Красный первомай в Казахстане (1901-1945) — Козлова Г. Я.

№ 28. СТАТЬЯ ИЗ ГАЗЕТЫ «НЕВСКАЯ ЗВЕЗДА»

31 мая 1912 г.

УРАЛЬСК

В Уральске рабочие газеты «Уральский листок» решили не работать в день 1 мая. Они условились собраться утром в редакции и заявить «либеральной» или так говорящей о себе редакторше и издательнице г-же [Жаворонковой] о своем намерении. Перед этим редакторша уволила одного рабочего, другой не явился по некоторым обстоятельствам — так что перед 1 маем пришлось выпустить только полгазеты.

1 мая, когда рабочие пришли, редакторша им говорит: «Что же, вы опять только полномера выпустите?»

Рабочие заявили, что они сегодня совсем не будут работать, так как сегодня рабочий праздник… «А если так, то можете совсем уходить. Получайте расчет».

И к удивлению всех рабочих, редакторша начинает правильно выдавать заработную плату, хотя вообще-то она страдала хроническим неплатежом денег вовремя. Получили, ушли — номер [газеты] не вышел…

На другой день редакторша стала разъезжать по домам рабочих, уговаривать их вернуться… и вообще выяснить, почему они бросили работу.

Рабочие составили условия, состоящие из восьми следующих пунктов: 1) Прием уволенного рабочего.

2)        Штат рабочих должен быть в том количестве, каков был. 3) Материал должен даваться в 10 часов утра, за исключением местной хроники — до 4 часов вечера. Примечание: Частные экстренные работы выполняются за отдельную плату по особому соглашению. 4) Прибавка жалованья на троих рабочих в сумме 9 руб., по три рубля на каждого.

5)        За дни забастовки должно быть уплачено. 6) Жалованье должно выдаваться два раза в месяц и вовремя. 7) Никто из рабочих не должен исполнять другие работы, не подлежащие типографскому делу (в виде выбивания ковров). 8) О замене одного рабочего другим должно быть переговорено предпринимательницей совместно с рабочими.

Рабочие хотели только прочитать ей эти требования, не давая их в руки, зная недобросовестность редакторши, что она и подтвердила. Редакторша стала просить условия себе, дав честное слово, что она никому не скажет и не покажет,— рабочие ей вручили условия… Та [их] в карман и к губернатору. Губернатор в полицию, полиция к рабочим — всех потащили и стали допрашивать, но ничего такого не нашли — отпустили.

Один изменил товарищам — встал на работу. Нашлись еще некоторые — и газета стала выходить. Все же остальные рабочие остались за бортом. Наборщиков в Уральске много, пора, чтоб у нас был типографский союз. Итак, товарищи, будем устраивать свой союз — только при наличности его возможно для нас улучшение условий труда.

Гой.

№ 29. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ Я. КРЫШЕВА О МАЕВКЕ 1913 г. В ГОРОДЕ ПЕРОВСКЕ

Захолустным был дореволюционный Перовск (ныне Кзыл-Орда). Промышленного пролетариата почти не было. Основным ядром рабочих были железнодорожники служб тяги и пути.

В иных условиях, чем теперь, мы встречали Пер-вомай, требовалась большая конспирация.

Хорошо мне помнится 1 мая 1913 г. Примерно дня за три до этого числа, к концу работы слесарь депо Радзевич вызвал меня из цеха на улицу и сказал:

Я тебя приглашаю на маевку в Балтабаевский гсад, что находится за южным семафором. Утром 1 мая приходи к южному семафору, там увидишь человека с веточкой в петлице и спроси его: «Где здесь Первый май?» Он тебе укажет путь к месту сбора. Но учти, все это делается под большим секретом, никому об этом ни слова, и никого не приглашай. Для отвода глаз захвати немного выпивки и закуски, вроде как собрался на пикник.

Часов в 7 утра я вышел из дома и направился к южному семафору. На всем пути я не встретил ни одного человека. Но вот с другой стороны откоса возле семафора поднялся человек. В его петлице была веточка, я не выдержал и поздравил его с праздником, спросив, где здесь Первый май?

— Уж больно рано пришел, видимо, не терпится,— был ответ. Он указал мне дорогу, сказал, как добраться до места сбора. Пройдя немного по правой стороне возле насыпи, я свернул на тропу в питомник. Здесь я заметил в стороне поднявшуюся форменную фуражку и направился к ней. Затем увидел трех человек. Двое мне были знакомы, как жители города, а третий, видимо, был приезжий.

