Содержание книги
Проведение первого саммита сопровождалось тонкой и деликатной протокольной работой. Пришлось решать даже такую проблему, как рассадка глав государств и правительств за столом заседания. Дело в том, что согласно процедуре представители государств-участников СВМДА должны располагаться в зале по алфавиту. Но для меня с самого начала подготовки форума было ясно, что придется пойти на нарушение данного правила и организовать рассадку гостей с учетом международного авторитета их государств. Над соответствующей схемой работал внимательно и непрерывно, тщательно рассматривая все аспекты этого сложного дела. Пришлось принимать во внимание и такие нюансы, как присутствие на саммите представителей непримиримых государств-антагонистов: Израиля, Ирана, а также Палестины.
Не имея никаких сомнений в отношении высших руководителей России и Китая — государств, внесших решающий вклад в успех СВМДА, тем не менее, пришлось крепко задуматься о том, кому из них отдать первенство при решении протокольных вопросов. В результате напряженных размышлений, на мой взгляд, удалось найти удачную и компромиссную формулу: по правую руку от председателя СВМДА Н. Назарбаева расположился президент В. Путин, по левую — председатель Цзян Цзэминь, но первое слово для выступления было предоставлено китайскому руководителю. По моим наблюдениям, такое протокольное, а по сути — политическое решение было с одобрением воспринято участниками саммита.
В ходе заседания Нурсултан Абишевич поручил мне договориться с китайцами об участии Цзян Цзэминя в неформальном ужине в президентской резиденции с участием В. Путина. Другими словами, планировалось проведение «казахстанско-китайско-российской» встречи, что само по себе было оригинальной и полезной идеей. Не мудрствуя лукаво, я тут же подготовил краткую записку на китайском языке: «Уважаемый господин Цзян Цзэминь! Президент Нурсултан Назарбаев приглашает Вас к себе домой на ужин, начало которого запланировано на семь часов вечера. В этом мероприятии примет участие президент Путин. Не будете ли Вы так добры почтить ужин своим высоким присутствием», затем направил свое «творение» прямиком китайскому руководителю. Прочитав послание, Цзян Цзэминь на его обратной стороне начертал иероглифы следующего содержания: «Благодарю президента Назарбаева за приглашение. Для меня большая честь быть , в его Доме в качестве гостя. Меня будет. сопровождать переводчица». К этому следует добавить, что ужин трех руководителей прошел в исключительно дружеской обстановке показался полезным в плане дальнейшего сближения государств, связанных друг с другом общими границами.
Следующая встреча на высшем уровне в рамках СВМДА состоялась В Алматы 17 июня 2006 года. На этот раз особых волнений и забот по доводу участия основных лидеров азиатских стран уже не было, поскольку процесс набрал силу и стал необратимым. Для нас, хозяев форума, принципиально важное значение имело согласие В. Путина и Ху Цзиньтао присутствовать на этом саммите. Мы были благодарны им за это решение, поскольку оно было сопряжено с некоторыми трудностями. Дело в том, что за два дня до начала форума в Шанхае состоялся юбилейный саммит ШОС, в котором приняли участие все руководители государств, входящих в данную организацию. Большое уважение к президенту Н. Назарбаеву пересилило естественную усталость после такого серьезного и важного политического мероприятия. На саммит прибыли президенты П. Мушарраф, И. Каримов, И. Алиев, К. Бакиев, Э. Рахмонов, X. Карзай, заместитель премьер-министра Ш. Перес (сейчас является президентом Израиля), премьер-министр Таиланда Т. Синаватра, министр иностранных дел Южной Кореи Пан Ги Мун (нынешний генеральный секретарь ООН), высокопоставленные представители других государств, а также заместитель генерального секретаря ООН Ибрагим Гамбари. Турцию, Индию, Монголию, Иран, Палестину представляли специальные представители министерского уровня. Состав участников алматинского форума говорил сам за себя: СВМДА стало реальным фактором современных международных отношений.
