История Казахстана за 11 класс. Хрестоматия — Р. Б Ахмедова, К. Ж. Адамболсынов

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛДАБЕРГЕНА КОЙШЫБЕКОВА

(Жаркентский уезд, Тузкольская волость, албан из аула Аламан)

10 июля в Шалкоде услышал, что в понедельник собираемся в Каркаре. 11 июля в понедельник род албан собрался в Каркаре, совещаясь, давать людей или нет. Постановив, что не будем, поручили Серикбаю, Айтбаю, Турлыхоже держать ответ перед приставом. Он разгневался, затем начал нас уговаривать, но народ не поддался. В конце он сказал: “Расходитесь, каким бы ни был ответ, услышите от волостных”. Все разошлись.

Народ волновался, “визирь”, волостные писали “извещения” народу. После собрания я собственноручно порвал записи “визиря”. “Визирь”, обидевшись, решил в протоколе написать “народ воспротивился”, старшина решил дать ему 8 ягнят и деньги. Я уехал в Шалкод.

Вернувшись через 4 дня домой, узнал, что Абдыхалыка вызвали в Каркару, меня ищут. Домашние плакали, я пошел к волостному, который сказал: “Улук велел найти тебя, пошли к нему”, мы пошли к улуку. Пристав направил нас к Кравченкову. Когда мы пришли, меня схватили два солдата. Затем меня на допрос вызвал Кравченков.

Спросил, был ли я в числе тех, кто забил лошадь у Узака. Я сказал, что не знаю. Я поставил подпись на бумаге, меня заточили в тюрьму к Серикбаю.

Мы были там два дня. Вечером нас под конвоем погнали три солдата на лошади. По дороге русский сказал, что киргизы взбунтовались.

Восстание было массовым. Оно прошло беспорядочно, без лидера. Родоначальники, старейшины поддержали большинство. Аристократы, подхалимы акимов, переводчики, волостные, баи, манапы были против, они были на стороне русских (некоторые волостные были за восстание, здесь я говорю о безвольных, которые не могли уйти из рода). Когда восстание разгорелось, появились и предводители. Муллы, ходжи пытались образумить народ, но это только подстегивало его.

Восстание 1916 г. уменьшило количество казахов, киргизов, скота, но народ научился защищать свои права, стал понимать, что он может все. “После Октябрьской революции, после 21-го года бедняки Семиречья объединились, восстание 1916 г. помогло им установить советскую власть.

ЦГА РК. Ф. Р-1386. Оп. 1. Д. 56.

СВЕДЕНИЯ 1916 г.

“Приказ 25 июня” был как гром среди ясного неба для народа. Раньше этого не знали и служащие местных органов управления, они отнеслись к нему как к “большому приказу”, который следует выполнять безоговорочно. Они не знали, как это отразится на состоянии народа. В Алма-Ате генерал Фольбаум провел экстренное совещание (1 июля 1916 г.), где постановили: исполнить безоговорочно.

Генерал собрал “авторитетов” местного населения и объяснил, для чего это надо. С Семиречья требовалось набрать 43 тыс. душ, которых разделили по волостям. Набор солдат осуществляли таким образом: из области пришел приказ уездам через волостных старейшин объяснить народу, а те, в свою очередь, побоявшись генерала, сказали, что согласны, но надо посовещаться с народом.

Генерал Фольбаум в начале июля объявил, что следует выполнить великий приказ “его величества царя” о наборе солдат из казахов, киргизов, дунган, тараншы и сказал: “Не должно быть неверно понявших и если кто окажет сопротивление приказу, без промедления доставить его к уездному начальнику. Верю, что наше дело обрадует сердце великого царя. Я думаю так потому, что когда я в начале июля от имени монарха сказал об этом, казахи, таранша и другие волостные правители приняли приказ чистосердечно. Посовещавшись о наборе рабочих, они в один голос крикнули “Ура!” так, что задрожали стекла…

Обрадованный генерал в тот же день дал Туркестанскому генералу в Ташкенте телеграмму:

“Ташкент. Генералу. Казахи и другие народы Алма-Атинского уезда 22 июля по моему разрешению отправили уважаемых людей разъяснить народу о наборе рабочих. Сегодня в обед более тысячи мудрейших собрались в доме губернатора. Были и просто слушатели. Я пожелал, чтобы в честь дня именин Его величества царя мой разговор с казахами дал хорошие результаты. Получилось лучше, чем я ожидал. Собравшиеся просили верить, что у них нет задних мыслей. Если белый царь пожелает, казахи Алма-Атинского уезда от семи до семидесяти лет пойдут на работы. Народ одобрительно загудел. Муллы вышли вперед, попросив прочитать молитву во имя царя.

Все сказали “аминь”, я предложил крикнуть “Ура!” в честь царя, что все и сделали. Некоторые старики задрожали и заплакали со словами: “Ваш приказ будет выполнен”. Все целовали мои сапоги. Из-за их чистосердечного раболепия и молитвы я приказал освободить всех арестантов. Они были пойманы, когда положение осложнилось набором солдат. Я разъяснил им, что делаю это во славу матушки России и монарха.

Генерал-лейтенант Фольбаум”.

ЦГА РК. Ф. Р-1368. Оп. 1. Д. 16.

ИЗ МОИХ ВОСПОМИНАНИЙ

Семиреченская область, наш дуан — Капал. Уездный начальник — немец Голецев, которого казахи называют “ояз”. Его переводчик — Нуртай Кожатаев из рода жалаир. Участковый — русский пристав Конев, который тоже жил в городе Капале. Бейсемби — стражник. Он ездит, нацепив на шею желто-пеструю саблю. Мукан — посыльный ояза.

С оязом общаются купцы, богачи, волостные, особенно Турысбек, потомок Мамана, которые по-старому — баи, по-городскому — купцы. Их называют “Синие дома”. Они близко общаются с оязом, его заместителями, жалаирами правит Кожахан, матаями — “Синие дома”, поскольку аул Мамана был сознательнее других в волости. Они общались и с русскими, и с казахами, выписывали газету “Казах”. “Синий дом” был за набор джигитов, но акимы не верили и им. Турысбекова Кудайбергена арестовали в Капале, место волостного Султангула отдали Кожахметову Сеит-батталу.

В народе ходили слухи, что казахов набирают в солдаты, об этом говорили в Думе. Ояз волостных вызвал в дуан, народ не знал, зачем. Ежемесячно собирали налоги, решили, что сейчас то же самое. Волостные объявили приказ царя о наборе парней в рабочие, народ испугался, что идет набор в солдаты, взволновались все: начиная с семилетних до семидесятилетних. Разговоры были лишь об этом.

С джайляу Алатау народ вернулся в низины. Все шло хорошо, но из-за встряски в последнюю неделю начали вымирать лошади. Никто никому не верил. Что случилось? И вправду набирают в солдаты? Об этом говорили в народе.

Джансугуров И. Семиречье: 1730—1916.

Алматы, 2001. С. 178.

Сравните историческое положение 1916—1917 гг. в других регионах? Что общего между ними?