История Казахстана: белые пятна — Ж. Б. Абылхожин – Страница 16

Пока же, как одна из причинно-следственных связей, нерешенность вопроса о национальной автономии со скоростью цепной реакции порождает в народе эмигрантские настроения. Как свидетельствует ответственный секретарь Советского общества по культурным связям с соотечественниками за рубежом Э. В. Соловьев, выделяются в основном три большие группы выезжающих. Это лица еврейской, немецкой, армянской национальностей. В 1987 г. за рубеж на постоянное жительство выехали около 40 тыс. человек. В 1988 г.-более 100 тыс.

Нельзя согласиться с бытующими утверждениями, будто выезд из СССР обусловлен лишь подстрекательскими действиями зарубежных радиослужб. Высокий жизненный уровень на Западе, неудовлетворенность в культурном обеспечении этноса на местах, религиозный фактор, наряду с ощущением своей экстерриториальности, снимают значительные массы немецких семей со своих мест и вынуждают искать счастье на прародине, покинутой более двух веков назад.

Характерно в этом отношении письмо в редакцию газеты «Известия» Андрея Шеленберга из с. Новопавловка КиргССР, опубликованное на ее страницах 4 февраля 1990 г. Андрей пишет о своих обидах, о нанесенных оскорблениях его национальному достоинству в школе, в период его службы в рядах Советской Армии.

«В заключение хочу попросить,— подчеркивает благородный юноша,— чтобы мой выезд не расценивался неправильно — как отказ от своей Родины. Желание выехать вовсе не означает, что я отношусь с какой-то враждебностью к нашей советской действительности. Я всей душой поддерживаю перестройку, те преобразования, которые развернулись в стране. Хочется верить, что советский народ отметет от себя все то, что деформирует общество, и успешно осуществит задуманное. Я навсегда сохраню добрые чувства к стране, где родился, рос и формировался, где прошли лучшие годы детства и юности. Всего хорошего».

Смею утверждать, что при наличии соответствующей культуры межнациональных отношений вряд ли Андрей Шеленберг, да и не только он, принял бы столь ответственное в его жизни решение. На этом фоне повышается ответственность партийных, советских властей, особенно в нашей республике, которым умелыми действиями, хозяйственными, культурными и социальными рычагами предстоит урегулировать и этот щепетильный вопрос. Использование в данном случае прежних командно-нажимных методов обречено на провал. Необходим диалог обеих сторон, где предпочтение отдается не голому шельмованию и лозунговой патетике, а поиску компромисса и точек соприкосновения обоюдных интересов.

Если взглянуть на проблему не только с позиций ценностных ориентаций социализма, но и с чисто прагматическим пониманием дела, то окажется, что вследствие эмиграции мы теряем значительное количество вы-сококвалицифированных, добросовестных работников. Своеобразный склад ума и поведения предполагает у немецкой нации прежде всего порядок, добросовестность и умение работать.

Пока же статистика дает нам тревожные цифры. За

1988 г. из Казахстана выехало 32 тыс. советских немцев.

1989 г. по предварительным данным прогнозирует потерю еще 40—50 тыс. человек. И это в республике, которая всегда считалась трудонедостаточным регионом.

Проблема утечки трудовых ресурсов — разговор особый, требующий специального рассмотрения. Затрагивая здесь эту тему, мы говорим о тревожных симптомах, касающихся этноса советских немцев, которые не могут оставить равнодушным и казахскую нацию, составившую удивительный симбиоз взаимовыгодного сожительства с населением, отличным по культурным и хозяйственным параметрам.

