систему, а сложное политическое равновесие. Его нужно было удерживать между родами Среднего жуза, султанскими группами, биями, старшинами, Российской империей и Цинским Китаем. Именно поэтому судьба Уали хана стала символом последнего этапа ханской власти в Среднем жузе.

Средний жуз после Абылая: наследие сильной власти и новые противоречия

После смерти Абылай хана перед Средним жузом встал вопрос не только о преемнике. Нужно было понять, сохранится ли сама политическая система, которая при Абылае держалась на его личном авторитете, военном опыте, дипломатическом таланте и умении соединять разные интересы степной элиты.

Почему эпоха Абылай хана была трудно наследуемой

Абылай хан сумел стать фигурой, вокруг которой концентрировались ожидания разных групп казахского общества. Для одних он был военным лидером, связанным с борьбой против джунгарской угрозы. Для других — дипломатом, который лавировал между Россией, Цинской империей и среднеазиатскими центрами. Для третьих — ханом, способным удерживать баланс между султанами, биями, батырами и родовыми группами.

Такой тип власти трудно передать по наследству. Династическое происхождение давало Уали высокий статус, но не автоматически обеспечивало тот уровень доверия, который имел Абылай. В казахской политической культуре ханская власть зависела не только от крови Чингизидов, но и от признания общества, способности защищать интересы родов и умения быть посредником в конфликтах.

Средний жуз как сложное политическое пространство

Средний жуз не был централизованным государством в современном смысле. Это было огромное степное пространство, где власть распределялась между ханом, султанами, биями, старшинами, батырскими авторитетами и родовыми объединениями. Аргыны, найманы, кереи, кипчаки и другие группы имели собственные интересы, маршруты кочевания, внутренние связи и представления о справедливом управлении.

Хан мог быть признан верховным правителем, но его решения должны были учитывать местные авторитеты. Без поддержки влиятельных родов ханская власть превращалась в формальный титул. Поэтому после Абылая главной проблемой стало не отсутствие наследника, а ослабление общего центра, вокруг которого степные элиты могли бы объединяться.

Главный вызов после Абылая

Уали хан вступил в правление в момент, когда внешние державы уже смотрели на казахскую степь иначе, чем в середине XVIII века. Россия стремилась к более прямому управлению пограничными территориями, укрепляла линии, развивала торговлю и всё чаще вмешивалась во внутренние дела степи. Цинская империя также сохраняла интерес к отношениям с казахскими правителями. Внутри самого Среднего жуза усиливалось соперничество султанов. В таких условиях ханская власть постепенно теряла прежнюю самостоятельность.

Происхождение Уали хана и его путь к власти

Уали как сын Абылай хана

Уали хан происходил из династии төре и был сыном Абылай хана. Это происхождение давало ему право претендовать на ханское достоинство и выделяло среди других султанов Среднего жуза. В степной политической культуре происхождение от Чингисхана сохраняло огромное значение: только представители этой линии могли быть ханами и султанами, претендующими на верховную власть.

Но происхождение было только первым условием. Чтобы стать реальным правителем, Уали должен был получить признание влиятельных групп жуза. После Абылая многие ожидали, что его наследник продолжит прежнюю линию: сохранит единство, удержит внешнее равновесие и защитит интересы степи от прямого вмешательства соседних держав.

Избрание Уали ханом

После смерти Абылай хана Уали был избран ханом Среднего жуза. Само избрание показывало, что традиционная легитимность ещё сохранялась: ханский титул не был простой должностью, назначаемой извне. Его должны были признать султаны, родовая знать и часть степного общества.

Однако уже в процедуре признания власти Уали было видно изменение эпохи. Его статус был важен не только для казахских родов, но и для внешних держав. Российская администрация и Цинская империя внимательно следили за тем, кто станет правителем Среднего жуза, потому что хан был посредником в отношениях с огромной степной территорией.

Почему признание двумя державами было и силой, и слабостью

Признание Уали ханом со стороны России и Цинской империи укрепляло его международное положение. Он мог представлять себя правителем, чья власть известна и подтверждена за пределами степи. Но в этом же заключалась слабость: ханская легитимность всё больше зависела от внешнего одобрения.

