Содержание книги
Не в лучшем положении находится край и относительно среднего и специального образования. Такие значительные и сравнительно довольно богатые города, как Семипалатинск и Петропавловск, не имели до сих пор ни одного среднего учебного заведения (если не считать в первом недавно открытой мужской прогимназии); между тем нужда в них весьма ощущается, так как имеющиеся средние учебные заведения в Омске переполнены. В Уральске имеется реальное (войсковое) училище и женская гимназия единственные средние учебные заведения на Уральскую и Тургайскую области, а первое кроме того и на весь Киргизский край. Лучшее положение занимает г.Омск, где находятся мужская и женские гимназии, кадетский корпус, учительская семинария, механико-техническое, железнодорожное техническое училище и фельдшерская школа. В селе Боровом (в 60 в. от Кокчетава) находится лесное училище.
Остается за Омском первенство и со стороны развития книжного, типографского и издательского дела. В Омске есть три частных типографии (две из них с литографиями) и две правительственных (с литографиями), картографическое
и литографическое заведение (Военно-Топографического отдела); издаются четыре периодических издания (“Степной Край”, “Сельскохозяйственный Листок”, — на русском и киргизском языках, “Епархиальные Ведомости” и “Областные Ведомости”) и кроме того отдельные “Труды” ученых обществ (Географического, Медицинского и Сельскохозяйственного). Имеется два книжных магазина и четыре мелких торговли книгами, две публичных библиотеки и две народных читальни. Из других городов восточных областей края имеет типографию, одну книжную торговлю, библиотеку и периодическое издание (“Областные Ведомости”) Семипалатинск; в Петропавловске есть небольшая книжная торговля и библиотека: в других городах (Акмолинск, Кокчетав, Каркаралинск, Павлодар, Усть-Каменогорск и Зайсан) есть небольшие общественные библиотеки. В западной части края (Уральской и Тургайской обл.) Уральск имеет типографию, книжный магазин, общественную библиотеку, народную читальню и три периодических издания (“Областные” и “Войсковые Ведомости” и газету “Уралец”). В Тургайской области в Кустанае, Иргизе и Актюбинске есть общественные библиотеки, в первом кроме того — народная читальня; типографий и книжных магазинов в области нет; “Тургайские Ведомости” — с приложением Тургайской газеты” (на русском и киргизском языках) издаются в Оренбурге.
Все сказанное о развитии книжного, типографского, издательского и библиотечного дела в крае иллюстрируется нижеследующей таблицей, в которую внесено кроме того и число ученых и просветительных обществ, играющих заметную роль в культурном развитии края:
Из этой таблицы, а также из предыдущего видно, что Акмолинская обл. (собственно г. Омск) занимает в культурном отношении первое место в крае: наиболее отсталой является Тургайская обл., культурный рост которой тормозится отчасти отсутствием крупных населенных пунктов. Высшее образование в крае удовлетворяется учреждением стипендий в ближайших высших учебных заведениях — Томском университете и технологическом институте, Казанском университете и ветеринарном институте, Московском университете, сельскохозяйственном институте и некоторых других; но таких стипендий немного. Край нуждается в открытии высшего сельскохозяйственного и ветеринарного института, так как земледелие и скотоводство составляют краеугольный камень его экономического благосостояния; отсутствие же ученых и практиков-специалистов по этим отраслям отзывается весьма неблагоприятно как на их теперешнем состоянии, так и на их дальнейшем развитии.
КИРГИЗЫ
Начиная с XIII века, со времен Чингисхана, киргизы и каракиргизы живут в Средней Азии, занимая главным образом обширную равнину, окаймленную с севера рекою Джайк (Урал и Яйк), с запада — Аму-Дарьей (Окс), с востока — Иртысом (Иртыш) и с юга горными хребтами. Кроме того, они заселяют также и Астраханскую губернию.
Об абсолютной и относительной численности киргизского населения данной территории дает представление следующая таблица:
По переписи 1897 года число лиц, назвавших своим родным языком киргизский, равнялось 4084 тысячам. По численности своей киргизы занимают среди различных народностей, населяющих Россию, шестое место. Если принять коэффициент естественного прироста равным 1,5 (для всей России он равен 1,55), то в настоящее время численность киргиз выразится в цифре 4696600.
