«Русские в своих пословицах» Снегирёва (1831–1834): ценность раннего исследования
Четыре книги Ивана Михайловича Снегирёва «Русские в своих пословицах» вышли в Москве в 1831–1834 годах. Они важны не как свидетельство того, что в этот период возникли записанные выражения, а как документ того, как исследователь первой половины XIX века объяснял пословицы через историю, быт, письменные памятники и сопоставления с другими народами.
Содержание статьи5 разделов
Первое издание: зафиксировать четыре книги, а не одну дату
Электронные описания Президентской библиотеки позволяют точно установить библиографическую структуру: издание шло отдельными книгами, первая относится к 1831 году, четвёртая — к 1834-му. Поэтому запись «Снегирёв, 1831» без указания книги может вводить в заблуждение. Для точной ссылки нужно назвать том и страницу того места, которое действительно прочитано.
Подзаголовок сборника — «Рассуждения и исследования об отечественных пословицах и поговорках» — показывает авторскую задачу. Перед нами не только перечень формул в алфавитном порядке, но работа, в которой пословицы рассматриваются как сведения о представлениях и языке общества. Поэтому фраза из рассуждения Снегирёва и фраза, приведённая им как пословица, — разные источниковедческие объекты.
Свидетельство самого Снегирёва: взгляд из 1848 года
Исключительно полезный контрольный источник — предисловие Снегирёва к позднейшему изданию «Русские народные пословицы и притчи» (1848). Автор сам объясняет, что представляла его прежняя работа, и отмечает, что сопоставлял пословицы с летописями, грамотами, классическими текстами и пословицами других европейских народов. Это подтверждённое описание метода из первых рук, а не наша реконструкция по названию книги.
«я пытался показать отношение их к антропологии, физике и истории» — И. М. Снегирёв, предисловие 1848 года о раннем труде.
Эту фразу нужно читать в контексте языка первой половины XIX века: терминологические границы дисциплин тогда были иными. Нельзя без уточнений превращать её в утверждение, что пословицы уже были исследованы по современным правилам лингвистической статистики. Она показывает исследовательскую программу автора, но не удостоверяет достоверность каждого предложенного им исторического объяснения.
От исторического очерка к сборнику текстов
В том же предисловии Снегирёв рассказывает о переходе к другой задаче: после рассуждений он счёл необходимым собирать и сопоставлять сам текст пословиц. Его собственное выражение — «собрать и сличить текст самих пословиц». Это важное различие между четырёхкнижным исследованием 1831–1834 годов и книгой 1848 года. Позднее издание нельзя механически называть пятым томом прежнего труда: оно решает самостоятельную текстологическую задачу.
Снегирёв пишет, что использовал рукописные собрания из коллекций Оболенского, Тургенева и Погодина, а также своё собственное. Он упоминает поездки по губерниям и пословицы, полученные перепиской. Так мы видим не абстрактное «слышал в народе», а названные способы пополнения материала. Но когда конкретная фраза попала в конкретную книгу — из печатного источника или от живого собеседника, — без отдельной пометы установить нельзя.
Что из четырёх книг нельзя выводить автоматически
- Если Снегирёв объясняет пословицу через историческое событие, это ещё не документирует её непосредственное появление при этом событии.
- Если исследователь приводит параллель из другого языка, сходство может быть типологическим; оно не устанавливает маршрут заимствования.
- Если в первом издании встретилась форма, похожая на современную, это свидетельство об употреблении к началу XIX века, но не доказательство первенства.
- Если выражение обсуждается рядом с летописной цитатой, следует проверить оба текста: пословицу и цитируемый исторический памятник.
Для примера исследовательской процедуры можно открыть каталожную запись первой книги, затем найти страницу в её оцифрованном экземпляре и отдельно обратиться к предисловию 1848 года. Первое даст точное место раннего печатного свидетельства, второе — объяснение того, какие источники и метод сравнений сам автор считал важными. Это не взаимозаменяемые документы.
Профессиональная ссылка должна содержать три уровня: Снегирёв как автор научного объяснения, пословица как процитированная им языковая формула, предыдущий источник, если он действительно указан. Когда третьего звена нет, лучше прямо написать «источник записи не установлен».
Цитирование четырёх книг требует аккуратности и на уровне библиографии: у отдельных выпусков свои титулы, объёмы и нумерация страниц. Если ссылка приводит только к первому выпуску 1831 года, она не может удостоверить слова, взятые из четвёртой книги 1834 года. При обращении к репринтам следует проверить, сохранены ли страницы первоначального набора.
Именно поэтому удобнее работать с парой документов: проверенным экземпляром конкретной книги и самостоятельным авторским свидетельством 1848 года. Тогда становится ясно, какие методические сведения исходят от самого Снегирёва, а какие являются выводом сегодняшнего исследователя.
Итог. Труд 1831–1834 годов помогает восстанавливать историю изучения русской пословицы и находить ранние письменные обсуждения. Для утверждений о её более древнем происхождении нужны дополнительные рукописи, фольклорные записи и проверенные параллели.
Источники
Сохраните материал или отправьте тому, кому он пригодится.