Аттилла — Утениязов Самат

Но самое сильное впечатление произвел на него фо­ рум Траяна. Рим тем и примечателен, что сооружения в нем совершенно не похожи друг на друга. Поэтому здесь невозможно было оторвать взгляд с неповтори­мых в своем архитектурном разнообразии храмов, со­оружений, многочисленных памятников, скульптур. А вот и колонна, словно стрела, устремившаяся ввысь. Она носит имя императора Траяна. На самой ее верши­не гордо высится бронзовая статуя самого императора, озирающего город сверху. Эти памятники невольно за­ставляют любого отдать дань уважения искусству со­творивших их мастеров.

Петроний при всем желании не смог дать исчерпы­вающей информации о личности императора Траяна, поэтому Аттиле с этим вопросом пришлось обратиться к учителю Гоцию. В этот день и Гоций по глазам Аттилы понял, что его ученик чем-то сильно озабочен и не от­станет, пока не получит ответ. Пока он объяснил новую тему, рассказал еще об одном факте из богатой истории «Вечного города», подошло к концу и время занятия. Ребята устремились наружу, но Аттила остался. Улыб­нувшись, Гоций спросил:

– Ну, Аттила, выкладывай! Вижу, у тебя есть ко мне вопросы.

– Учитель, вчера я посетил форум Траяна… Хотел спросить у вас…

– Молодец, Аттила! Это хорошо, что знакомишься с городом. А кто тебе сказал, что это форум Траяна?

– Друг мой по имени Петроний. Это он знакомит ме­ня с городом.

– Э-э, это же здорово!

Не отрывая глаз от ученика, учитель ласково погла­дил его по голове и сказал:

– Это хорошо, что нашел себе друга. В тебе я заметил немало хороших качеств. Постарайся не потерять их. Ну, а что ты хотел узнать о Траяне?

– Учитель, расскажите об истории его жизни.

Гоций задумался, внимательно посмотрел на Атти­лу и сказал:

– Наберись терпения, непременно расскажу. О нем будет отдельный урок. А если есть желание узнать са­мостоятельно, то иди в общественную библиотеку. Там можешь найти книги известных историков, в том числе и Тацита.

i – Спасибо вам, учитель. Я так и сделаю, – ответил Аттила.

Улыбнувшись, Гоций слегка кивнул головой, про­щаясь.

Общественная библиотека являлась одним из вели­колепных чудес Рима. Аттиле ни разу не приходилось быть в этом хранилище. На следующий день он по сове­ту своего учителя отправился туда.

Из книг Аттила узнал, что этот прекрасный форум, а также многие другие здания построены при императо­ре Траяне. Он жил в 97 – 117 годах нашей эры. И Дакию завоевал не кто иной, как Траян. Известный историк Тацит, автор книг, которые вызывали у Атиллы наи­больший интерес, был современником не только Трая­на, но и его предшественника императора Нерва.

Провинция империи Дакия, за которую было про­лито немало крови римских воинов, теперь под влас­тью Орды гуннов. И, несмотря на трагичность событий, Аттила гордился своими предками, отвоевавшими эту территорию у великой империи. И для него это было не каким-то зазнайством, а истинным состоянием ду­ши, ибо он понимал, что такое стало возможным толь­ко благодаря смелости и отваге его предков. И все-таки Аттила ощущал какую-то раздвоенность: насколько сильно его восхищали несравненные творения великих римских мастеров, настолько ему было обидно за Рим.

В Риме несколько триумфальных арок, прославляющих военные победы императоров. Но не только они, но и другие сооружения своими неповторимыми барелье­фами, фресками и орнаментальными узорами приковывали взгляд Аттилы. Он останавливался и подолгу рас­сматривал их. Под впечатлением от их величия Аттила чувствовал прилив вдохновения, ему казалось, будто у него вырастают крылья. В такие моменты он говорил себе: «И у нас будут такие же просторные, устремлен­ные в небеса дворцы и храмы. И наш народ должен на­учиться создавать прекрасное».

Аттиле нравилось посещать театры и амфитеатры. Самым большим из них был Колизей. Строительство этого великолепного сооружения началось еще при им­ператоре Веспасиане (69 – 79 годы н. э.).

Своей овальной формой Колизей напоминал Ат­тиле его родные жилища – войлочную юрту и другие строения гуннов.

Здесь, на его сцене показывали свое боевое искусство римские воины и состязались в смертельных поединках гладиаторы.

Гладиаторы – это рабы или пленные воины, добытые в боевых походах или многочисленных войнах. Для их подготовки существовали специальные школы. Опыт­ные воины-гладиаторы, в совершенстве владеющие бо­евым искусством, выходили на арену, чтобы удовлет­ворить потребности зрителей, жаждущих зрелищ и крови. Чем больше крови, тем больше азарт.

Амфитеатр для гладиаторских боев состоял из пяти­десяти рядов. Каждый ряд вмещал по тысяче человек, поэтому в нем могло находиться одновременно до пяти­десяти тысяч зрителей.