Известно, что «причина оттока и притока населения кроется в комплексе социально-экономических факторов, а не в этнической принадлежности». Тем не менее, некоторые склонны считать, что выезд населения из Казахстана, Узбекистана, Киргизии и др. районов, наблюдающийся в последнее время, обусловлен якобы делением на коренное и некоренное население. Более того, выступая за «Круглым столом» журнала «Вопросы философии», доктор философских наук А. И. Дороченков (ИМЛ при ЦК КПСС) недвусмысленно заявил об эксплуатации коренными национальностями республик «инонациональных групп населения». Именно эта эксплуатация, по мнению А. И. Дороченкова, и вызвала «отток части населения из республик». «А если учесть, что обжитые места покидает наиболее чуткая к национальному неравенству, интеллектуально развитая часть инонационального населения, станет ясным ущерб, наносимый таким образом, интересам тех союзных республик, из которых уезжают эти люди»— заключает он.

Подобные рассуждения с явной, может быть, и неумышленной, целеустановкой на конфронтационный уклон вряд ли будут сопособствовать конструктивному решению национального вопроса в нашей стране, в том числе и проблемы советских немцев. В этой связи словами «Литературной газеты», хотелось бы задать отнюдь не риторический вопрос: «Почему многие из нас считают себя подготовленными (даже предназначенными!) рассуждать о дружбе народов, о такой деликатной сфере, как межнациональные отношения и их культура, и рассуждают громко, с трибун и страниц газет, а потом им остается лишь обескураженно оправдываться: «Мол, меня неправильно поняли, я хотел сказать совсем не это...»

Сегодня мы выводим из зоны молчания животрепещущие проблемы национальностей, на острие которых вопиет духовный и моральный дискомфорт советского немецкого народа. Неумелые попытки резонерствовать по поводу столь деликатной темы могут привести к обратному результату с непредсказуемыми последствиями. Взаимоотношения между казахами и немцами, на мой взгляд, относятся именно к культуре межнациональных отношений в самом высоком смысле понимании этих слов. В журнале «Дружба народов» опубликовано письмо немца из Казахстана, адресованное Роберту Веберу, председателю Комиссии по советской немецкой литературе при СП СССР. В нем говорится: «У советских немцев к казахам любовь особая. Когда в 1941 году немцы из Поволжья — сотни тысяч людей с узелками в руках — были сосланы в казахстанские степи, казахи помогли им выжить, приютили их. Думаю, тут взаимная любовь. Немцы в долгу не остались: хорошо зная культуру земледелия, помогли казахам в освоении целины. Впрочем, об этой дружбе народов предпочтительнее было бы помалкивать...»

Сегодня предпочтение отдается гласности. Казахстан является республикой, где были предприняты первые практические шаги, направленные на удовлетворение этнокультурных и языковых потребностей немецкого населения.

Постановление Бюро ЦК Компартии Казахстана, принятое в марте 1986 г., «О дальнейшем усилении политико-воспитательной работы среди граждан немецкой национальности, проживающих в Казахстане» в качестве партийной программы предусмотрело к исполнению ряд мер по оживлению культурной деятельности немецкой интеллигенции. Главной заслугой этого акта нужно считать признание де-юре национальной немецкой культуры в конгломерате интеллектуального достояния республики. Перевод редакции газеты «Фройндшафт» в Алма-Ату, изменение ее статуса, как органа ЦК Компартии Казахстан, строительство столичного немецкого театра, установление долговременных культурных связей с ГДР, теле- и радиопрограммы на немецком языке, расширение представительства граждан немецкой национальности в составе руководящих кадров, в выборных органах, увеличение их в депутатском корпусе Советов народных депутатов, подготовка педагогических кадров в Кокчетавском, Целиноградском пединститутах, Алма-Атинском институте иностранных языков, Саранском педагогическом училище, подготовка и переподготовка кадров режиссеров и актеров немецкого театра и многое другое — реальные результаты обновления межнациональных отношений.

Постановление Верховного Совета КазССР «О состоянии изучения в республике немецкого языка как родного» служит признанием того, что осуществляемая работа еще не отвечает современным требованиям, и необходимо создание системы обучения немецкому языку как родному; является по существу уже гарантийным документом сохранения немецкой культуры для будущих поколений.

