Изучение развития культуры народов средней Азии и Казахстана в курсе истории СССР — А. З. Измайлов

Глава I. КУЛЬТУРА НАРОДОВ СРЕДНЕЙ АЗИИ И КАЗАХСТАНА В XIX в.

(VIII класс)

В курсе истории СССР в VIII классе изучение вопросов культуры начинается с темы «Культура России в первой половине XIX в.». Здесь рассматриваются вопросы: реакционная политика царизма в области культуры, сословный характер образования, реализм и освободительные идеи передовой русской литературы, ее общественное значение. При изучении развития культуры народов России обращается внимание на стремление царизма задержать развитие угнетенных народов. В связи с изучением развития капитализма и формирования промышленного пролетариата в 60—90-х гг. XIX в. особо рассматривается вхождение в состав России Казахстана и Средней Азии. В этой связи внимание акцентируется на сближении угнетенных народов с русским народом, приобщении народов Средней Азии и Казахстана к революционной борьбе русского народа и на прогрессивном значении включения народов Казахстана и Средней Азии в состав России. К предмету данной книги прямое отношение имеет изучение темы «Культура России в 60—90-е гг. XIX в. и ее мировое значение». Здесь особенно важно изучение борьбы демократического и реакционного направлений в культуре России и значение прогрессивной русской культуры для развития народов страны. Поскольку поворотным пунктом в развитии демократической культуры народов Средней Азии и Казахстана было вхождение в состав России, с этого исторического момента мы и начинаем освещение истории развития культуры народов Туркестанского края.

§ 1. ПРОГРЕССИВНОЕ ЗНАЧЕНИЕ ДОБРОВОЛЬНОГО ВХОЖДЕНИЯ В СОСТАВ РОССИИ

В XIX в. в Средней Азии существовали экономически отсталые, политически непрочные (не имевшие даже определенных границ) феодальные государственные образования — Кокандское, Хивинское и Бухарское ханства. Исконные земли таджиков, киргизов, узбеков, казахов, туркмен и других народов, как уже упоминалось, были разобщены и присвоены этими отсталыми феодальными государственными объединениями. Перед лицом экономического и политического порабощения отсталыми феодальными государствами у народов Туркестанского края появляется стремление войти в состав одной из сильнейших держав мира — России. Преобладающее большинство населения Туркестана, особенно беднейшие слои, изъявили желание присоединиться к Российскому государству. Эти тенденции явились закономерным результатом длительных исторических связей, установившихся между Россией и Туркестанским краем.

Ко второй половине XIX в. вся территория Средней Азии и Казахстана от Каспийского моря до гор Тянь-Шаня и Аральского моря вошла в состав России. Этот исторический акт имел глубоко прогрессивное значение.

Во-первых, народы Средней Азии и Казахстана ходом исторического развития оказались вовлеченными в состав России — страны, куда в конце XIX— начале XX в. переместился центр мирового революционного движения, страны, которая, по выражению Энгельса, «представляет собой передовой отряд революционного движения в Европе». Вхождение Туркестанского края в состав России объективно привело к тому, что у народов Туркестана появился закаленный в борьбе могучий союзник и друг в лице русского рабочего класса.

Во-вторых, вхождение Туркестана в состав России было прогрессивным явлением потому, что оно избавило народы от межплеменных и родовых войн, способствовало развитию более высоких форм производственных отношений. Под влиянием русских людей труда здесь появились зачатки оседлого земледелия, торговли, кустарной промышленности, началась ломка основ патриархально-феодальных отношений, было положено начало процессу формирования рабочего класса.

В-третьих, под влиянием нараставшего в стране революционного движения русского рабочего класса против царизма началась борьба народов Туркестана против своих угнетателей. Одной из ярких страниц героической борьбы трудящихся против царизма и местных баев и манапов явилось восстание 1916 г., которое, несмотря на разрозненно-стихийную форму, носило антиимпериалистический, антифеодальный, народно-освободительный характер.