Примерно в половине девятого собралась компания человек в 25. Здесь были слесарь Радзевич, Шубин, Шмидт Адам, техник службы пути, доктор приемного покоя Шастин, фельдшер Депутатов, фотограф Синельников, два работника почты, а многих я не знал ни по фамилии, ни по их профессии. Всех нас скрывали густые заросли сада.

И вот один из незнакомых, которого я встретил в числе первых тpex, встал и поздравил нас с праздником и сказал, что его зовут дядя Тимоша. Он говорил о надвигающейся войне с Германией, о бедственном положении рабочего класса царской России, о том, что зреют в народе революционные силы. Он также призывал к единству и сплоченности и предложил создать большевистскую перовскую группу. Дядя Тимоша особо обратил внимание, чтобы в партийную группу отбирались только хорошо проверенные товарищи. Он обещал оказать помощь группе в снабжении политической литературой.

После коротких выступлений маевка закончилась пением марсельезы. Пели все с вдохновением, но вполголоса, чтобы никто не услышал из проходивших. Дядя Тимоша, Шастин и Синельников встали, тепло попрощались и направились к полотну железной дороги…

Я. Крышев, участник борьбы за установление Советской власти в Кзыл-Орде.

№ 30. ИЗ СООБЩЕНИЯ ГОРНОГО ИСПРАВНИКА 171 ОКРУГА ЧАСТНЫХ ЗОЛОТЫХ ПРОМЫСЛОВ ОКРУЖНОМУ ИНЖЕНЕРУ ОРЕНБУРГСКОГО ГОРНОГО ОКРУГА

13 мая 1913 г.

Из полученного мною сего мая донесения горнополицейского урядника Айдырлинских приисков вверенного мне округа от 1 мая сего года за № 660 усматривается, что в понедельник 29 апреля сего года, в 2 часа пополудни рабочие-забойщики второй смены Ломанной капитальной хозяйской шахты на Айдырлинском прииске Российского золотопромышленного общества отказались работать, требуя увеличения уже существующей платы с 1 руб. до 1 руб. 20 коп. в смену, а равно и других разных прибавок. Несмотря на уговоры служащих, бастующие рабочие ушли по домам.

Вечером того же дня, в смену с 10 часов, на Ломанную шахту пришли те же рабочие, а равно и рабочие предстоящей смены. Всего в числе около 300 человек; причем последние, подстрекаемые первыми, также отказались от работы и, не обращая внимания на увещевания приисковой администрации, со свистом и гиком вышли из раскомандировочной казармы, делая угрозы желающим остаться. Таким образом, забастовка продолжалась до утра 1 мая, то есть в течение 8-часовой смены.

С 6 часов утра 1 мая рабочие первой смены этого дня, хотя с недоверием ко второй смене, учинившей начало забастовки, из боязни быть избитыми за первоначальный приступ к работам, вступили на работу, и в смены с 2 часов дня и 10 часов вечера вышли и остальные рабочие, и работы возобновились…

№ 31. ИЗ АГЕНТУРНЫХ СВЕДЕНИЙ ОМСКОГО ЖАНДАРМСКОГО УПРАВЛЕНИЯ

19 мая 1914 г.

Совершенно секретно Рабочее движение

Записка № 1

Сведения начальника Омского жандармского управления

№ 32. ИЗ ПУБЛИКАЦИИ ГАЗЕТЫ «НАША ГАЗЕТА» (г. ТАШКЕНТ)

27 апреля 1917 г.

ПИСЬМО ИЗ КАЗАЛИНСКА

(1 мая 1917 года)

То, что казалось вчера далекой мечтой, ныне приняло реальные формы… Сегодня свободный русский народ справляет великий праздник интернационала.

Забыв на время все тяжести военной жизни, оставив позади мрачные и душные казармы, солдаты выстроились стройными колоннами на площади… У многих на лицах написаны радость и волнение, в глазах светится одна мысль. И кажется, что вот из уст вылетит невольное восклицание: «Господи, до каких дней мы дожили!..»

Оркестр военной музыки играет марсельезу… Аккорд за аккордом несется музыка, вливая в душу бодрое, радостное чувство. С каждым звуком чувство это растет, ширится, захватывает все твое существо… В разгоряченном мозгу бьется тревожная мысль — не сон ли это?