В письме в редакцию газеты «Известия» Альберта Плутника, опубликованном под заголовком «Исповедь перед дальней дорогой», справедливо отмечено:

«Мы — дети трудной истории. Даже в те годы, когда страна уже твердо встала на ноги, в ней продолжалась политика времен отчаянной борьбы с врагами, чуждыми элементами, затаившейся контрой. У нас постоянно кого-нибудь преследовали, объявляли вне закона. То это были представители старого дворянства, буржуазной интеллигенции, духовенства, зажиточного крестьянина, то фракционеры, космополиты, инакомыслящие. Словно бы это был необходимый момент общественного развития. Или власть себе самой казалась сильнее, когда гнула до земли «повинные головы»? Хотя подлинная сила как раз в обратном — в милосердии».

И тем не менее, несмотря на трудности и невзгоды, которые выпали* на долю поколений советских людей в строительстве социализма, мы смотрим в будущее с надеждой и оптимизмом и незыблемо верим в те идеалы, за которые боролись лучшие умы человечества Маркс, Энгельс, Ленин. Верят в свое светлое будущее и 12 680 ветеранов — представителей немецкого населения и участников трудовой армии в годы Великой Отечественной войны. Во главе нации идут 31 448 коммунистов немецкой национальности. Вселяют оптимизм и надежду в идеалы революционного обновления общества и знатные люди — сыны и дочери нации в республике — 26 Героев Социалистического Труда. Среди них прославленные труженики: организатор колхозного производства Якоб Цвингер, директора совхозов Давид Бурбах, Иосиф Миллер, механизатор Эдуард Траксель, горняк-шахтер Райнгольд Литман, экскаваторщик Анатолий Витте и многие другие. Активными борцами революционной перестройки, в том числе межнациональных отношений, являются испытанные интернационалисты — наши земляки заслуженный тренер СССР Э. Ф. Айрих, видный партийный и государственный деятель Андрей Браун, лауреат Ленинской премии Э. Ф. Госсен, избиравшаяся членом ЦК КПСС, знатный механизатор страны Н. В. Геллерт, член-корр. АН КазССР физик Эрнст Воос, писатели Г. К. Бельгер, К. В. Эрлих и многие другие,

Сегодня, когда революционные процессы обновления охватывают все стороны жизни общества, когда возникла необходимость своевременного решения назревших проблем в сфере национальных отношений, советские люди «любые проявления шовинизма и национализма, национальной замкнутости и чванства»,, рассматривают «как посягательство на величайшее завоевание социализма— братскую дружбу народов, интернациональное единство советского общества».

КРИГЕР В. Э„ ФРИЗЕН А. И.,

аспиранты, ИИАЭ АН КазССР

ИЗ ИСТОРИИ СОВЕТСКИХ НЕМЦЕВ

Жизнь и деятельность советских немцев является «белым пятном» в истории нашей страны, причем значительным, так как основные исследовательские работы по данной проблеме практически прекратились в середине 30-х годов, а после Указа Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья», по которому все немецкое население нашей страны обвинялось в пособничестве фашизму и было переведено на положение спецпереселенцев, на эту тему было наложено своеобразное «табу». Длительное время само занятие историей советских немцев. считалось нежелательным, и лишь в конце 60-х — начале 70-х годов стали появляться отдельные работы по различным проблемам жизн и и деятельности немецкого населения СССР. В этой связи авторы видят свою задачу в том, чтобы коротко осветить основные моменты истории советских немцев, сделав акцент на истории немецкого населения, проживающего в Казахстане. Данная постановка проблемы актуальна в свете выполнения решений постановления ЦК КПСС «О работе Казахской республиканской партийной организации по интернациональному и патриотическому воспитанию трудящихся», в котором указывается на необходимость воспитывать высокую культуру межнационального общения, уважительного отношения к истории, языку, обычаям братских народов. Прежде чем остановиться на истории появления немецкого населения в Казахстане, сделаем небольшой экскурс в историю переселения немцев в пределы Российской империи.

