Содержание книги
Книга известного политика и дипломата Касым-Жомарта Токаева «Свет и Тень» посвящена истории становления, развития и укрепления внешнеполитического курса Казахстана. Большое внимание автор уделил рассказу о многогранной международной деятельности президента Н. Назарбаева. В книге содержатся интереснейшие наблюдения, касающиеся личностей видных политиков и дипломатов современности. Автором использованы уникальные материалы и сведения, не публиковавшиеся в мировой политологической литературе. Книга содержит множество истерических фактов, ознакомление с которыми дает целостное представление о развитии современного Казахстана.
Данный труд Касым-Жомарта Токаева адресован широкому кругу читателей, интересующихся историей и политологией.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мы должны идти наперекор
трудностям и студеным ветрам
испытаний, выпавших на долю нашей
Независимости.
Н. Назарбаев
Эта книга, которую я решил назвать «Свет и Тень», является своеобразным продолжением книги «Преодоление», старшей весьма популярной не только в нашей стране, но и за рубежом. Она было издана в США, России, Китае, Сингапуре, Пакистане, Саудовской Аравии, Турции, Ливане, Болгарии и получила доброжелательные отклики в иностранной печати, со стороны политических деятелей и дипломатов. В моей личной почте скопились множество писем министров, послов, бизнесменов, а также рецензии, опубликованные в зарубежных газетах и журналах. В какой-то мере это подвигло меня к продолжению работы по обобщению тех событий, свидетелем которых мне довелось быть на протяжении почти 15 лет.
Считаю, что казахстанская и зарубежная общественность должна знать, какие усилия предпринимались президентом Нурсултаном Назарбаевым для укрепления международных позиций Казахстана. Это была пошлине напряженная работа. Ведь мы начинали буквально с чистого листа, дипломатическая служба практически отсутствовала, не было опыта самостоятельного ведения международных дел, За столь короткий срок наша страна проделала путь, который, по образному выражению основателя современного Казахстана президента Н. Назарбаева, равен столетию.
Действительно, мы сделали то, что многим политикам казалось невозможным. Прежде всего, была создана полноценная государственность. Казахстан избежал судьбы «несостоявшегося государства». Усилиями команды реформаторов, которую возглавил сам президент, наша экономика обрела необходимую устойчивость и была признана рыночной. Казахстан твердо встал на ноги как государство, понимающее важность международных обязательств и неуклонно выполняющее их. Страна заявила о своей приверженности ядерному разоружению, добровольна отказалась от арсеналов смертоносного оружия. Это поистине судьбоносное решение было должным образом оценено международным сообществом, Казахстан получил гарантии безопасности со стороны постоянных членов Совета Безопасности ООН — США, Великобритании, России, Китая и Франции. Уникальная, беспрецедентная в мировой дипломатий акция имела большое практическое значение для решения проблем нераспространения ядерного оружия во всем мире. Для укрепления позиций Казахстана в мировом сообществе критически важным было юридическое оформление (делимитация и демаркация) его государственной границы протяженностью около 14 тыс. км.
Мы правильно определили внешнеполитические приоритеты нашей страны, что стало важным фактором обеспечения ее национальной безопасности. Казахстан сумел выстроить стабильные взаимоотношения с соседними государствами, а также с США и другими основными странами. Создана полнокровная юридическая база взаимодействия нашего государства с международным сообществом. И, наконец, Казахстан сформировал целостную и эффективную Дипломатическую инфраструктуру более чем в 50 странах (около 70 загранучреждений, в том числе посольства, представительства в международных организациях, генеральные консульства и дипломатические миссии).
За всеми этими благими делами стояла напряженная, порой изнурительная работа. В ней было все — успехи и неудачи, радости и огорчения, надежды и разочарования. Вся наша жизнь, по сути дела, это — свет и тень. Еще древние заметили, что мир дуален: «И был день, и была ночь». Неизменными спутниками нашей жизни стали правда и кривда, ибо с хорошим всегда соседствует плохое. Что касается дипломатической деятельности, то для нее характерны компромиссы, которые, по существу, сочетают в себе давление и уступки, демарши и переговоры. Поэтому китл названа «Свет и Тень».