В декларации, принятой по итогам обсуждения вопросов безопасности и Азии, главы государств с удовлетворением отметили, что «процесс СВМДА уверенно продвигается вперед, укрепляя сотрудничество между государствами-членами, -с международными организациями и другими странами». По мнению участников форума, большинство задач, поставленных с момента проведении первого саммита в 2002 году, было выполнено, что способствовало дальнейшему развитию и укреплению СВМДА. На форуме прозвучало осуждение терроризма во всех его формах и проявлениях. Главы государств заявили о своей решимости активизировать и объединить усилия на национальной, региональной и многосторонней основе для борьбы с этой угрозой, направленной против глобального мира и безопасности. Важным стало положение декларации о том, что борьба против терроризма должна быть последовательной и исключающей двойные стандарты. Заключительный документ отразил общую позицию участников СВМДА в отношении таких проблем, как сепаратизм, транснациональная организованная преступность, незаконная продажа вооружений, распространение оружия массового уничтожения, реформа ООН, сотрудничество в области транспорта и энергетики. Словом, второй саммит СВМДА достиг поставленных перед ним целей, став заметным событием в мировой политике.
В то же время вполне очевидным для участников форума и, конечно, для нас, его устроителей, стало отсутствие подходящего помещения для проведения столь крупного и авторитетного мероприятия с участием глав основных государств Азии. Этот момент особенно бросился в глаза после увиденного в Шанхае, где накануне саммита СВМДА прошла встреча на высшем уровне ШОС. Китайцы продемонстрировали новое здание с неповторимым оригинальным внутренним убранством залов, поразивших воображение всех гостей своими огромными размерами. Например, площадь помещения, в котором проходило расширенное заседание глав государств, достигала 5 тысяч кв. метров. После такой роскоши зал пятизвездочной гостиницы смотрелся более чем скромно.
Тем не менее дружественная атмосфера саммита скрасила этот недостаток. А на торжественном обеде в честь руководителей делегаций президент Н. Назарбаев завершил свой тост следующими словами: «Мы заняты благородным делом — строительством мира в Азии. Наш путь тернист, но дорогу осилит идущий. Я понимаю, что после Шанхая, где мы побывали на днях, удивить вас очень трудно, поэтому хотел спеть для моих друзей казахскую песню». Он исполнил ее так задушевно и профессионально, что сорвал горячие аплодисменты всех своих коллег. Особенно искренне радовался творческому успеху казахстанского президента председатель Ху Цзиньтао. Радушно улыбался и Путин, а Карзай с искренним удивлением принялся рассматривать Н. Назарбаева, как бы заново открывая для себя его личность.
Говоря о СВМДА, не могу не упомянуть еще один уникальный документ, разработанный и принятый министрами иностранных дел в 2004 году. Это — каталог мер доверия. Впервые в истории азиатского континента его государства смогли договориться по такому принципиальному вопросу, как выработка мер доверия в военно-политической, экономической, экологической и гуманитарной областях. Данное соглашение положило начало процессу политической институционализации СВМДА.
В чем причина успеха данного форума? На мой взгляд, здесь присутствуют несколько факторов. Во-первых, сама идея, хотя и в некоторых аспектах корреспондируется с советской инициативой создания коллективной безопасности в Азии, тем не менее, является по своей сути новым предложением, исходящим от регионального по масштабам государства в совершенно новых исторических условиях. Во-вторых, инициатива принадлежит президенту Нурсултану Назарбаеву — авторитетному политику мирового масштаба. В-третьих, предложение о созыве СВМДА исходит от Казахстана, добившегося серьезных успехов в проведении рыночных реформ и получившего признание со стороны всего международного сообщества как государство, проявляющее высокую ответственность в отношении собственных обязательств в том, что касается ядерного разоружения, безопасности и межгосударственного сотрудничества. В-четвертых, Казахстан не стал забегать вперед и вынашивать «сверхожидания» от СВМДА. С самого начала мы заявили о своей твердой позиции, смысл которой сводится к тому, что это — форум, а не организация, и у нас нет намерений каким-либо образом форсировать данный процесс. В-пятых, СВМДА стало удобной площадкой для обмена мнениями и дискуссий по вопросам укрепления безопасности в Азии. Повторюсь: такого удобного механизма в нашем регионе доселе не существовало. Причем СВМДА объединил совершенно непримиримые государства — Израиль и Иран, не имеющих даже дипломатических взаимоотношений. Только одно это обстоятельство позволяет говорить об уникальности форума.