Предки нынешнего немецкого населения СССР переселились в Россию в разное время из различных германских земель. В Прибалтике они обосновались преимущественно в эпоху средневековья. Значительное число немцев появилось в пределах России во времена царствования Петра I, затем Анны Иоановны, основная же масса немецких иммигрантов — во второй половине XVIII — первой половине XIX вв., особенно в период правления Екатерины II. В 1762—1763 гг. императрица издает манифесты, приглашающие переселиться в страну всех желающих. Основная причина, побудившая правительство Екатерины II издать эти манифесты, подтвержденные позже Александром I, «объясняется территориальными завоеваниями 18 века и невозможностью освоить завоеванные области путем внутренней колонизации в условиях крепостного права… Поэтому, в соответствии с общими принципами колонизационной политики этой эпохи, Екатерина II и Александр I поощряют иностранную колонизацию и вызывают колонистов из Германии и других стран», гарантируя колонистам целый ряд льгот: провоз за казенный счет, освобождение от военной службы, долгосрочные ссуды, наделение землёй, свободное отправление богослужения и т. д.

Приехавших селили колониями (отсюда и название «колонисты»). Уже в 1764—1774 гг. на Волге, между Саратовом и Камышином, было основано 106 колоний. В 1764—1765 гг. и позднее немецкие колония возникают и в Санкт-Петербургской губернии. После присоединения к России причерноморских степей и Крыма Екатерина II начинает и их заселять колонистами. С 1803 по 1823 гг., в правленце Александра I, было образовано еще 134 немецких поселения на юге Украины, 17 — в Бессарабии, 8 — в Крыму. Тогда же возникли немецкие колонии и в Закавказье (Грузии и Азербайджане). Среди колонистов преобладали выходцы из юго-западных земель Германии (Вюртемберга, Бадена, Пфальца, Гессена), в меньшей степени были представлены уроженцы Баварии, Восточной Тюрингии, Верхней Саксонии и Вестфалии. С конца ХVIII в. несколькими волнами в Россию переселяются меннониты из Пруссии. Они оседают в Причерноморье, а позднее, в 1855—1870 гг., в районе Самары. Под Одессой обосновались колонисты из Венгрии, куда они в свое время попали из Пфальца. В середине XIX в. (1830—1870 гг.) на Волынь перебралась часть немцев из Польши.

Причины миграции немцев были различны. Главная из них — аграрное перенаселение Германии. Кроме крестьян и ремесленников среди эмигрантов были и представители других слоев населения, вынужденные по той или иной причине оставить родину. Меннониты покинули Пруссию и некоторые другие земли по религиозным мотивам.

Несмотря на определенные льготы, особенно в первый период, на новых — местах поселения колонистам пришлось нелегко: новые природные условия, трудности с постройкой жилья, обработкой земли, столкновения с местным населением, притеснения местной администрации, все это сказалось на численности колонистов. Так, если в 1774 г. в колониях на Волге осело 27 тыс. человек, то к 1775 г. численность переселенцев упала до 23 тыс. человек. Вспыхнувшее в эти годы на Волге пугачевское восстание глубоко всколыхнуло Нижнее Поволжье и не оставило безучастными колонистов. 432 человека приняли непосредственное участие в восстании Пугачева, не считая большого числа сочувствующих.

Трудной была жизнь переселенцев и на юге Украины, где им приходилось устраиваться в условиях необжитого края, в непривычных природных условиях. Вот почему колонисты нуждались в правительственной поддержке. Однако коррумпированные чиновники тогдашней России, с которыми быстро вступила в сговор немецкая администрация колоний, разворовывали отпускаемые правительством ссуды, что приводило к массовым выступлениям переселенцев против местной администрации.

