Прошлое Казахстана в исторических материалах

ПОКАЗАНИЯ РУССКИХ ПЛЕННЫХ, ВОЗВРАЩЕННЫХ ИЗ БУХАРЫ

Корнила Суворов. 45 лет от роду, Сибирского казачьего № 3 полка, взят в плен в 1840 году в Сентябре месяце при уроч. Улу-Тау киргизами мятежника Кенисары Касымова. Побыл у Кенисары месяц и потом отправлен в Бухару в подарок Эмиру. Продержавши Суворова один день, Эмир отдал его обратно тем же киргизам, которые и продали его за 18 тиллей одному бухарцу, у которого он прожил 7 месяцев; потом Эмир взял его в Сарбазы, заплатив хозяину его 26 тиллей; в Сарбазах Суворов оставался до настоящего времени и был попеременно рядовым, Пен-джа-башей и Дег-башей.

Иван Ненилин. 60 лет от роду, казак Сибирского войска № 4 полка, взят в плен в 18 4 0 году (вместе с Суворовым) при уроч. Улу-Тау киргизами мятежника Кенисары Касымова. Через 1/2 месяца по пленении был препровожден в подарок Бухарскому Эмиру; но когда Эмир узнал, что посланник его, поехавший с Бутеневым, не был принят в России, то, рассердись на русских, продал Ненилина своему адъютанту (Нансат-баши) за 22 червонца, у которого Ненилин и находился 7 месяцев, живя в поместье своего господина в 8 верстах от Бухары на р. Джугуне, впадающей в Зарявшан в деревне Ичке-Там. Через 7 месяцев, когда командированный Сарбазами Наиб (Шерук-Хана тогда еще не было) просил Эмира о пополнении Сарбазов русскими пленными, был перемещен в Сарбазы.

Павел Ярко в. 36 лет от роду, государственный крестьянин Оренбургской губернии, Челябинского уезда, дер. Качагаровой. Взят в плен мятежными киргизами Кенисары Касымова в 1844 году во время рыболовства, на р. Тоболе, вместе с другим своим однодеревенцем, у Кенисары пленные жили месяца 3, потом Ярков был отправлен в подарок к Бухарскому Эмиру, а товарищ его к Хивинскому хану. По приводе к Эмиру тотчас же послан в Сарбаз-хане, где и находился до настоящего времени.

Федор Федотов. 50 лет, из Польских военнопленных, служил в Линейном Оренбургском баталионе № 6, расположенном в крепости Озерной. Взят в плен около станицы Мариинской во время осмотра кордонного сена в 1837 году. Через 9 месяцев после перевозки из аула в аул, отвезен в Бухару, где и продан за 20 тиллей Эмиру, который тотчас же отослал Федотова в Сарбаз-хане; после не принятия в России Бухарского посла, отправленного с Бутеневым, продан одному бухарцу в Бухаре за 36 червонцев, у которого и жил 9 месяцев, а потом опять за ту же цену куплен в Сарбазы.

Распросы русских пленных, возвращенных из Бухары полк.

Игнатьевым в 1859 г. Из библиотеки С. А. Хрулева.

ВОССТАНИЕ ИСЕТА КУТЕБАРОВА

„Аугсбургская Газета» рассказывает о страхе, наведенном на крестьян в Оренбургской губернии и распространившимся слухом о киргизском восстании и набеге. И через несколько дней та же газета говорит об амнистии Исету Кутебарову. Жаль, что она не сообщили страшной истории, почему Исет Кутебаров откочевал к Хивинской границе. Со времен ветхозаветных войн или монгольских набегов ничего небыло гнуснее в свирепости, как набег полковника Кузмина и майора Дерышева, которым заправлял (еще при Перовском) сидя в своей канцелярии бывшей помощник Липранди — Григорьев. Этот кровавый эпизод еще ждет описания.

„Колокол» А. И. Герцена 15 ноября 1858 г., с. 231.

… Киргизы начали сознавать, что цепи русского рабства не мягче кокандских и что, оказывая поддержку России, они делают лишь более безнадежным возвращение утраченной ими независимости. В то время, как это сознание стало усиливаться среди киргизов, в их среде появился человек, оказавшийся способным возбудить их страсти до высшего предела и повести их даже против хорошо организованного врага. Имя этого вождя было Иссет Кутебаров. Красноречие Кутебарова подогрело чувство его соплеменников до наивысшей ступени безумия. Его призыв к войне против России облетел киргизские кибитки. „У них есть лошади и оружие. И разве мы не имеем того же? Разве мы не столько многочисленны, как песок океана? Куда ни обернись: на восток ли, на запад ли, на север или на юг,— всюду наверняка найдешь киргизов. Почему же, в таком случае, мы должны подчиняться горсточке чужеземцев? “

С помощью подобных смелых слов Кутебаров вдохнул отвагу в сердце киргизов. Его пример пристыдил многих киргизских начальников и заставил их подражать ему. Разъединенный киргизский народ на некоторое время оказался объединенным общей враждебностью к России. В течение пяти лет Кутебаров вел вид партизанской пограничной войны с Россией, и не один раз его искусство и быстрота передвижения приводили к перевесу над лучше вооруженными и более дисциплинированными русскими войсками. Наконец, по не совсем установленным причинам (может быть потому, что он заметил разлад в рядах его последователей), он принял почетные условия мира, предложенные ему представителями русской власти. С прекращением борьбы Кутебарова с царем, умерла душа киргизского дела (освобождения от русской зависимости). Это событие имело место в 1858 году, когда Россия вознамерилась вернуться к временно оставленной активной политике в Средней Азии и к продолжению прежних побед на Сыр-Дарье, приостановленных после смерти генерала Перовского.