Процентное соотношение между киргизами, русскими и другими национальностями, населяющими названную территорию, видно из следующей таблицы:
Во всех же 10 областях, взятых вместе, киргизы, каракиргизы, кыпчаки составляют 51 процент всего населения, но распределены они неравномерно: процент киргизского населения сильно понижается на крайнем юге и западе, доходя в Самаркандской до 8 процентов, Закаспийской — 15 процентов, Ферганской 20 и Астраханской — 21 процент; в этих 4 областях живут, в общей сложности, 738.431 киргиз или почти 1/6 (16,5 процента) всего населения киргиз. В остальных 6 областях, занимающих немного менее 3/4 (73 процента) всей площади названных 10 областей, сосредотачиваются 5/6 (или 83,5 процента) всего киргизского населения. Так, в Акмолинской области киргизы составляют 52 процента (только в 3-х северных уездах ее они достигают всего 44 процента); к Акмолинской области примыкает в этом отношении Сыр-Дарьинская, где киргизы образуют 69 Процентов или менее 2/3; в Уральской области киргизы составляют несколько менее 3/4 (72,5 процента) населения, а в Семиреченской и Тургайской несколько более 3/4 (77,6 процента для первой и 76,5 д ля второй). Особенно заметно преобладание киргиз в Семипалатинской области, где численность их достигает почти 6/7 (86,2 процента). Во всех этих 6 областях, взятых вместе, киргизы достигают в среднем 69 процентов или более 2/3 всего населения. На всем пространстве от Сыр-Дарьи до Иртыша и от Тянь-Шаня до реки Урала киргизы составляют большинство, превышающее 65 процентов.
Переходя к внутреннему быту киргиз, должно заметить, что современная хозяйственная жизнь последних не укладывается в простую формулу примитивной экономики полудикого кочевника, постоянно меняющего место стоянки и передвигающегося со своими стадами, в поисках для них подножного корма и лучшего водопоя. Былое, чисто пастушеское хозяйство киргиза, постепенно уступает место смешанному земледельчески-пастушескому типу; это наблюдается, по крайней мере, в тех местностях, где естественно-исторические условия и экономическая конъюнктура оказались благоприятными для развития земледелия. В этом отношении Киргизский край (Семипалатинская, Акмолинская, Тургайская и Уральская области) можно схематически разбить на два района: северный, лежащий выше 50-ой параллели, благоприятный для земледелия, и южный — где плохая почва, скудость атмосферных осадков и отдаленность от рынков делают земледелие в сколько-нибудь значительных размерах невозможным. На одно хозяйство приходится:
В северной полосе киргизское хозяйство, имея в среднем 3,3 десятины посева, производит количество хлеба, превышающее норму собственного потребления и сбывает его на стороне; сена оно потребляет в 6 с лишним раз более южан, у которых нет даже собственного хлеба. Понятно, что приведенные средние цифры дают лишь общую картину киргизского хозяйства, разнообразного и пестрого, как сама киргизская степь. Об этом разнообразии киргизского хозяйства и степи, преобладания в ней земледелия дает понятие следующая таблица:
В то время, как в Актюбинском уезде почти все киргизы (94,4 процента) являются заправскими земледельцами (на одно хозяйство приходится 6,16 десятин посева), в Каркаралинском уезде земледелием занимаются всего 11,7 процента хозяйств и на каждые приходится в среднем 0,8 десятины посева.
По данным киргизских бюджетов, земледелием занимаются 63 процента киргизских хозяйств, причем на каждое приходится в среднем 2,25 десятин посева. Однако, главным промыслом киргиз является еще и теперь скотоводство, и основное богатство их составляет скот, как видно из следующей таблицы о распределении доходов в киргизском хозяйстве:
Таким образом, киргизское хозяйство извлекает почти 3/4 (73,76 процента) своего дохода от скотоводства, которое доставляет крестьянскому хозяйству менее 1/4 (23,69 процента) его общих доходов. Земледелие дает киргизскому хозяйству 1/7 (13,69 процента) дохода; крестьянское же — добывает из этого источника 1/2 (50,87 процента) своего ежедневного заработка. Из других источников дохода Характерны для киргизского хозяйства на “личные промыслы”, дающие 2,96 процента дохода (11,13 процента для крестьянского хозяйства).
Киргизское хозяйство, хотя и вступившее на путь дифференциации и перешедшее от чистого кочевого скотоводческого и натурального характера к смешанному, земледельчески-скотоводческому все же остается, по преимуществу, натуральным и значительно превосходит по своей примитивности крестьянское хозяйство России.
Киргизы осели на землю. Привычное, старое представление о них, как о вечно кочующем народе, каким рисовала себе комиссия Булыгина, составляя положение о Государственной думе, является простым анахронизмом и свидетельствует о невежестве нашей бюрократии.