Хозяйство переселенцев налаживалось медленно, с большим трудом, но уже на рубеже XVIII—XIX вв. трудолюбивые немецкие колонисты в хозяйственном отношении добились значительных успехов, особенно это касалось поселений на юге Украины, где, в отличие от колоний на Волге с их общинной формой земледелия, развивалось фермерское хозяйство.

Общая численность немецкого населения в Российской империи в 1795 г. составляла 237 000, или 0,6% всего населения страны, а согласно материалам первой всероссийской переписи населения 1897 г., в России проживало уже почти 1,8 млн немцев, существовало более 2 тыс. немецких поселений.

Колонии сыграли немалую роль в экономическом развитии страны, прежде всего — во внедрении передовой агрокультуры, высокопродуктивного животноводства. В начале XIX в. появляются первые промышленные предприятия, такие, как завод Вальмцна и Леппа по производству сельскохозяйственных машин в с. Хортица, аналогичные заводы — в колониях Кичкас, Шневизе и других. Из среды колонистов выдвинулись крупные оптовые торговцы, промышленники, банкиры.

К концу XIX в. усиливается классовое расслоение среди немцев-колонистов. Тяжелые условия труда, непомерно длинный рабочий день, штрафы, мизерные заработки, несвоевременная выплата заработной платы толкали рабочих на борьбу с угнетателями. Активное участие в революционных событиях принимали и рабочие немецкой национальности. Так, в революции 1905— 1907 гг. на юге Украины участвовали рабочие-меннони-ты из колоний Вальдгейм, рабочие Гальбштадта и ряда других колоний. 13 марта 1913 г. газета «Правда» поместила корреспонденцию, в которой сообщалось, что гальбштадтские и большетокмакские рабочие Украины, сознавая важность пролетарской солидарности, в феврале месяце проводили денежные сборы в поддержку бастующих Харькова. В годовщину выхода первого номера «Правды» рабочие Гальбштадта прислали в адрес редакции приветствие и деньги. По этому поводу «Правда» писала, что пролетарии ясно понимают свое классовое положение и стремятся поддержать свою газету. Под влиянием большевиков рабочие гальбштадтских предприятий— украинцы, русские, немцы — выступили единым фронтом против эксплуататоров. 

Среди организаторов и руководителей революционного движения в России было немало лиц немецкой национальности. Бауман Н. Э. (1873—1905 гг.) был членом Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», участником создания и агентом «Искры». Подвергался арестам а ссылке. В 1904 г. руководил Московским комитетом и Северным бюро ЦК большевистской партии. Профессиональный революционер, соратник В. И. Ленина. Погиб в 1905 г. от рук черносотенцев. Похороны Баумана Н. Э. 20 октября 1905 г. вылились в 300-тысячную политическую демонстрацию. Квиринг Э. И. (1888—1937 гг.) — один из сотрудников газеты «Правда», в 1913 г. являлся секретарем большевистской фракции в IV Государственной Думе. Один из руководителей борьбы за Советскую власть на Украине— являлся секретарем Екатеринославского, Донецкого губкомов, секретарем ЦК КП(б) Украины. Занимал ряд ответственных постов в правительстве СССР — заместитель председателя Госплана СССР, первый заместитель председателя Госплана СССР и т.д. Возглавлял Экономический институт красной профессуры. Делегат XI—XVII съездов партии, на XII—XVI съездах избирался членом ЦК ВКП(б). В 1937 г. был несправедливо репрессирован, реабилитирован посмертно лишь после XX съезда КПСС. Шмидт В. В. (1886—1938 гг.) — советский государственный, партийный деятель. В большевистской партии с 1905 г., участник Октябрьской революции. Занимал ряд ответственных постов—секретарь ВЦСПС, нарком труда, заместитель председателя СНК СССР и СТО, главный арбитр при СНК СССР и т. д. В 1938 г. был расстрелян, в 1956 г. реабилитирован посмертно.