Если при Абылае дипломатическое лавирование позволяло расширять пространство самостоятельности, то при Уали оно всё чаще становилось способом выживания в условиях давления. Соседние империи воспринимали хана не только как партнёра, но и как удобный инструмент влияния на степь.

Уали хан как наследник Абылая: ожидания и реальность

Почему современники ждали продолжения политики Абылая

В глазах многих представителей Среднего жуза Уали должен был продолжить политику отца. От него ожидали защиты внешних интересов, сохранения равновесия между родами, контроля над султанскими группами и способности говорить с соседними державами от имени степи.

Такие ожидания были естественными, но слишком тяжёлыми. Абылай оставил не только славу, но и сложную систему личных связей. После его смерти эти связи начали распадаться, а новый хан должен был заново доказывать право быть центром политического согласия.

Почему повторить политику Абылая было трудно

Историческая обстановка изменилась. Джунгарская угроза, вокруг которой во многом формировалась военная солидарность XVIII века, ушла в прошлое. На первый план выходили другие вопросы: контроль за землями, торговля, отношения с крепостными линиями, влияние пограничной администрации, внутренние споры султанов и старшин.

Абылай действовал в эпоху, когда степь ещё могла использовать противоречия между внешними силами. Уали правил в период, когда Российская империя всё активнее переводила отношения с казахскими жузами из дипломатической плоскости в административную. Хан становился не столько самостоятельным политическим центром, сколько фигурой, которую можно было ограничивать, проверять, обходить или противопоставлять другим султанам.

Образ Уали в исторической памяти

В исторической памяти Уали часто сравнивают с Абылаем, и такое сравнение почти всегда оказывается не в пользу сына. Но сводить его роль к образу «слабого хана» было бы слишком просто. Уали правил уже в другой политической среде. Его возможности были ограничены внешним контролем, внутренним соперничеством и постепенной подготовкой имперской реформы управления.

Внутренняя политика Уали хана

Отношения с султанами Среднего жуза

Одной из главных проблем Уали были отношения с другими султанами. Власть в Среднем жузе не была строго вертикальной. Султанские группы имели собственные интересы, а часть из них могла искать поддержку у российской администрации. Это подрывало положение хана, потому что внешний арбитр постепенно становился сильнее традиционного центра.

Конфликты между султанами были не только личными. За ними стояли вопросы пастбищ, влияния на роды, права представлять население перед внешней властью, доступа к торговым и административным преимуществам. Уали приходилось действовать в среде, где каждый крупный родовой и султанский центр мог вести собственную политическую игру.

Отношения с биями и старшинами

Не менее важными были отношения с биями и старшинами. В казахском обществе они оставались носителями обычного права, посредниками в спорах и представителями местных интересов. Хан не мог управлять степью без их согласия или хотя бы без их нейтралитета.

Если бии и старшины считали действия хана несправедливыми, слишком жёсткими или выгодными только одной группе, его авторитет ослабевал. Российская администрация могла использовать такие жалобы как повод для вмешательства. Так внутренние конфликты превращались в механизм внешнего давления.

Почему ханская власть не была абсолютной

Казахский хан не был самодержцем в европейском понимании. Его власть строилась на признании, личном авторитете, происхождении, военной поддержке, дипломатии и способности быть арбитром. Хан мог быть сильным только тогда, когда значительная часть общества видела в нём защитника порядка и выразителя общих интересов.

При Уали эта основа становилась всё менее устойчивой. Одни группы признавали его власть, другие оспаривали её, третьи предпочитали обращаться напрямую к российским чиновникам. Так сама логика степной политики постепенно смещалась от ханского центра к имперскому посреднику.

Внешняя политика Уали хана: между Россией и Цинской империей

Российское направление

Российская империя видела в ханской власти удобный, но временный инструмент. Пока прямое управление степью было затруднено, хан мог служить посредником между администрацией и родами. Но по мере укрепления пограничной линии, роста торговли и усиления чиновничьего аппарата в Сибири необходимость в самостоятельном хане уменьшалась.

Для Уали отношения с Россией были необходимостью. Через пограничную администрацию решались вопросы признания, торговли, безопасности, жалоб, переговоров и споров. Но чем активнее Россия вмешивалась в степные дела, тем меньше пространства оставалось для самостоятельных решений хана.