На другой, не менее важный вопрос — каковы перспективы СВМДА? — я с большой уверенностью ответил бы, что у форума хорошее будущее. Но при соблюдении определенных условий. Прежде всего, нельзя допускать снижения темпов работы, важно продолжать совместную разработку актуальных документов, углубляющих данный процесс. Следует активно разъяснять цели и задачи СВМДА не только в Азии, но и на других континентах и, конечно же, в международных организациях. Нужно проявлять терпение и последовательность в работе над продвижением этого процесса. Нынешняя ОБСЕ с 1975 по 1994 годы называлась «совещанием», это был длительный и трудный процесс переговоров и консультаций, приведших к созданию организации. Но Азия сильно отличается от Европы, это особый регион, где присутствуют сильнейшие противоречия, соперничество и даже взаимные территориальные претензии. Сами азиатские политики утверждают, что страны континента «спят в одной постели, но видят разные сны». Поэтому поспешность в отношении СВМДА может привести к крайне негативным результатам. Такой поворот будет тем более нежелательным, имея в виду, что Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии стало своеобразной «визитной карточкой» казахстанской дипломатии.
5 октября 2007 года исполнилось 15 лет со дня провозглашения президентом Н. Назарбаевым инициативы о созыве СВМДА. В его адрес по этому случаю поступили поздравительные телеграммы от президентов России, Турции, Пакистана, Кыргызстана, Южной Кореи, Монголии, Израиля, председателя КНР, премьер-министра Индии и руководителей других государств, а также генерального секретаря ООН. Второй саммит, прошедший в Алматы 17 июня 2006 года, принял решение об объявлении 5 октября Днем СВМДА. Без преувеличения можно сказать, что этот день символизирует триумф казахстанской дипломатии.
***
Далее хотел бы рассказать о Шанхайской организации сотрудничества и об участии в ней нашей страны. Казахстан по праву считается одним из инициаторов создания ШОС, ставшей важным фактором не только региональной, но и мировой политики.
Официально рождение ШОС датируется 2001 годом. Поэтому в 2006 году в Шанхае состоялся юбилейный саммит организации. Форум оказался беспрецедентно представительным: в нем приняли участие не только главы государств-членов организации, но и первые лица Монголии, Ирана и Пакистана, присоединившихся к ШОС в качестве наблюдателей. Саммиту предшествовала кропотливая работа секретариата ШОС во главе с опытным дипломатом, первым послом КНР в Казахстане Чжан Дэгуаном, и всех представителей шести стран, вошедших в эту уникальную организацию. Самой высокой оценки заслуживают хозяева данной встречи, правительство КНР уделило подготовке форума самое серьезное внимание. С точки зрения организации, протокольного обеспечения и торжественности саммит превзошел все ожидания.
Самолет президента Казахстана приземлился в Шанхайском аэропорту 14 июня. Город встретил нас знакомым мне еще с начала 80-х годов прошлого столетия маревом летнего дня и специфическим запахом, идущим с реки Хуанпу. Впрочем, дорога из аэропорта в центр города убедила нас в том, что Китай уверенно шагнул в третье тысячелетие как развитое государство с огромными перспективами. Дело даже не в статистике экономических показателей, которые впечатляют и даже пугают весь мир, а в том, как жители Поднебесной используют все достижения современного мира для обустройства своих городов. В этом смысле Шанхай является наглядным примером. Рассказывать об этом городе — неблагодарное дело, понадобится не один десяток страниц, чтобы описать красоту и величие одного из уникальнейших мегаполисов мира. Достаточно сказать, что наша делегация разместилась на 88-м этаже ультрасовременной гостиницы с видом на центр Шанхая. Его обликом были поражены буквально все участники саммита, особенно те, кто бывал в этом городе раньше. Произошедшие в нем перемены удивляют и шокируют.