Развитие капитализма в сельском хозяйстве, процесс обезземеливания в немецких колониях вызвали миграцию как внутрь страны — на Южный Урал, в Сибирь, Среднюю Азию и Казахстан, так и за границу —в Америку, Канаду, Бразилию, Аргентину. Последнее стимулировалось русификаторской политикой эпохи Александра II, затем Александра III, Николая II. Основой данной политики являлось то, что капиталистическое развитие в поселениях колонистов, не знавших крепостного права, шло более быстрыми темпами, чем в хозяйствах, отягощенных пережитками крепостничества что породило обострение противоречий между колонистским капиталом и капиталом русской буржуазии, особенно в земледелии. С начала первой мировой войны эти противоречия из экономической плоскости были переведены в политическую. Под фальшивой вывеской заботы о русском крестьянстве буржуазная печать развила бешеную травлю немецких колонистов. 2 февраля и 13 декабря 1915 г. были приняты законы, направленные на ликвидацию немецкого землевладения в России, а в августе 1916 г. издается закон против «немецкого засилия», по которому всем лицам германского происхождения грозило выселение из «приграничных областей». Этой мерой царское правительство хотело отвлечь внимание крестьян от революционной борьбы, спасти помещичьи владения от усилившихся аграрных выступлений. Ликвидация немецкого землевладения призвана была разжечь шовинистические настроения, переключить борьбу против помещиков на борьбу против немцев.

  В защиту прав российских немцев выступили известные ученые и общественные деятели. Например, с резким протестом в газете «Русские ведомости» против творимого беззакония выступил известный писатель В. Г. Короленко. В письме к биологу К. Линдеману он писал: «Желаю Вам успеха в деле защиты людей, терпящих вопиющую несправедливость. Считаю, что это защита не одних русских немцев, но и всего русского Отечества от тяжкого упрека, готового лечь на него несмываемым пятном». Однако, несмотря на протесты со стороны общественности, правительство Николая II выселило в восточные районы из приграничных губерний: Волынской, Киевской, Подольской и северной части Бессарабской губерний в общей сложности 110 тыс. немцев. На апрель 1917 г. намечалось выселение всех немцев Поволжья. Процесс переселения был приостановлен Февральской буржуазно-демократической (революцией, а Великая Октябрьская социалистическая революция окончательно разрешила эту проблему, она отменила все шовинистические и ликвидационные законы царского правительства.

Одним из первых декретов Советской власти была Декларация прав народов России, в которой провозглашались основные принципы советской национальной политики: равенство и суверенность всех народов России, право народов на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений, свободное развитие национальных меньшинств и этнических групп, населяющих территорию России. В соответствии с декларацией Советское правител«ство создало Народный комиссариат по делам национальностей. В нем были организованы национальные комиссариаты и отделы, в которых наряду с представителями других наций и народностей были и немцы. 29 мая 1918 г. был утвержден Устав Поволжского Комиссариата по немецким делам, в июле того же года состоялся первый съезд Советов поволжских немцев, направивший в Москву социалистов Клингера, Эмиха и Кельнера для получения права на самоопределение.

В сооответствии со статьей 11 Конституции РСФСР 1918 г. 19 октября 1918 г. был издан декрет СНК, подписанный В. И. Лениным, «О немецких колониях Поволжья». Согласно данному декрету в местах, заселенных немцами-колонистами, образовывалось областное объединение с характером трудовой коммуны. Следует заметить, что Трудовая Коммуна немцев Поволжья явилась первой автономной единицей, возникшей в годы гражданской войны. По окончании гражданской войны, в целях создания благоприятных условий для развития национальных меньшинств, были образованы национальные районы на Украине—12, из них 7—немецкие. Кроме Украины, немецкие районы были в Крыму, Алтайском крае, Оренбургской области.