Цинское направление

Связи с Цинской империей были частью политического наследия Абылая. Для казахских правителей восточное направление имело значение не только как дипломатический канал, но и как способ сохранять равновесие между внешними силами. Уали продолжал учитывать этот фактор, потому что односторонняя зависимость от России ослабляла бы его положение.

Однако к концу XVIII — началу XIX века возможности такого равновесия становились ограниченными. Цинское признание могло поддерживать престиж хана, но не давало ему реальной защиты от растущего административного давления России на северных и центральных территориях Среднего жуза.

Лавирование как необходимость и как признак слабости

Политика Уали между Россией и Цинской империей была вынужденной. Она позволяла сохранять видимость самостоятельной дипломатии, но одновременно показывала зависимость ханской власти от внешних центров. Хан уже не мог полностью опираться только на внутреннюю поддержку степи. Его статус всё чаще определялся тем, как его воспринимали и использовали соседние империи.

Российская администрация и постепенное ослабление ханской власти

Почему Петербург был недоволен ханской системой

Для Российской империи ханская власть была неудобной по самой своей природе. Она опиралась на родовые связи, обычное право, личный авторитет и изменчивые союзы. Такая система плохо поддавалась учёту, налогообложению, судебному контролю и постоянному административному надзору.

Имперская бюрократия стремилась к другому порядку: территория должна была делиться на управляемые единицы, население — быть учтённым, местные начальники — зависеть от назначения и утверждения, а суд и сбор повинностей — быть встроенными в российскую систему. На этом фоне ханская власть выглядела пережитком, который можно было временно использовать, но не сохранять надолго.

Жалобы против Уали и использование внутренних конфликтов

Недовольство частью действий Уали давало российской администрации удобный инструмент. Жалобы султанов, старшин или отдельных родовых групп могли представляться как доказательство того, что хан не способен управлять справедливо и спокойно. При этом сами конфликты часто были частью нормальной степной политики, где борьба за влияние существовала всегда.

Российская власть всё чаще выступала не внешним наблюдателем, а арбитром. Это меняло баланс сил: тот, кто получал поддержку администрации, мог усиливаться против хана. В результате Уали сталкивался не только с внутренними соперниками, но и с новой политической технологией — управлением степью через разделение её элит.

Назначение второго хана Бокея

Ключевым ударом по положению Уали стало появление второго хана в Среднем жузе — Бокея. Поддержка Бокея российской администрацией означала, что единство ханской власти фактически размывалось. Если в одном жузе появляется два хана, то ханский институт уже перестаёт быть центром общего политического порядка.

Для России это было удобно: Бокей мог служить противовесом Уали, а соперничество двух ханских центров облегчало внешнее управление. Для Среднего жуза это означало глубокий кризис традиционной легитимности. Ханская власть переставала быть объединяющим началом и превращалась в часть имперской политики баланса.

Бокей хан и разделение власти в Среднем жузе

Кто такой Бокей хан

Бокей хан представлял султанскую элиту Среднего жуза и стал фигурой, через которую российская администрация могла ограничивать влияние Уали. Его появление в качестве второго хана не было обычной сменой правителя. Это было создание параллельного центра власти, который нарушал прежнее представление о ханском единстве.

Два хана как признак кризиса

Существование двух ханов в Среднем жузе показывало, что старый политический механизм уже не работает. Если прежде ханский титул должен был концентрировать верховный авторитет, то теперь он становился предметом административной игры. Власть дробилась, а роль внешнего арбитра возрастала.

Такое разделение имело несколько последствий:

• ослаблялось символическое значение единого ханского центра;
• султанские группы получали возможность искать поддержку у российской администрации;
• внутренние споры легче превращались в повод для вмешательства извне;
• традиционное избрание всё больше уступало место политическому утверждению со стороны имперской власти.

Смерть Бокея и Уали: момент окончательного выбора России

После смерти Бокея и завершения правления Уали российская администрация не стала утверждать новых ханов в Среднем жузе. Это был принципиальный момент. Власть не передавалась следующему представителю ханской линии, а заменялась новой системой управления.