В-четвертых, вхождение Туркестана в состав России, независимо от воли и желания царизма, способствовало появлению в этом регионе ростков новой демократической культуры европейского типа — школ, культурно-просветительных и лечебных учреждений, печати, журналистики, постепенному проникновению в далекий край прогрессивных революционно-демократических идей русского народа.

В докладе «Великая сила дружбы и братства» на торжественном заседании в Алма-Ате, посвященном 250-летию добровольного вхождения Казахстана в состав России и вручению республике ордена Ленина, член Политбюро ЦК КПСС, первый секретарь ЦК КП Казахстана Д. А. Кунаев сказал: «С первой трети XVIII столетия было положено начало поэтапному вхождению в российское подданство казахских земель, интенсивно ускорился важнейший исторический процесс добровольного присоединения Казахстана к России. Сейчас ни у кого не может быть сомнения в том, что, несмотря на корыстные цели царизма, местной феодальной знати, реакционного духовенства, это присоединение отвечало коренным интересам казахского трудового народа, возымело огромное прогрессивное значение, ибо именно оно слило исторические судьбы народов — русского и казахского — воедино и навека».

Сказанное целиком и полностью относится к историческим судьбам всех народов Средней Азии: узбекского, казахского, таджикского, туркменского, киргизского, каракалпакского и др.

Первые очаги просвещения

После вхождения Казахстана и Средней Азии в состав России здесь появляются первые учебные заведения, дающие элементарное светское образование. В 1789 г. в Омске открывается первое «азиатское училище». В 1864 г. начал функционировать кадетский корпус в Омске, созданный на базе Сибирского казачьего войскового училища, в числе первых питомцев корпуса был Чокан Валиханов, впоследствии ставший видным казахским ученым-просветителем. Существовала школа для казахских детей и при Оренбургской пограничной комиссии. В этой школе учился казахский просветитель Ибрай Алтынсарин.

Благодаря инициативе И. Алтынсарина в 1887 г. в Иргизе открывается первое женское училище, где обучалось 15 дево-чек-казашек. В последующие годы женские училища с интернатами открываются в Тургае, Кустанае, Карабутаке, Актюбе; во всех этих училищах обучалось 211 девушек, из них 70 казашек. В Пишпеке действовала сельскохозяйственная школа для киргизских детей. Аналогичные школы были открыты на территории Узбекистана, Туркмении и Таджикистана.

В 1914 г. на территории современного Узбекистана насчитывалось 160 школ, в которых обучалось около 18 тыс. детей, из них 5 тыс. местных национальностей.

В 80-х гг. XIX в. по всей России начинают возникать местные школы. Указом от 30 июня 1886 г. туркестанскому генерал-губернатору также было разрешено открыть в крае русско-туземные школы, которые «должны служить сближению некоторой части туземного населения с русскими» путем изучения русской грамоты, письма и счета «в пределах, строго необходимых для элементарных потребностей инородческого населения».

К 1913 г. число русско-туземных школ в Туркестанском крае увеличилось до 167, общий контингент учащихся составил здесь 7328 человек. В качестве учебников и учебных пособий здесь были приняты «Книга для чтения», «Главные правила русского правописания…» и учебники арифметики, разработанные известным туркестанским педагогом С. М. Гра-меницким (1859—1919), первый узбекский букварь для обучения грамоте по звуковому методу «Устоди-Авваль» («Первый учитель»), составленный учителем русско-туземной школы Сеидом Азизовым. В Казахстане в русско-казахских школах использовались такие учебники и учебные пособия, как «Начальное руководство к обучению киргизов русскому языку» И. Алтынсарина, его же «Киргизская хрестоматия», «Сборник арифметических задач…» К. Арженникова. В отдельных школах учителя применяли учебные книги К. Д. Ушинского, Л. Н. Толстого, Д. И. Тихомирова и др. При всех своих недостатках русско-туземные школы объективно имели прогрессивное значение: они знакомили определенную часть населения Туркестана с русским языком, а через него и с русской культурой. Умение читать по-русски давало возможность учащимся, вопреки воле и желаниям царизма, знакомиться с великой русской литературой и способствовало росту грамотности среди местного населения.