Гражданская война и иностранная военная интервенция, навязанная молодой республике Советов, не оставили в стороне трудящиеся массы немецкой национальности. Уже в декабре 1918 г. был сформирован 1-й Екатеринштадтский коммунистический немецкий полк, состоявший из добровольцев и мобилизованных, в составе 2000 штыков. Он был отправлен на фронт, на оккупированную германцами Украину. Для пополнения выбывающих бойцов при нем был сформирован запасной батальон. Только летом 1919 г. окруженный белогвардейцами Екатеринштадтский полк выдержал за 32 дня 30 боев. В строю осталось 700 штыков. Весной 1919 г. формируется 2-й Бальцерский добровольческий пехотный полк. В том же году был сформирован 1-й немецкий кавалерийский полк, выросший позже в кавалерийскую бригаду, которая принимала участие в боевых действиях с Врангелем, Махно и белополяками в составе Первой Конной армии. В августе 1920 г. на борьбу с Врангелем из Марксштадта отправляется немецкий пехотный батальон, дополнительно формируются мелкие военные подразделения. Всего же к концу 1920 г. в Красной Армии насчитывалось более 35 тыс. немцев, или 0,7% от общей численности вооруженных сил республики.

В годы гражданской войны Советское правительство уделяло большое внимание подготовке военных кадров и привлечению на сторону республики Советов военных специалистов старой армии. Среди последних было большое количество немцев: это командующие военно-морскими силами Советской Республики В. М. Альтфатер, Е. А. Беренс, А. В. Немитц; первый в России генерал старой армии, добровольно вставший на сторону пролетариата,—А. А. Таубе, предвосхитивший на четверть века легендарный подвиг Д. М. Карбышева, и многие другие.

Большой вклад внесли немецкие колонисты Поволжья и Украины в обеспечение продовольствием промышленных центров страны в 1918, 1919 гг. В. И. Ленин неоднократно лично интересовался ходом заготовок и отправкой продовольствия из Поволжья. Всего в 1918 г. из Трудовой Коммуны немцев Поволжья было вывезено 18 млн пудов продовольствия, а в 1919 г. 12 млн пудов.

Последствия гражданской войны, иностранной военной интервенции и неурожаев привели к голоду в 1921 — 1922 гг. Голод охватил практически все центральные губернии Советской Республики. Особенно тяжело он ударил по районам Поволжья, где одним из центров бедствия была область немцев Поволжья. Проследить последствия голода можно по численности населения. Так, если в конце 1920 г. население Трудовой Коммуны немцев Поволжья составляло 452 629 человек, то к 15 августа 1921 г. в области осталось 350 400 человек, то есть население уменьшилось более чем на 20%. К 1 января 1922 г. голодало 95% населения области. Посевная площадь сократилась в 1921 г. на 64%, на 75% уменьшилось количество скота и лощадей. В 1922 г. благодаря помощи центра семенами и прочим посевная площадь значительно возросла, а промышленность Нем-области, получив поддержку, начала восстанавливаться и крепнуть, как и все хозяйство области. Однако голод нанес такие глубокие раны хозяйству, населению региона, что даже в 1926 г. прилагались еще огромные усилия для ликвидации последствий голода.

Развивая принципы национально-государственного строительства, с целью дальнейшего социально-экономического развития Трудовой Коммуны немцев Поволжья, ВЦИК СССР принял 19 декабря 1923 г. решение — реорганизовать область немцев Поволжья в Автономную Республику. В Декрете ВЦИК и СНК СССР от 20 февраля 1924г., подписанном Председателем ВЦИК