Бульжер с. 162—163

4-го июня, при р. Джаинды, к нам приехал Исет Куте-баров. Полагаю не излишним поместить здесь краткую биографию этой замечательной личности.

Исет Кутебаров, простой киргиз Чиклинского рода, по уму и богатству имел сильное значение в своем роде, а своим удальством в баранте заслужил почетное название „батыря». Он был предан русскому правительству и, как человек с влиянием на своих единоплеменников, с пользой употребляем для разных поручений, которые всегда исполнял добросовестно.

В то время умер султан-правитель Средней Орды, место которого, по своим отличным достоинствам, должен был занять Исет. Его предупредил султан Арслан, человек хитрый, который пронырством и наветами на Кутебарова достиг почетного назначения. Самолюбие Исета было оскорблено; но Арслан не удовольствовался получением места правителя и вероятно, чувствуя шаткость своего положения, при возраставшем влиянии Исета на страну, старался всеми силами унизить Кутебарова: представлял в дурном свете его действия, клеветал на него и проч., наконец гнал лично Исета и его родню. Не выдержала горячая натура киргиза: жажда мести и крови забушевала в его груди, и в одно раннее утро в первых числах мая 1855 года, шайка диких приверженцев озлобленного „батыря» ворвалось в ставку султана-правителя (она была в то время на р. Илеке, недалеко от Исембая) и произвела там страшную резню. В числе первых жертв был, конечно, Арслан. Казачий двухсотенный отряд, постоянно командируемый к султану-правителю, был по распоряжению его, не ожидавшего таких решительных действий со стороны Исета, хом, шапку из белого войлока Исет снял с себя еще при входе в кибитку.

Наши гости уселись на ковре, поджав ноги под себя. После приветствий, Исет начал уверением в том, что, высоко ценя милость к нему государя императора, он самой глубокой преданностью постарается заслужить ее. Наш посланник говорил ему о тех печальных для него последствиях, если бы он не остановился в своем поведении. На лице Исета пробежали судороги, вероятно, заменившие слезы, потому что, глядя на такую мужественную физиономию, трудно было предположить, чтобы он когда нибудь мог плакать. Для блудного сына и его товарищей зарезали барана; потом их угощали конфетами, потешили песнями. Между прочим, когда подавали чай, Исет подозрительно взглянул на сухую лимонную кислоту. Иг, чтобы успокоить его, положил этой кислоты в свой стакан. Исет, собравшись домой, обещался немедленно отправиться в лагерь генерала Катенина и повторил, что если царь русский простил его, то он будет служить ему, не стесняясь никакими жертвами, предлагал к услугам нашим своих верблюдов, лошадей, вожаков, даже конвой…

П. Назаров. Воспоминания о степном походе в ханства Хиву и Бухару. „Военный Сборник»

№ 4, 1864 г. с. 384—386.

IX. РЕФОРМА УПРАВЛЕНИЯ СТЕПНЫМ КРАЕМ. ВОССТАНИЯ 1869—70 гг.

С завоеванием Средней Азии территория нынешнего Казахстана была разбита на ряд самостоятельных областей: Уральская область, Тургайская область, Степной Край (в составе Акмолинской и Семипалатинской областей) и Туркестанский край, куда входили Сыр-Дарьин-ская и Семипалатинская области.

Было составлено новое Положение об управлении краем. Власть султанов упразднялась, и вводилось общее военно-политическое управление, существовавшее по всей Российской империи. Эта реформа вызвала крупное движение казахских масс, по преимуществу в Западном Казахстане. Одни авторы считают причиной восстания 1869—1870 гг. подстрекательство султанов и мулл, терявших свою власть. Мы считаем, что в данном случае имеем дело с восстанием казахских масс против царизма, при чем этим движением пытались несомненно воспользоваться султаны и муллы в интересах сохранения своего господства и влияния на массы. Однако эти „руководители» восстания вскоре же перекинулись на сторону царизма и даже многие из них были награждены за это (Канали Арстанов и др.). Также откололась от масс феодально-родовая верхушка: аксакалы, батыри и проч. Таким образом, отделение масс от эксплуататорской верхушки видно в этом последнем крупном восстании казахских масс более отчетливо, чем в описанных восстаниях первой половины XIX века. Особенно сильно было движение среди адаевцев (Мангишлакский полуостров), и носило там массовый характер, при чем феодально-родовые главари в восстании почти не участвовали. К сожалению систематизированного и полного описания восстания 1869—1870 гг. в литературе не имеется.