Но нет, это не сон, а самая живая действительность…

Вот от станции ж. д. выходит стройное шествие железнодорожников. Мерно колыхаясь, плывут над толпой знамена; с бодрыми, зовущими вперед словами… красные полотнища.

Двое рабочих несут большое знамя… Белыми буквами начертано: «Да здравствует железнодорожная демократическая армия». Далее с каждым шагом идущих развертываются новые девизы, великие, бодрые слова: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь»; «Да здравствуют демократическая республика и равноправие женщин» и т. д.

Медленно движется шествие, тихо полощут знамена, а к далекому голубому небу несется стройное пение.

Переливаясь и волнуясь, поет высокий женский голос.

«В царство свободы дорогу грудью проложим себе…»,— мощно и дружно подхватывает хор слова гимна… И идут они, простые труженики, благоговейно, проникнутые величием момента… Но вот железнодорожники подходят к выстроившимся солдатам… Дружное ура с обеих сторон… Звуки марсельезы…

Знамена группируются в центре. И начинается молебствие… Стройно поет хор, простое пение, которое сотни раз слыхал, сегодня приобретает какую-то особенную прелесть и задушевность…

После молебствия, провозгласив ура в честь свободного русского народа, Временного правительства и Армии, и почтив память борцов за свободу (пением похоронного марша), манифестация направляется обратно…

Это одна сторона, так сказать, медали. Говоря об одной, нельзя, конечно, молчать и о другой, оборотной стороне… О том непонимании окружающего и свершившегося, о том пассивном, безразличном отношении к общественной жизни.

Выше я говорил, что было много радостных и взволнованных лиц, но еще больше было лиц безучастных, равнодушных, непонимающих… Большинство молодых солдат (есть и старые такие же) относятся совершенно безразлично; что-то где-то сделалось, зачем и для чего,— не знают и не хотят узнать… И вместо сознательного участия в торжестве они занимаются пошлой обыденщиной.

… Поняв по-своему значение свободы, не зная ни моральных, ни гражданских обязанностей человека, не имея, наконец, просто серьезности, они естественно оказались как бы выброшенными за борт общественного корабля. И опять, вместо стремления понять происходящее, дружно сорганизоваться, деятельно и энергично работать над улучшением своей жизни, они под дикие звуки какой-нибудь «вятской» или «тальянки» занимаются пляской, распевают хулиганские песни…

Больно и стыдно смотреть, когда в стремлении перещеголять друг друга они на каждом шагу стараются пакостить и на все уговоры, убеждения нахально отвечают: «Теперь слабода!»…

Нужна колоссальная работа, нужны силы, средства и литература, нужны чертовское терпение и недюжинная энергия, чтобы вывести их из этого проклятого круга невежества, разбудить, расшевелить их, бросить в горн общественности и вывести из него сильными сознанием, единением и стремлением к идее!..

… Нужно сейчас же, немедленно начать пропаганду, чтобы расчеты подлой романовской своры, основанные на непонимании и темноте народной, на инертности, не оправдались.

Пусть Ташкентский Совет Солдатских и Рабочих Депутатов возьмет почин и, как центральная организация демократии, руководит работой…

№ 33. Ж. ҒАПАРОВТЫҢ ЖӘРКЕНТ ҢАЛАСЫНДАҒЫ 1917 ЖЫЛҒЫ 1 МАЙ

ДЕМОНСТРАЦИЯСЫ ТУРАЛЫ ЕСТЕЛІГІ СОЦИАЛДЫ КАЗАКСТАН, 1937, 1 МАЙ

Будан жиырма жыл бурый.

— Патша тақтан түсірілді!

— Бостандық болды!

Міне осы хабарды Жәркент қаласының еңбекшілері естігеніне 20 жыл 27 кун болды. Ол 1917 жылдын 4 апрелі еді. Біз дәл сол күні бастауыш мектеп пен шіркеудің жанындағы алаңға жиналып, митинг өткіздік.

Сол кезде Тәнікеннен бес адам (үшеуі өзбек, екеуі орыс) делегат келген еді. Митингіде солар шығып сөз сөйледі. Олардың барлығы да:

— Николай тақтан ңұлады. Біз, еңбекшілер, тең-дік алдық. ¥йымдасуға, сөз сөйлеуге, газет шығаруға еріктіміз,— деді.

Жергілікті халықтың еңбекшілерінен Жүнісов Қайымбек, Ғапаров Жүсіпжан, Котов тағы басқа жолдастар сөйледі.

