Эпистемический экстернализм: знание, оправдание и надёжность
Эпистемический экстернализм — семейство позиций в теории познания, согласно которым знание или эпистемическое оправдание убеждения могут зависеть от факторов, не сводящихся к тому, что человеку доступно через размышление о собственном состоянии. Термин восходит к английскому epistemic externalism. Его нельзя переводить как простую мысль «истина находится вне головы»: предмет спора гораздо точнее — какие условия делают убеждение знанием или оправданным убеждением.
Человек может уверенно считать, что на улице идёт дождь. Но уверенность, обоснование и истинность — не одно и то же. Дождь либо идёт, либо нет; это вопрос о мире. Человек может иметь доводы в пользу своего мнения; это вопрос о причинах убеждения. А философ спрашивает дополнительно: достаточно ли таких доводов, или важен ещё способ, которым убеждение возникло и связано с действительностью?
Содержание статьи8 разделов
Что утверждает экстернализм
Экстерналист допускает, что два человека могут переживать сходные впечатления и искренне считать свои убеждения одинаково обоснованными, однако в некоторых теориях эпистемический статус их убеждений различен. Причина — неразличимые для них внешние условия: надёжность источника сведений, причинная связь с фактом или способность процесса отслеживать истину. Это не значит, будто экстерналист отрицает ценность аргументов и доказательств; он оспаривает их исключительность как критерия.
Важно различать две дискуссии. Экстернализм о знании касается того, какие внутренние условия необходимы, чтобы истинное убеждение было знанием. Экстернализм об оправдании касается того, полностью ли оправданность определяется внутренними состояниями субъекта. Философ может поддерживать один тезис и не принимать другой. Поэтому выражение «экстернализм утверждает, что оправдания вообще не существует» неверно.
Как развивалась проблема
От доступных доводов к связи с истиной
Классическая тема эпистемологии — в каком смысле человек должен быть способен обосновать то, что считает истинным. В одном направлении подчёркивается доступность оснований самому субъекту: он может объяснить, почему верит своему восприятию или памяти. В другом направлении исследуется, может ли убеждение иметь положительный статус благодаря надёжной связи с реальностью даже без исчерпывающего самоотчёта. В современной англоязычной литературе второй подход получил название «экстерналистского».
В статье Stanford Encyclopedia of Philosophy о споре интернализма и экстернализма отмечена роль работы Дэвида Армстронга 1973 года для употребления термина externalism в эпистемологических дискуссиях. Позднее влиятельной стала критика экстерналистских концепций, предложенная Лоренсом Бонжуром: достаточно ли одной правильной связи с истиной, если субъект не может распознать, что его способность действительно надёжна? Указание на этих авторов не означает, что они придерживались одной теории.
Релайабилизм как влиятельный вариант
Один из наиболее известных вариантов экстерналистской программы — релайабилизм (от английского reliability, «надёжность»). В его процессуальных версиях для обоснования имеет значение, порождает ли соответствующий процесс преимущественно истинные убеждения в подходящих условиях. Например, нормальное зрение при хорошем освещении обычно надёжнее случайной догадки. Но спор идёт о том, как выделить тип процесса, как учитывать среду и что делать с ошибками даже в надёжных процессах.
Разобранный пример: одинаковые показания прибора
Вообразим двух лаборантов. Оба смотрят на дисплей и видят число 20. Оба знают инструкцию, одинаково внимательны и уверены, что измерение корректно. У первого прибор исправен и регулярно поверяется; у второго экран подключён к генератору случайных чисел, о чём он не знает. Случайно второй дисплей тоже показал верный результат.
С точки зрения некоторых интерналистских подходов у наблюдателей могут быть одинаково сильные внутренние основания. Экстерналистский релайабилист отметит различие: первый получил показание от источника, обычно ведущего к истине, а второй — от случайной процедуры. Совпадение с истиной во втором случае не превращает удачу в надёжное знание. Оговорка: это иллюстрация линии аргумента, а не доказательство, что все интерналисты и экстерналисты ответят одинаково внутри своих лагерей.
Почему противоречие не исчезает
На первый взгляд релайабилизм убедителен: знание должно иметь отношение к тому, как устроен мир. Но у него есть трудные случаи. Представим человека с необычной способностью угадывать скрытый факт, которая действительно часто приводит к истине, хотя у человека нет никаких причин доверять этой способности. Достаточно ли надёжности для оправдания? Это один тип возражения. Другой связан со сценарием систематически обманываемого субъекта: если его переживания неотличимы от наших, должен ли он обладать тем же оправданием? Противоположные ответы показывают, что спор касается самого смысла эпистемической оценки.
Экстернализм также нельзя смешивать с семантическим экстернализмом, который исследует зависимость значения выражений или содержания мыслей от внешней среды. Слово «внешний» встречается в обоих направлениях, однако их непосредственные вопросы различны: статус знания — в первом случае, содержание значения — во втором.
Три различия, которые стоит удерживать
- Истина относится к тому, соответствует ли утверждение действительности; наличие доводов не делает утверждение истинным автоматически.
- Оправдание описывает, в каком отношении убеждение заслуживает принятия; его критерии и являются предметом спора.
- Знание в большинстве обсуждений требует истинности, однако вопрос о дополнительных условиях остаётся философски открытым.
Вывод. Эпистемический экстернализм не отменяет мышление и критическую проверку. Он утверждает, что для некоторых форм положительного эпистемического статуса может иметь значение недоступная непосредственной рефлексии связь между процессом убеждения и миром. Главная линия спора с интернализмом — достаточно ли внутренних оснований или требуется также внешняя надёжность.
Проверенные источники
Сохраните материал или отправьте тому, кому он пригодится.