Надеюсь, читатели найдут в ней немало интересного, поскольку мне, как непосредственному участнику многих событий во внутренней и внешней политике страны, хотелось бы рассказать о них с максимальной откровенностью. Дело в том, что сообщения информационных агентств и даже статьи известных журналистов далеко не полностью раскрывают содержание тех или иных переговоров и визитов на высоком политическом уровне. На страницы печати не всегда попадает достоверная информация о подоплеке принимаемых руководством страны решений. Отнюдь не умаляя заслуг казахстанских и иностранных репортеров, все же считаю, что по истечении некоторого времени следовало бы поведать нашей и зарубежной общественности отдельные моменты и детали, которые сопутствовали большой работе по обеспечению национальной безопасности Казахстана.
Удалось ли это сделать пусть рассудят сами читатели.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ИНАУГУРАЦИЯ ПРЕЗИДЕНТА
11 января 2006 года в резиденции Главы государства, получившей звучное и оригинальное название «Ак-Орда», состоялась инаугурация президента Республики Казахстан. В эту должность вступил один из опытнейших и искушенных политиков современного мира, многолетний руководитель нашей страны Нурсултан Назарбаев. Это был своеобразный апогей его неустанных усилий по строительству казахстанской государственности. Он принес клятву верности своему народу как общепризнанный лидер, заручившийся его феноменальной поддержкой в ходе президентских выборов.
Между тем предвыборная кампания не была столь однозначной, во всяком случае, ни оппозиция, ни даже те, кто помогал президенту, не могли предсказать такую оглушительную победу Н. Назарбаева. Кроме, пожалуй, самого триумфатора. Он подготовился к этому принципиально важному бою со своими соперниками более чем основательно. «Огневая подготовка» началась еще в феврале 2005 года, когда действующий; президент выступил с ежегодным Посланием в парламенте. Обращение Назарбаева оказалось беспрецедентным в истории нашей страны: он заявил о реализации масштабной программы, направленной на повышение жизненного уровня населения. В качестве призера можно сказать, что только на увеличения зарплаты работникам бюджетной сферы и на другие социальные выплаты планировалось дополнительно направить из бюджета почти 1 млрд. долларов. Социальная дотация в истории Казахстана невиданная, действительно огромная.
После такого поистине ураганного заявления в стране заговорили о возможности проведения президентских выборов уже в декабре 2005 года. Но время шло, а каких-либо заявлений или разъяснений со стороны официальных представителей не поступало: Это только подогревало дискуссии о сроках президентских выборов. По признанию одного из иностранных послов в доверительной беседе со мной, дипломатический корпус склонялся к мнению, что выборы все же состоятся в 2006 году. Дипломаты ориентировались на заявление одного из советников президента, уверенно заявившего, что Конституция трактует более поздние сроки выборного процесса.
Правда, иностранных дипломатов и журналистов смутило не менее уверенное утверждение одного бывшего члена правительства, что власти не будут затягивать выборы и воспользуются благоприятной экономической конъюнктурой для достижения желанной победы. Как Выяснилось, он оказался Прав, хотя такой вывод напрашивался сам собой.
Однако ситуация усугублялась юридической неопределенностью: в случае проведения выборов в 2005 году действующий президент «не добирал» целых 11 месяцев до истечения 7-летнего срока, в случае же переноса выборов на конец 2007 года он мог «перебрать» по времени, что породило бы сомнения и пересуды в отношении законности избрания главы государства. Дилемма весьма серьезная, понадобилось вмешательство Конституционного совета, который должен был дать компетентное разъяснение соответствующего пункта главного закона страны. Заключение государственных юристов, как и ожидалось, не противоречило общим настроениям, логика здравого смысла взяла верх.
91 процент, полученный победителем президентской гонки, стал притчей во языцех, прежде всего за границей, но не у нас в стране. Некоторые иностранные журналисты поспешили назвать выборы не заслуживающими доверия, мол, их итоги неправдоподобны, так много голосов в условиях демократии невозможно получить. Западные политики тоже не спешили со здравицами, все ждали отчета международных наблюдателей, коих прибыло в Казахстан небывалое количество — более 1500 человек. Каков будет вердикт наблюдателей по завершении выборов, не было для нас секретом. Дело в том, что среди них сложилось своеобразное разделение по интересам: одни, хотят видеть хорошее, другие настроены на негатив. Нетрудно догадаться, по какому принципу произошло такое размежевание, ведь над окончательными оценками довлела большая политика.