Все киргизы живут 8-10 месяцев в году оседло на одном месте. Киргизский поселок называется “қыстау”, от слова “қыс” — зима и “тау” — гора. В былое время, когда киргизы зиму проводили в кошомных юртах, они выбирали для зимнего времени защищенные места в горах, отчего’ их селения и носили названия “қыстау”. В настоящее время только незначительная часть киргиз живет зимою в кошомных юртах в своих “қыстау”; последние расположены в полосе Голодной Степи, где малая производительность почвы гонит киргиз зимою с одного “қыстау” на другое, вынуждая оставаться в юрте, в этом символе кочевого быта.
О размерах киргизского поселка — “қыстау” — свидетельствует следующая таблица, составленная на основании переписи 194000 хозяйств в 29500 “қыстау”-ах, расположенных в так называемом Киргизском крае, т.е. на территории, простирающейся от реки Урала до Алтая и от Сибирской жел.дор. до Арало-Каспийской котловины:
(усечены дроби). Размеры “қыстау”, как это apriori можно было предполагать, варьируют в зависимости от естественно-исторических условий уезда; в его величине как бы фиксируется производительность пастбища и покоса. Там, где покос сена дает возможность извлечь из почвы больше, нежели оставляя скот на подножном корму, размеры “қыстау” возрастают: так, в Каркаралинском уезде, занимающем горы Арало-Иртышского водораздела и упирающимся с юга в озеро Балхаш, на 1 қыстау приходится всего 4 хозяйства-семьи; в Актюбинском уезде, где почва по своим свойствам приближается к черноземной Самарской губернии, с богатой ковыльной степью, на одно қыстау приходится в среднем 15 хозяйств. На Тарбагатае (Зайсанского уезда), Чингисе (Семипалатинского у.) и в Голодной Степи (юг Кархаралинского, Акмолинского и Актюбинского уу.) величина қыстау понижается до 2 и даже до 1 хозяйства, — в поемных лугах Иртыша, Ишима, Нуры доходит до 20, 30, 50 и даже 80 хозяйств, приближаясь, таким образом, к размерам доброго крестьянского поселка. Киргизское “қыстау” представляет собой, подобно крестьянской сельской общине, элементарную земельную единицу. Важнейшие угодья — покосы на севере, запасные, охраняемые на черный день пастбища — “қорық” на юге и овечье пастбище, так называемый “қойбойлық”, — находятся в исключительном пользовании и владении “қыстау”. Писанный закон считает эти угодья, как и всю киргизскую землю, казенными, предоставленными лишь в пользование кочевников; но это, однако, нисколько не мешает киргизам арендовать, дарить, завещать, продавать друг другу покосы, “қорық” и овечьи пастбища. В горах Тарбагатай, Чингис и др. покосы, иногда и овечье пастбище поделены в пределах “кыстау” между отдельными хозяйствами, и каждое из них распоряжается своею долей на правах частной собственности. Далее, следующая категория пастбищ находится в совместном пользовании 2-3 и более “қыстау”. Такая группа “қыстау” в статистической литературе получила название “общинно-аульной”, представляющей
последующую за “қыстау” поземельную единицу в киргизском быту.
Киргизы группируют свои пастбища по времени пользования им и по их относительной важности: на зимнее, осеннее, весеннее и летнее.
Первые три категории находятся в пользовании отдельной “общинно-аульной группы”, как и размеры отдельного “қыстау” определяются производительностью почвы и богатством пастбища, но зависит она также и от того, в какой мере крепко в данной местности родовое начало: чем прочнее и устойчивее оно, тем шире (при прочих равных условиях) пределы.
В 3600 “общинно-аульных группах” одиннадцати уездов было 143000 хозяйств:
В среднем на одну общинно-аульную группу приходится 40 хозяйств или 6 “қыстау”. Три главных вида киргизских пастбищ: зимнее, осеннее и весеннее находятся во владении и пользовании общинно-аульной группы, которая соответствует крестьянской сложной общине, пользующейся сообща пашней, покосами или поскотиной. На территории общинно-аульной группы киргизы проводят от 8 до 10 месяцев в году, покидая ее весной на 2-4 месяца и возвращаясь обратно осенью. Пастбища на летних стоянках находятся в общем пользовании многих общинно-аульных групп. Район кочевок с каждым годом сокращается. В северной часта киргизского края летние стоянки расположены на границе зимней территории, в расстоянии 2-5 верст от усадьбы: здесь киргизы кочуют в течение всего лета по одному разу и таким образом, от былой кочевки на 500-1000 верст остается одно лишь воспоминание. В тех уездах, где сохранились значительные летние кочевки — в 50-100-500 верст, встречаются киргизы, владеющие малым количеством рабочего скота, а потому весь год живущие на зимней территории “қыстау” и совершенно не кочующие. Эти оседлые киргизы носят название “жатақ” (лежачих).