Китайские дипломаты позаботились и о политической стороне саммита. Пекин был заинтересован в том, чтобы он прошел «без сучка, без задоринки», и поэтому провел необходимую подготовительную работу. В том числе и в отношении Ирана, чтобы избежать неприятных и неожиданных моментов во время встречи на высшем уровне. Так получилось, что за пару месяцев до созыва форума в Шанхае мне довелось побывать с официальным визитом в Тегеране. Незадолго до поездки МИД Казахстана посетил посол КНР, который, сославшись на поручение своего правительства, попросил передать президенту и министру иностранных дел Ирана, что Пекин заинтересован в создании исключительной дружественной атмосферы вокруг юбилейного саммита ШОС и надеется, что на форуме не прозвучат выступления конфронтационного содержания. Просьбу китайских партнеров я выполнил, поскольку она совпадала и с позицией Казахстана. Надо сказать, что и президент Ахмадинеджад, и министр Мот-таки с пониманием восприняли мое обращение. Иранский руководитель в ходе Шанхайского форума отказался от привычных для него антиамериканских выпадов.
Ровно за месяц до саммита, 15 мая, мне довелось принять участие в министерской встрече, на которой были рассмотрены все документы, подлежавшие принятию главами государств. Путь в Шанхай пролегал через Женеву, где состоялись мои переговоры с руководителями некоторых международных организаций системы ООН. Поэтому был вынужден направиться в зал переговоров прямиком из аэропорта. Надо отдать должное китайцам: они согласились перенести начало встречи на полтора часа с учетом моего позднего прибытия в Шанхай.
Привожу воспоминания об этом мероприятии, поскольку оно оказалось важным для Казахстана с точки зрения положительного рассмотрения наших предложений. На протяжении почти двух лет в ШОС велась оживленная дискуссия по ее организационной структуре, статусе руководителей секретариата и содержанию основных политических документов, принимаемых в ее рамках. Я придерживался мнения, что секретариат необходимо усилить, передав в его подчинение региональную антитеррористическую структуру, штаб-квартира которой находится в Ташкенте. Наличие двух исполнительных структур, не имеющих четкого регламента взаимоотношений друг с другом, порождало организационную и в конечном счете политическую неопределенность. Из-за элементарного недосмотра национальных координаторов и других дипломатов государств-участников ШОС возникла странная ситуация: секретариат, получивший прописку в Пекине, возглавлял всего лишь исполнительный секретарь, получивший неопределенные полномочиям. Он назначался на должность по общему решению министров иностранных дел, а руководитель антитеррориетической структуры в Ташкенте получал «благословение» от глав государств. Более того, в переводе е китайского языка должность исполнительного секретаря звучала как «генеральный секретарь», но российские дипломаты, даже те, кто знали этот язык, постоянно находили какие-то отговорки и уходили от решения важного вопроса.
Я же считал необходимым как можно скорее исправить досадные промахи, допущенные на начальном этапе становления ШОС. Поэтому данная проблема постоянно поднималась во время консультаций и переговоров с С. Лавровым и Ли Чжаосином в Москве, Астане и, наконец, в Шанхае. Я благодарен коллегам, маститым дипломатам, за пониманием поддержку что нашло свое отражение в решении министерской встречи. Мы, представители государств-участников ШОС, пришли к общему мнению: главную исполнительную структуру должен возглавлять генеральный секретарь с расширенными полномочиями, назначаемый решением глав государств. Что касается руководителя антитеррористической структуры, то он получил статус первого заместителя генерального секретаря. Все встало на свои места. Данная договоренность, одобренная месяц спустя главами государств, несомненно, способствовала усилению потенциала ШОС.
На саммите в Шанхае был принят очень важный, глубокий по содержанию документ — декларация пятилетия ШОС. Главы государств заявили, что создание этой организации явилось важным стратегическим выбором ее государств-членов перед лицом вызовов и угроз XXI века ради установления прочного мира и устойчивого развития в регионе. По мнению участников форума, ШОС проявила себя в качестве важного механизма углубления добрососедских, дружественных и партнерских отношений между государствами-членами организации и положительного фактора глобальных усилий по демократизации международных отношений. В декларации содержится детальный анализ нынешней ситуации в мире, что само по себе является показательным в плане единства государств-членов организации в том, что касается наиболее актуальных вопросов современности. ШОС заявила о своей твердой позиции относительно укрепления стратегической стабильности и международных режимов в области нераспространения оружия массового уничтожения, усиления роли ООН как универсальной и безальтернативной международной организации.