За пару месяцев до выборов я полушутя-полусерьезно сказал коллегам по правительству: «Могу уже сейчас надиктовать вам, что скажет по поводу выборов Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ. Вначале они скажут о небольшом прогрессе по сравнению с предыдущими выборами, затем будут утверждать, что были допущены нарушения, поэтому выборы, дескать, не во всем соответствуют международным стандартам. Большего от европейских наблюдателей не ждите, все предопределено». Помнится, кто-то возразил: дескать, это Пораженчество и с такими настроениями на выборы лучше не идти. Но я стоял на своем, так как был уверен в своей правоте.
В конечном итоге все вышло так, как было предсказано мною. Говорю об этом без всякого удовлетворения и тем более злорадства, но с большим сожалением. Когда реакцию одной из крупнейших международных организаций можно предугадать, как говорится, вплоть до запятой, то это повод для серьезных раздумий о том, что творится в таких организациях, об их предвзятости и как эту тревожную тенденцию можно было бы исправить.
Следует сказать, что некоторые основания сомневаться в моем пессимистическом прогнозе все же имелись: Власти предприняли небывалые усилия по обеспечению прозрачности предстоящих выборов. Президент даже издал специальное распоряжение, в котором обязывал руководителей исполнительных органов провести выборы в полном соответствии с Конституцией и международными обязательствами, принятыми на себя Казахстаном. Ото была мощная демонстрация намерения руководства страны провести выборы на высоком уровне, сделать их полностью прозрачными и заслуживающими доверия.
Забегая вперед, можно сказать, что этот демократический порыв был воспринят с должным пониманием в международном сообществе. И политики, и общественные деятели, с неподдельным интересом наблюдавшие за развитием событий в нашей стране, говорили мне, что Казахстан показывает пример всем соседним государствам ускоренного движения в сторону демократии.
За рубежом не только аплодировали казахстанскому лидеру, но и выражали скептицизм, высказывали утверждения, что предпринимаемые меры, дескать, носят косметический характер и призваны отвлечь общественное мнение от действительного положения вещей, которое нельзя назвать подлинно демократическим. Особую активность в критике нашей страны проявляли западные фонды и неправительственные организаций, отдельные депутаты европарламента.
Накануне выборов мне, сотрудникам администрации президента и министерства иностранных дел пришлось часто встречаться со многими представителями западных учреждений, будь то официальных или неправительственных. Активность проявил и помощник президента К. Масимов. Мы пытались убедить собеседников в том, что казахстанское руководство решительно настроено на обеспечение прозрачности выборов. Внутренняя ситуация в стране такова, что манипулировать итогами выборов просто нет смысла: как говорится, себе дороже. Подозревать же нас в каких-то неблаговидных намерениях — дело заведомо проигрышное и даже оскорбительное. Другое дело — уважительный диалог по вопросам продвижения демократии, к этому мы готовы и всячески приветствуем. Такова была наша логика в беседах с американскими партнерами. К их чести, они с должным пониманием восприняли наши доводы.
В августе 2005 года по приглашению государственного секретаря Кондолизы Райс я посетил Вашингтон с рабочим визитом. Перед поездкой ко мне поступила конфиденциальная информация посла К. Саудабаева о том, что, помимо вопросов двустороннего сотрудничества, американцы намерены обсудить предвыборную ситуацию в нашей стране. Переговоры в госдепартаменте подтвердили заинтересованность американцев в налаживании диалога по вопросам демократизации.
Кондолиза Райс приняла меня в офисе, который хорошо знаком мне по предыдущим встречам с его прежними хозяевами. Она тепло поприветствовала меня в присутствии представителей прессы, сказав, что хорошо помнит нашу первую встречу в Астане. Действительно, мы встречались с ней в 2000 году, тогда она посетила нашу новую столицу В составе делегации компании «Шеврон» и, ожидая встречи с президентом, провела в моем премьерском кабинете около 40 минут. Мы обсуждали положение в Средней Азии и вопросы взаимоотношений Казахстана с Россией и Китаем. Эти проблемы ее сильно интересовали, она, похоже, предчувствовала, что в самое ближайшее время ей придется заняться их решением на качественно новом уровне — в качестве помощника президента США по национальной безопасности и государственного секретаря.