Во время пребывания Аттилы в Риме зрители отда­вали предпочтение схваткам гладиаторов с хищными зверями. Поэтому в город часто привозили различных хищников. Аттила переживал, видя, как вооруженные люди убивали беспомощных зверей. Он не понимал, по­чему люди с восторгом приветствуют кровавую бойню. Конечно, охота на зверя в открытом поле – это совер­шенно другое. Там звери на воле, в родной стихии. Да и спастись они имеют немало возможностей. Но безжа­лостно убивать ради забавы – это уже бесчеловечно! Он мучительно искал объяснение непонятным ему затеям римлян.

Как-то Аттила остановился возле клетки, в которой находился матерый волк. Забившись в угол, зверь злоб­но рычал. В глазах привыкшего к вольной степной жиз­ни хищника сквозила лютая ненависть к двуногим созданиям, лишившим его свободы. Аттила долго ходил около клетки и, наконец, решился. Выбрав удобный момент, он выпустил хищника на волю. Жалость и со­чувствие к бедному животному толкнули его на этот безрассудный поступок.

Из рассказов римлян Аттила узнал, что в прежние времена на съедение хищным зверям бросали провинив­шихся христиан. Подобная жестокость римлян приво­дила Аттилу в бешенство.

Рим славился и мавзолеями великих людей. Аттила годы), мавзолеи Адриана, Августа, пирамиду Цестия и надгробные сооружения, посвященные другим видным государственным деятелям. Именно тогда он понял, что никогда не следует забывать историю.

Одним из величественных памятников, привлекших его внимание, был Пантеон. В этом огромном сооруже­нии хранится прах великих сынов Рима. Однако Атти­ле было не по душе, что и их наследников хоронили там же. Да, государственные деятели заслужили это, а при чем здесь их дети? Этого он не мог принять.

Бессмертные творения великих мастеров: велико­лепные сооружения, скульптуры, памятники, воз­двигнутые в честь великих людей Рима, производили большое впечатление на молодого Аттилу. Втайне он надеялся, что когда-нибудь гунны достигнут таких же высот в культуре и искусстве.

Верный выбор

Прошли годы. Завершив обучение в Риме, Аттила вернулся в Орду. Дядя Ругила и отец верили, что Аттила использует полученные на чужбине знания во благо своего народа. Особенно большие надежды на Ат­тилу возлагал Ругила. Он радовался его успехам и все не мог на него насмотреться. Постепенно Ругила начал привлекать Аттилу к управлению государством, на­деясь, что тот свои знания начнет применять на деле. Вскоре представился удачный для этого повод.

Многое переняли гунны у народов Европы. Но при этом они не забывали и бережно хранили обычаи своих предков.

Как только прилетали первые птицы и земля, осво­бождаясь от снега, покрывалась зеленым ковром, гун­ны устраивали большой праздник в честь проводов суровой зимы и встречи весны. Многие народы участво­вали в этих торжествах.

Аттила вернулся из Рима в один из таких погожих весенних дней, в самый разгар веселья. Как и было принято, на праздник съехались вожди со всех концов страны: одни с добрыми пожеланиями и намерением повеселиться, а другие, пользуясь хорошим располо­жением вождей, разрешить свои проблемы. В основном это были земельные споры между племенами, которые пытались получить право охоты на территориях сосе­дей. Одни поздравляли, другие, едва переступив порог, заводили разговор о делах.

 В самый разгар празднества гости преподнесли Ругиле дары. Вручая дорогие подарки, один из них обратился к вождю:

– Наш благодетель! Я – царь Неллок прибыл из Да­кии. Прошу вас принять мои дары.

Легким кивком головы поблагодарив гостя, Ругила заметил, что тот хочет еще что-то сказать.

– Я слушаю тебя, Неллок! – произнес он выжидающе.

– Наш повелитель, есть у меня одна просьба. Разре­шите наш конфликт с царем Ромаро.

 – О чем же ваш спор? – спросил Ругила, повысив голос.

– С землей связано. Столько лет прошло, а мы до сих пор враждуем. Вся надежда на вас одного, думаю, защити-те преданного вам вассала и решите по справедливости. —

Немного подумав, Ругила неожиданно обратился к сидящему рядом Аттиле:

– А как бы ты решил подобный спор?

С уважением склонив голову перед дядей, Аттила сурово взглянул на жалобщика Неллока и спросил:

– А где сам царь Ромаро?

– Ромаро запаздывает…

– Выходит, – заметил Аттила, – конфликт по пово­ду земли касается не столько двух людей, сколько двух народов? Такие вопросы следует решать, выслушав обе стороны. А ваше стремление победить противника с по­мощью подарков непозволительно!

Несмотря на молодость, Аттила проявил твердость. Не ожидая такого поворота, царь Неллок опешил и, за­пинаясь, произнес:

– Конечно, конечно… Я только хотел заранее сказать вам об этом…

– В таком случае спор будет решен, когда Ромаро и ты, Неллок, оба предстанете перед Ругилой.

В замешательстве Неллок попятился в поклоне.

Глаза Ругилы радостно заблестели: он не ошибся в своем выборе.

Аттиле можно со временем доверить царский трон.