Большое внимание в декларации было уделено положению в Центральной Азию Главы: государств с удовлетворением отметили, что страны региона добились крупных успехов «исторического масштаба» в экономических, политических реформах. Важное значение имеет договоренность о том, что государства-члены ШОС будут оказывать взаимную поддержку «в отстаивании принципиальных позиций по защите суверенитета, безопасности и территориальной целостности», не будут участвовать в союзах и объединениях, деятельность которых направлена против безопасности друг друга. ШОС заявила и о приоритетности программ торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества и приветствовала создание делового совета и межбанковского объединения в рамках организации.
Главы государств подтвердили наличие особого явления в многостороннем региональном сотрудничестве — «шанхайского духа», который подразумевает «взаимное доверие, взаимную выгоду, равенство, консультации, уважение многообразия культур, стремление к взаимному развитию». В декларации подчеркивалось: «шанхайский дух», являясь целостным понятием и важнейшим принципом деятельности ШОС, обогатил теорию и практику современных международных отношений, претворяя в жизнь всеобщее стремление мирового сообщества к демократизации международных отношений».
Другими словами, Шанхайская организация сотрудничества заявила о себе как важный фактор, с которым придется считаться всем крупным региональным объединениям и государствам мира. Не случайно к саммиту в Шанхае было приковано внимание мировой прессы: Этот интерес вполне объясним, поскольку в организацию входят два постоянных члена Совета Безопасности ООН — Россия и Китай. В качестве наблюдателей к ШОС присоединились еще две ядерные державы — Индия и Пакистан, а также Иран разрабатывающий собственную ядерную программу. Членами ШОС являются государства Центральной Азии, имеющей стратегическое значение в современной геополитике. По количеству населения и природным ресурсам ШОС представляет собой уникальное географическое и экономическое пространство. Надо помнить, что в этом пространстве удивительным образом переплетены и мирно сосуществуют друг с другом такие крупные религии, как ислам, буддизм и христианство. Поэтому главы государств-членов ШОС были абсолютно правы, выражая оптимизм в отношении благоприятных перспектив организации. Она действительно имеет хорошее будущее.
Участникам шанхайского саммита запомнилось интересное и объемное выступление президента Н. Назарбаева с глубоким анализом задач ШОС и перспектив ее деятельности. Надо сказать, что он основательно подготовился к юбилейному форуму, «перелопатил» большое количество материалов и собственноручно сформулировал ключевые положения своей речи.
Выше говорилось, что становление ШОС было непростым. Мне, без преувеличения, довелось быть свидетелем и даже участником всего процесса, который, если быть точным, начался задолго до 2001 года — в 1988 году во времена советско-китайского противостояния. Во всяком случае, тогда двусторонние отношения еще не были нормализованы, до визита М. Горбачева в Пекин оставался год. В ходе дипломатических консультаций была достигнута договоренность о создании советско-китайской группы по рассмотрению вопросов, касавшихся снижения напряженности и создания мер доверия на границе. С советской стороны переговоры вел опытный дипломат в ранге посла Г. Киреев. Впоследствии он написал интересную книгу о перипетиях этой сложнейшей работы.
После распада СССР работа продолжалась, но уже в новом формате. Китаю «противостояли» новые государства — Россия, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан. Именно тогда на слуху появилось понятие «пятерки», объединенной общей границей. После четырех лет упорной работы на экспертном уровне удалось подготовить соглашение о мерах доверия на границе и тогда же возникла идея проведения саммита в Шанхае с целью подписания этого уникального документа.
Это произошло 26 апреля 1996 года. Данное событие вошло в анналы истории международных отношений, поскольку положило конец многолетнему противостоянию и конфликтам на границе с Китаем, который заявил всему миру о своем стратегическом выборе в пользу мирного сотрудничества с четырьмя сопредельными странами. Ровно год спустя участники «Шанхайской пятерки» подписали в Москве соглашение о сокращении вооруженных сил в районе границы. Эпоха взаимных претензий и подозрительности стала достоянием истории.