Именно здесь судьба Уали становится частью более крупного процесса: ханская власть не исчезла из-за одной смерти или одного конфликта. Она была сознательно вытеснена административной моделью, которая лучше соответствовала интересам Российской империи.

Айганым ханша и окружение Уали хана

Айганым как заметная фигура политической памяти

В окружении Уали хана особое место занимает Айганым ханша — младшая жена Уали и бабушка Шокана Уалиханова. После смерти мужа она сохранила заметное влияние, управляла родовым окружением и поддерживала отношения с российской администрацией. Её образ важен для понимания того, как ханская линия продолжала жить уже после ликвидации ханской власти.

Айганым связывают с усадьбой Сырымбет, где позднее формировалась культурная среда рода Уалихановых. Через неё память о ханской династии перешла в другую эпоху — эпоху образования, службы, науки и новой казахской интеллигенции XIX века.

Женщина в политическом пространстве степи

История Айганым показывает, что политическая жизнь степи не ограничивалась ханами и султанами. Женщины ханского дома могли обладать реальным авторитетом через родственные связи, хозяйственное управление, дипломатическое общение, воспитание наследников и сохранение семейной памяти.

Влияние Айганым было связано не с формальным ханским титулом, а с положением внутри династии, личными качествами и способностью действовать в новой политической реальности. Её фигура помогает увидеть переход от традиционной ханской власти к новой элите, которая всё чаще соединяла происхождение, образование и службу.

Потомки Уали и память о ханской линии

Потомки Уали сохраняли символический вес даже после ликвидации ханской власти. Наиболее известным представителем этой линии стал Шокан Уалиханов — учёный, офицер и исследователь, чья биография принадлежала уже не ханской политике, а миру науки, образования и имперской службы.

Это важный исторический переход: прежняя династическая элита не исчезла полностью, но изменила форму присутствия в обществе. Вместо ханского правления на первый план вышли образование, административная карьера, научная деятельность и культурное посредничество.

Ликвидация ханской власти в Среднем жузе

Почему новые ханы не были утверждены

После завершения правления Уали и смерти Бокея российское правительство сочло невыгодным сохранять ханский институт. Новый хан мог стать центром недовольства, символом самостоятельности или опорой для тех групп, которые не хотели прямого административного подчинения. Поэтому вместо утверждения преемника был выбран путь реформы.

Такой выбор отражал стратегию России: управлять степью не через одного наследственного правителя, а через сеть округов, приказов, старших султанов, волостей и аулов. В этой системе местная элита сохранялась, но уже как часть имперского аппарата.

«Устав о сибирских киргизах» 1822 года

Решающим шагом стал «Устав о сибирских киргизах» 1822 года, связанный с реформаторской деятельностью М. М. Сперанского. Этот акт фактически упразднил ханскую власть в Среднем жузе и ввёл новую административную систему. Территория Среднего жуза включалась в сферу управления западносибирской администрации, а прежняя ханская вертикаль заменялась округами и окружными приказами.

Главные элементы новой системы можно объяснить так:

• вместо ханского центра создавались округа;
• округами управляли окружные приказы;
• важную роль получали старшие султаны, или ага-султаны;
• волости и аулы становились нижними административными единицами;
• местные правители всё больше зависели от утверждения российской администрации;
• обычное право сохранялось частично, но постепенно ограничивалось новой судебно-административной практикой.

Окружные приказы и новая политическая реальность

Окружные приказы означали переход от традиционного политического порядка к бюрократическому управлению. Теперь власть должна была действовать через документы, должности, утверждения, отчёты и служебную иерархию. Это не сразу изменило всю повседневную жизнь степи, но резко изменило сам принцип верховной власти.

Султаны и старшины не исчезли, но их роль стала другой. Они всё чаще выступали не самостоятельными лидерами степного общества, а посредниками между населением и имперской администрацией. Так политическая энергия ханства была постепенно встроена в колониальную управленческую систему.

Что означала ликвидация ханства для казахского общества

Конец единого ханского центра в Среднем жузе

Ликвидация ханской власти означала исчезновение символического центра, который связывал разные группы Среднего жуза. Даже если реальная власть хана уже была ослаблена, сам титул сохранял важное значение. Он напоминал о политической самостоятельности, династической преемственности и праве степи иметь собственную верховную власть.