М. И. Калининым и Председателем Совнаркома

А.И. Рыковым, отмечалось, что «немецкий, русский и украинский языки являются равноправными на территории Автономной Социалистической Советской Республики немцев Поволжья. Во всех территориальных частях республики делопроизводство ведется на языке большинства населения каждой такой части». Продолжая совершенствовать национально-государственное строительство, ЦИК Союза ССР принял 12 декабря 1929 г. постановление «По докладу о хозяйственном и социально-культурном обслуживании немецкого населения в СССР», где отмечались успехи в разрешении национального вопроса в Автономной Республике немцев Поволжья, одновременно указывалось на недостатки в проведении коллективизации (без учета специфики немецкого крестьянства), слабое культурное обслуживание немецкого населения, были приняты меры по их ликвидации Аналогичные постановления были приняты в союзных и автономных республиках, где проживало значительное число лиц немецкой национальности. Все это повлияло на экономическое и культурное развитие советских немцев. Так, в Республике немцев Поволжья к 1937 году благодаря успехам в развитии и реконструкции социалистической промышленности валовой продукции было выпущено на 145,2 млн руб. при 16,1 тыс. рабочих. Значительными были достижения и в сельском хозяйстве. К 1937 г, сельскохозяйственные работы были миханизированы на 83%. В 1930 г. на территории республики была создана первая в Союзе электропахотная станция, работало 73 молотильных агрегата, 50 электрооросительных установок. По интенсивности внедрения новой агротехники республика занимала одно из первых мест в Советском Союзе. Республика немцев Поволжья была одним из 17 центров улучшенного и племенного животноводства. Во все концы страны вывозили породистый скот из государственного племенного рассадника г. Энгельса (столица республики). Так, в 1935—1936 гг. в Киргизию и Казахстан было отправлено 150 голов чистопородных и племенных быков для улучшения местных пород скота.

Аналогичных успехов добивались также немцы, проживающие в других регионах СССР. Так, например первым на Украине после недорода 1933 г. орден Ленина за выдающиеся достижения в животноводстве получил колхоз «Эррунгеншафт» в селе Лейтерсгаузен Пришибского района.

Значительными были достижения в развитии культуры к концу 30-х гг. В Республике немцев Поволжья действовала 421 школа, в них обучалось почти 104 тыс. учащихся; обучение велось полностью на родном языке; имелось 5 вузов, три рабфака, 11 техникумов. В республике работало 5 театров — немецкий драматический, русский драматичекий, детский кукольный и два колхозно-совхозных— в Бальцере и Марксштадте; функционировало 52 кинотеатра. Издавалось 29 газет, из которых 21 — на немецком языке.

Кроме того, в СССР существовало И немецких национальных районов и 553 национальных сельсовета. По стране в 1930 г. насчитывалось 1501 немецкая школа 1 ступени и 86 школ 2 ступени.

Одновременно с поступательным развитием социально-экономической и культурной сторон жизни в республике шел процесс формирования социалистической нации — советские немцы.

Однако, начиная со второй половины 30-х гг., все отчетливее стали проявляться негативные тенденции в национальной политике, связанные прежде всего с усилением культа личности Сталина. Были реорганизованы и преобразованы национальные районы; обучение на родном языке отменено; подготовка педагогических кадров прекратилась; закрыты все национальные органы печати и т. д. Вследствие нарушений социалистической законности после 1935 г. прервалось развитие советско-немецкой литературы на Украине, а в 1941 г.—и на Волге. Почти весь цвет немецкой интеллигенции был репрессирован. Жертвами сталинских репрессий стали такие крупные политические фигуры, литераторы, общественные деятели, как Вильгельм Вегнер — секретарь областного комитета ВКП(б) АССР немцев Поволжья Александр Вебер — народный комиссар просвещения республики (около 20 лет прожил в Норильске в заключении), Иван Лейснер — председатель партийной контрольной комиссии обкома ВКП(б), возглавлял рабоче-крестьянскую инспекцию в республике, делегат XVI и XVII съездов партии, Герхард Завадский — секретарь организационного комитета Союза писателей АССР немцев Поволжья, редактор литературного журнала «Кемпфер», делегат первого Всесоюзного съезда писателей СССР в 1934 г. (погиб в заключении в 1944 г.), Франц Шиллер — известный литературовед, член-корреспондент АН СССР, невинно осужденный в 1938 г. и умерший в 1955 г. в сибирской глуши, Яков Вебер — пейзажист, первый и единственный удостоенный звания «Заслуженный деятель искусств АССР немцев Поволжья», и многие другие.