А в 2001 году было принято решение о вхождении в эту группу Узбекистана, не имеющего общей границы с Китаем. «Пятерка» превратилась в «шестерку», а затем в полноценную организацию. Главы государств подписали целый ряд уставных документов и политических соглашений, предопределивших перевод сотрудничества из плоскости военно-политического доверия в различные сферы взаимодействия по проблемам безопасности, торговли, гуманитарных обменов.
Интересной была история создания региональной антитеррористической структуры. Если по сути данного вопроса у государств-членов ШОС не было разногласий, то месторасположение ее штаб-квартиры вызвало оживленные дискуссии во время саммита в Москве в мае 2003 года. На предыдущей встрече в Санкт-Петербурге было достигнуто общее согласие о том, что структура будет находиться в Бишкеке, завизированы и подписаны все необходимые документы по этому вопросу. Но во время встречи в Кремле президент И. Каримов в довольно категоричной форме заявил о том, что организация должна находиться в Ташкенте. При этом узбекский руководитель подчеркнул, что ему не нравится слово «штаб-квартира», потому что оно ассоциируется с НАТО. Взявший слово В. Путин сказал, что данное предложение дельное, его можно принять, а слово «штаб-квартира» не надо использовать: «зачем быть повторюшками-хрюшками».
На бывшего президента Кыргызстана в тот момент было больно смотреть, от публичной экзекуции, устроенной ему узбекским президентом, он стал краснее помидора. Пытаясь спасти ситуацию, А. Акаев принялся рассуждать о прежних договоренностях, о готовности Бишкека к приему антитеррористической структуры. В спор с ним вступил И. Каримов, затем с неожиданным заявлением выступил Э, Рахмонов, решительно поддержавший узбекского коллегу. Вконец раздосадованный Акаев ответил: «От тебя, Эмомали, я этого не ожидал!». Нурсултан Абишевич, пожалев кыргызского президента, принялся утешать. его: «Асеке, не переживай. Ты здесь ни при чем».
Надо сказать, что переводчики не смогли угнаться за оживленным обменом мнениями, поэтому Ху Цзиньтао оставалось с удивлением рассматривать своих коллег по ШОС. Когда же наконец он понял, что фактически без его участия было принято решение о переводе антитеррористической структуры в Ташкент, возражать не стал, но и от комментариев по этому вопросу отказался. Традиции многовековой китайской дипломатии все же что-то значат! Тем более Пекин придает большое значение совместной борьбе против так называемых «трех зол»: терроризмa сепаратизма и религиозного сепаратизма.
Конвенция по данному вопросу была подписана еще в 2001 году в Шанхае. В соответствии с этим документом была создана региональная антитеррористическая структура, вызвавшая оживленную дискуссию президентов на cаммите в Москве. А по итогам встречи на высшем уровне в Астане в 2005 году руководители государств-членов ШОС заявили, что принятая в ходе саммита в Шанхае концепция сотрудничества в борьбе против терроризма, сепаратизма и экстремизма позволит придать деятельности антитеррористической структуры более целенаправленный характер. Таким образом, казавшийся ранее экзотическим термин «три зла» прочно вошел в обиход Шанхайской организации сотрудничества. На встрече в Астане была принята новая концепция сотрудничества в борьбе против «трех зол».
На саммите в Астане произошел любопытный эпизод. Президент Узбекистана заявил о необходимости выработки общего подхода к такому важному вопросу, как пребывание американских войск в центральноазиатском регионе. Смысл его высказываний сводился к тому, что США стремятся к созданию постоянно действующих баз, что противоречит интересам государств региона. Поэтому Ташкент принял решение о закрытии Ханабада для американских подразделений, которые к тому же не хотят компенсировать свое пребывание там соответствующими финансовыми выплатами. И. Каримов сказал, что и Кыргызстан, допустивший американцев на свою территорию, должен определиться по этому вопросу. Взявший слово К. Бакиев отреагировал обещанием: «Если изберусь президентом, обязательно поставлю этот вопрос перед американцами. Я уже определился».