Эпистемический релятивизм: значение и пределы понятия

Два исследователя читают один и тот же отчёт. Первый считает утверждение обоснованным, потому что оно подтверждено повторяемым измерением. Второй требует прежде всего согласования с авторитетной традицией и не признаёт измерение решающим аргументом. Оба произносят слово «доказательство», но предъявляют разные требования к нему. Как описать такое расхождение — и обязательно ли одна система оценки знания объективно превосходит другую?

Что произошло в этом мысленном примере

Условимся, что в отчёте утверждается: некоторое вещество снижает температуру воды при заданных условиях. Сторонник экспериментальной проверки предлагает воспроизвести опыт, проверить измерительный прибор и отделить наблюдение от догадки. Другой участник предпочитает судить о достоверности по согласованию с принятой системой авторитетных высказываний.

Само расхождение в методах ещё не доказывает эпистемический релятивизм. Люди могут спорить, оставаясь убеждёнными, что один и тот же, независимый от них стандарт оправдания существует. Релятивистский вопрос возникает лишь тогда, когда выдвигается дополнительный тезис: обоснованность оценки определяется системой норм, и нейтрального критерия превосходства всех таких систем не удаётся предъявить.

Это принципиальное различие между наблюдением за культурной практикой и философским утверждением о статусе норм познания. «Люди пользуются разными правилами» — эмпирическое описание. «Правильность этих правил нельзя окончательно оценить вне какой-либо системы» — уже философская позиция, которую требуется защищать аргументами.

Почему термин относится именно к познанию

Эпистемология исследует знание, свидетельства, оправдание и рациональное убеждение. Внутри неё можно спросить, что делает основание достаточно сильным и возможна ли проверка стандартов одним общим способом. Эпистемический релятивизм сосредоточен прежде всего на этом уровне. Он не совпадает с утверждением, что физические вещи изменяются в зависимости от культуры наблюдателя.

В дискуссиях полезно разделять три вопроса: истинно ли высказывание, есть ли у человека основания его принять и по каким правилам эти основания признаются достаточными. Различные релятивистские теории отвечают на них по-разному. Даже если оправданность убеждения зависит от контекста, из этого автоматически не следует, что сама истина высказывания меняется при смене сообщества.

Три смежных понятия, с которыми его часто путают

• Субъективизм привязывает оценку к отдельному субъекту. Эпистемический релятивизм может говорить не о личном вкусе, а о разделяемых правилах целой традиции или теории.
• Скептицизм сомневается в возможности знания или в достаточности наших оснований. Релятивист может допускать знание внутри определённой системы критериев, не отказываясь от него вообще.
• Релятивизм истины касается истинностного статуса высказываний. Эпистемический вариант обычно ставит в центр нормы обоснования; совместимость и границы этих взглядов остаются предметом спора.

Когда используется эпистемический релятивизм

1. В философии науки: когда сравнивают конкурирующие стандарты свидетельства и обсуждают, существует ли независимый критерий их ранжирования.
2. В эпистемологии разногласия: когда спрашивают, как рационально действовать людям, не разделяющим базовые посылки о доказательствах.
3. В анализе исторических форм рациональности: когда отделяют факт изменения научных методов от более сильного тезиса об относительности самой оправданности.

В нашем примере с отчётом можно разобрать источники данных, ошибки прибора и проверяемость предсказаний. Наличие таких практических способов сравнения не отменяет философский вопрос об основаниях самих стандартов. Но оно показывает границу аналогии: из различий между участниками диалога нельзя вывести, что экспериментальные утверждения и произвольные догадки равноправны.

Сильное возражение и варианты ответа

Критику релятивизма часто формулируют так: если каждая система оправдания признаётся правомерной только по её собственным правилам, как тогда обосновать сам тезис релятивизма без обращения к общему стандарту рассуждения? Дополнительная трудность — установить, где проходит граница между двумя системами, а где происходит обычное разногласие внутри одной.

Сторонники различных форм релятивизма отвечают не одинаково. Некоторые ограничивают тезис отдельными областями познания; другие анализируют правила применения утверждений о знании относительно контекста. Оппоненты настаивают, что определённые нормы вывода и проверки могут иметь межконтекстную силу. В академической литературе, в том числе в статье Relativism Стэнфордской энциклопедии, обсуждаются аргументы Пола Богоссяна и ответы его критиков; нет основания выдавать исход этого спора за окончательно установленный факт.

Главный смысл термина

Слово «релятивизм» часто используют в споре как обвинение: «для вас всё относительно». Но это слишком грубое сокращение. Чтобы корректно назвать позицию эпистемически релятивистской, необходимо указать, какие именно нормы познания считаются зависимыми от системы и в каком смысле невозможно независимое сравнение систем.

Вывод: эпистемический релятивизм — содержательная и спорная философская позиция о критериях знания и оправдания, а не разрешение верить любому утверждению. Его польза как понятия — в точной постановке вопроса о том, чем мы обосновываем собственные правила обоснования.

Проверенные источники

• Stanford Encyclopedia of Philosophy — Relativism, раздел об эпистемическом релятивизме.
• Internet Encyclopedia of Philosophy — Epistemology and Relativism.
• Е. А. Мамчур. «Объективность науки и релятивизм», Институт философии РАН (о различии релятивности и релятивизма).