Митингіден кейін Тәшкеннен келген делегаттардың үсынысы бойынша, профессионале союзына уйымдастық. Буған кілең теміршілер, малайлар мүше болды. Сол жиналысқа ңатысқан 70—80 адамнан 35 дей кісі союзға кірді. Бул еңбекшілердің түңғыш уйымы еді.

¥йым ңурылғаннан кейін істеген жұмысымыздың біреуі 1-май мерекесіне әзірлену болды. ¥йымның тапсыруымен 1-Майға арнап мен үш плакат әзірле-дім. Қызыл сәтенге аң поталмен: «Жасасын бостан-дық», «Жасасын бірінші май», «Жасасын еңбекші-лердің азаттығы» деп ұран жаздым. 1-Май мерекесіне ел ынтық болды.

Көпшілік арасында ұйымдастыру жумысын да жүргіздік. Мектепте оқып жүрген ұйғыр жастарынан (10—15 жастағылар) 20 шақты адамға екі жүмадай революциялың өлеңдер үйреттік.

Асыіып күткен Бірінші май келді. Союздың кеңесінің алдына 70—80 ересек кісілер мен оқушы ба-лалар жиналды. Бүл Жәркенттің тарихында болған бірінші демонстрация еді.

Демонстрацияшылар Уәли Юлдашев дейтін атақты байдың сарайына жақындағанда буржуазия комитетінің адамдары кес-кестеп тұра қалды. Бүлар-дың ішінде: Жүнісов Қүсайынбек (ірі саудагер, үйғырлардың буржуазиялық комитетінің бастығы), Бапин және Салықов (Татар комитетінің адамдары), Болатов (Алаш комитетінен) және басқалар бар еді.

Бүлар бізді тоқтатып алды да, қайда барасыңдар деп сүрады. Қаматамыз деп қорқытпақшы болды. Онан соң мен көпшілік алдында сөз сөйледім, 1-май еңбекшілердің мерекесі, еңбекшілерге 1-майды мейрамдама деп тыйым салуға ешкімнің правосы жоқ дедім. Біздің союздың мүшелері — теміршілер — мені жақтап шықты. Әлгі мырзаларға қарап: «Біз ешкімді сендерге бере алмаймыз, қолдарыңнан келгенін аямаңдар» деді.

Елдің рухы көтерілді. Басында аз адам едік, ар-тынан өл көбейді, Өзеннің жағасына барып, митинг жасадық. Жергілікті атқару комитетінің президиум мүшелері бастығы Малинин жолдас болып митингіге қатынасты. Бірінші майдың маңызы туралы баяндама болды. Совет өкіметінің міндеті ай-тылды. Митингіге жиналған халық Уақытша үкі-меттің зүлымдық мақсатын түсінді.

Ғапаров Жусіпжап

Воспоминания Ж. Гапарова о первомайской демонстрации в Джаркенте (ныне г. Панфилов), опубликованные в газ. «Социалды Казахстан) 1 мая 1937 г.

1918—1920

№ 34—35. ОБРАЩЕНИЯ ВСЕРОССИЙСКОГО ЦЕНТРАЛЬНОГО ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОМИТЕТА

№ 34. ВСЕМ ГУБЕРНСКИМ, УЕЗДНЫМ, ВОЛОСТНЫМ СОВДЕПАМ

26 апреля 1918 г.

Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов предлагает всем Совдепам принять все меры к организации первомайского празднества, возможно лучше разработав его планы.

Предлагаем следующие основные лозунги:

1) Да здравствует Советская власть — диктатура рабочих и крестьян над буржуазией.

2) Против империалистической бойни за мир и братский союз трудящихся всех наций.

3) Против империалистических насильников за вооруженную оборону социализма.

4) Защита Советской Республики с оружием в руках — священный долг каждого рабочего и крестьянина.

5) Кто не трудится — тот не ест.

6) Да здравствует нерушимый союз рабочих, бедняков деревни и трудового казачества.

7) Долой соглашателей — предателей революции. Коммунизм — знамя мирового восстания рабочих.

8) Победив капиталистов, мы должны победить собственную неорганизованность — только в этом спасение от голода и безработицы.

9) Сознательные рабочие железной рукой отстоят трудовой порядок и революционную дисциплину.

Председатель Центрального Исполнительного

Комитета Я. Свердлов