После реформы 1822 года этот центр был заменён административной сеткой. Для имперской власти это означало повышение управляемости. Для казахского общества — утрату одного из ключевых традиционных институтов.

Изменение роли султанов

Султаны сохранили привилегированное положение, но их политический смысл изменился. Раньше они могли претендовать на самостоятельную власть внутри степной традиции. Теперь многие из них стали конкурировать за должности в новой системе: ага-султанов, волостных управителей, посредников при администрации.

Так возникала новая элита, зависимая от имперского утверждения. Происхождение оставалось важным, но уже не давало прежней автономии. Служебная лояльность становилась не менее значимой, чем династический статус.

Изменение роли биев и обычного права

Обычное право и бии не исчезли сразу. В степи невозможно было одномоментно заменить привычные механизмы разрешения споров. Однако новая система постепенно ограничивала самостоятельность биев, вводила административный контроль и расширяла влияние имперских норм.

Для общества это означало болезненный переход. Справедливость, которая раньше связывалась с обычаями, авторитетом бия и примирением сторон, всё чаще попадала в поле чиновничьих решений, письменных процедур и внешнего надзора.

Реакция степи на отмену ханской власти

Почему часть элиты приняла новую систему

Реакция на реформу не была единой. Часть султанов и старшин стремилась встроиться в новую систему. Для них она открывала возможности: получить должность, укрепить влияние рода, решать споры через администрацию, использовать российскую поддержку против соперников.

Такое приспособление не обязательно означало полное согласие с имперской политикой. Часто это был прагматический выбор в условиях, когда прежняя ханская власть уже не могла обеспечить стабильность и защиту интересов всех групп.

Почему часть общества видела в реформе угрозу

Для другой части степного общества ликвидация ханства означала опасный перелом. Прямое управление со стороны империи связывалось с ростом контроля, возможными земельными ограничениями, налоговыми обязанностями, вмешательством в кочевые маршруты и ослаблением традиционного порядка.

Особенно болезненным было ощущение, что власть больше не исходит изнутри степи. Даже если хан мог быть спорной фигурой, он принадлежал к собственному политическому миру. Окружной приказ и чиновничья администрация воспринимались как внешняя сила.

Связь с будущими протестными движениями

Отмена ханской власти в Среднем жузе стала одним из факторов будущего сопротивления XIX века. Особенно важна связь с движением Кенесары Касымова, который пытался восстановить ханскую власть и политическую самостоятельность казахских земель.

В этом смысле правление Уали и реформа 1822 года не были закрытым эпизодом. Они стали частью длинной цепи событий: ослабление ханства, административное подчинение, земельное давление, сопротивление и попытки вернуть утраченную автономию.

Губайдулла Уалиханов и вопрос наследования

Потомки Уали после ликвидации ханской власти

После Уали вопрос наследования не исчез. Представители его линии сохраняли претензии на особый статус. Среди них важное место занимает Губайдулла Уалиханов, который воспринимался как возможный продолжатель ханской линии.

Однако новая система уже не предполагала восстановления ханства. Потомки Уали могли сохранять престиж, участвовать в управлении, претендовать на должности, но их политические возможности определялись не степным избранием, а имперской реформой.

Почему наследник не стал ханом

То, что наследник Уали не стал ханом, показывает сознательный характер политики России. Дело было не только в личностях и не в отсутствии подходящего кандидата. Имперская администрация стремилась не заменить одного хана другим, а изменить саму систему власти.

Новый хан мог снова стать символом самостоятельности. Поэтому вместо продолжения династической линии была введена структура, в которой местные лидеры зависели от должностей, сроков, утверждения и контроля.

Династическая память после ханства

Династическая память не исчезла. Род Уали и Абылая продолжал занимать заметное место в общественном сознании. Но эта память уже существовала в иной политической среде. Она могла выражаться через престиж семьи, авторитет отдельных потомков, культурное наследие, участие в службе и образование, но не через восстановление прежнего ханского центра.

Уали хан в оценках историков и народной памяти

Почему его часто сравнивают с Абылаем

Уали почти неизбежно сравнивают с Абылай ханом. Такое сравнение понятно: он был сыном великого правителя и наследовал ханский титул после одной из самых ярких политических эпох XVIII века. Но сравнение отца и сына часто скрывает главное — они действовали в разных исторических условиях.

Абылай был правителем времени военной мобилизации и дипломатического равновесия. Уали стал ханом в эпоху, когда внешняя политика России становилась более административной, а внутреннее единство Среднего жуза — менее устойчивым. Поэтому его правление нужно оценивать не только через личные качества, но и через кризис института ханства.

Уали как последний хан Среднего жуза

В исторической памяти Уали часто воспринимается как последний хан Среднего жуза. В справочных материалах встречаются разные даты завершения его жизни и правления, но политический смысл остаётся ясным: после Уали и Бокея новые ханы в Среднем жузе уже не утверждались.

Именно это делает фигуру Уали пограничной. Он принадлежал ещё к миру традиционной ханской власти, но после него этот мир был заменён окружной административной системой. Поэтому его судьба важна как символ окончания одной политической эпохи.

Как писать об Уали без шаблонной оценки

Уали хан не должен изображаться только как слабый преемник Абылая. Более точная оценка состоит в том, что он оказался правителем переходной эпохи. Его власть была ограничена внутренними конфликтами, давлением внешних держав, изменением имперской политики и постепенным разрушением традиционных механизмов управления.

Такой подход позволяет увидеть в истории Уали не личную неудачу одного хана, а системный перелом: ханская власть перестала соответствовать политическим планам Российской империи и уже не могла сохранять прежнюю самостоятельность.

Значение правления Уали хана для истории Казахстана

Переход от ханской власти к имперскому управлению

Главное значение правления Уали хана заключается в том, что оно показывает переход от традиционной казахской политической системы к имперской административной модели. При нём ханская власть ещё существовала, но уже теряла реальное содержание. После него она была заменена округами, приказами и системой ага-султанов.

Этот переход изменил не только верховную власть. Он повлиял на роль султанов, биев, старшин, родовых авторитетов, кочевых маршрутов и местного самоуправления. Степь постепенно включалась в структуру имперского управления.

Ослабление политической самостоятельности степи

Уали хан жил в эпоху, когда внешняя зависимость стала глубже, чем при Абылае. Российская империя уже не ограничивалась признанием хана и дипломатическими контактами. Она всё активнее вмешивалась во внутренние дела, поддерживала альтернативные центры влияния и готовила административное переустройство.

Таким образом, судьба Уали показывает, как политическая самостоятельность степи сокращалась не одномоментно, а постепенно: через признание, контроль, жалобы, поддержку соперников, разделение власти и последующую реформу.

Связь с последующей историей сопротивления

Ликвидация ханской власти в Среднем жузе стала важной предпосылкой будущих протестных движений. Для потомков Абылая и части степного общества утрата ханства означала не просто административное изменение, а потерю политического права на собственный центр власти.

Позднее эта память проявилась в движении Кенесары Касымова, где идея восстановления ханской власти была связана с сопротивлением колониальному давлению. Поэтому Уали хан находится между двумя большими сюжетами: наследием Абылая и борьбой XIX века за сохранение самостоятельности.

Итог: почему судьба Уали хана важна

Уали хан оказался на границе двух эпох. Он унаследовал высокий титул и память о сильной власти Абылая, но правил в условиях, когда сама ханская система уже теряла опору. Внутреннее соперничество султанов, жалобы старшин, давление Российской империи, необходимость учитывать Цинскую империю и появление второго хана Бокея постепенно лишали ханство прежнего значения.

Его судьба показывает, что ликвидация ханской власти в Среднем жузе была не случайным решением, а результатом длительного процесса. Российская империя последовательно переходила от признания ханов к прямому управлению степью. Реформа 1822 года только юридически оформила то, что политически готовилось уже при Уали.

История Уали хана — это история последнего этапа ханской власти в Среднем жузе, когда наследие Абылая ещё сохраняло символическую силу, но реальная политическая власть уже переходила от степных ханов к имперской администрации.