Тональность и содержание высказываний главного американского дипломата о казахстанской внутренней и внешней политике были весьма дружелюбными. Оговорившись, что США не хотят навязывать кому-либо своих взглядов и подходов в отношении политического развития, К. Райс, тем не менее, выразила надежду на подвижки в строительстве демократии в Казахстане. Причем сделала это довольно изящно: вначале подчеркнула, что с большим уважением относится к президенту Н. Назарбаеву как последовательному реформатору и лидеру успешного государства, а затем в мягкой манере, с приятной улыбкой сообщила, что США хотели бы стать свидетелями большего прогрессa в политических реформах в нашей стране. По ее словам, Центральная Азия нуждается в реформах, тем более Узбекистан отказался от либерализации политической системы, а причиной крупных беспорядков в Кыргызстане стала «стагнация» реформ. В этих условиях, по мнению шефа американской дипломатии, крайне важно, чтобы именно Казахстан взял на себя бремя лидера политических преобразований. Кондолиза убеждала: «Казахстан — особая страна, поэтому ей предначертана особая роль в центральноазиатском регионе».
Обратило на себя внимание, что госсекретарь комплиментарно высказалась о нашей внешней политике, подчеркнув: США с полным пониманием воспринимают усилия Казахстана на российском и китайском направлениях. По ее словам, добрые отношения Казахстана с соседними государствами, прежде всего такими, как Россия и Китай, являются важным условием успешного развития нашей страны, и абсолютно неправы те, кто считает, что США препятствуют этому сотрудничеству.
Мне не раз приходилось встречаться с Кондолизой, обсуждать с ней различные вопросы международной ситуации, но именно во время этой встречи она впервые затронула тему стороннего отношения к сотрудничеству Казахстана с соседними странами. Подтекст был очевиден: она явно намекала на Россию, где, по мнению американских дипломатов, усиливались настроения неприятия политики Вашингтона в отношении центральноазиатских стран.
В то же время положительные высказывания собеседницы о внешней политике нашей страны имели «прикладное» значение, она вновь вернулась к теме предстоящих выборов, сказав, что важен не Столько процесс голосования, сколько предвыборный процесс, в ходе которого обеспечивается равный доступ всех кандидатов к средствам информации и равные возможности в проведении агитационной кампании. К. Райс давала понять, что США сильно надеются на развитие партнерских отношений с Казахстаном в поствыборный период, но гарантией конечного успеха в этом важном деле является взаимопонимание и сотрудничество в обеспечении прозрачности и честности самих выборов.
На мой взгляд, переговоры с К. Райс были чрезвычайно важными: мы стали лучше понимать подходы США к сотрудничеству с Казахстаном в контексте президентских выборов. Говоря без обиняков и просто, Вашингтон сообщал: не давайте нам повода для критики, сделайте выборы приемлемыми для международного сообщества, под коим в США подразумевают исключительно ОБСЕ, и тогда не будет никаких препятствий для продолжения масштабного сотрудничества, которое принято называть стратегическим.
Как назвать такой подход? В оппозиционной прессе Казахстана высказывания американского дипломата трактовались как оправданный нажим на Астану. Мол, «авторитарный режим» заслуживает такого к себе отношения. С моей же точки зрения, состоялся уважительный и, самое главное, абсолютно откровенный разговор давних друзей о взаимодействии в таком сложном и деликатном вопросе, как строительство демократии.
В то же время нельзя представлять ситуацию таким образом, что в переговорах с американцами мы только и делаем, что внимаем их доводам и рассуждениям. Реальное положение дед вовсе не свидетельствует о наличии лишь. говорящих и слушающих. Такие переговоры были бы непродуктивными. И попросту неинтересными. Прежде всего для самих американцев.
Каковы были наши аргументы? Во-первых, мы настаивали на том,что Казахстан привержен принципам и нормам демократии, здесь нет лукавства. Другое дело, что строительство демократии в многоконфессиональной и многонациональной стране, не имеющей традиций свободного общества, — очень сложный и ответственный процесс, сопряженный с большим риском для внутренней стабильности и благополучия страны. Поэтому столь беспрецедентная работа требует особой четкости в соотношении намерений и шагов. Здесь поспешность абсолютно неуместна. Старая истина — строить гораздо труднее, нежели ломать — в таком сложном деле, как государственное строительство, более чем оправданна. Наглядный пример — горбачевская перестройка, пробудившая всеобщее стремление к демократии, но и в равной степени подорвавшая ее. Потому что перестройка началась в политической сфере и не была подкреплена конкретными действиями в экономике.
Учитывая печальный опыт перестройки, Н. Назарбаев разработал концепцию казахстанского пути развития, в сжатом виде сформулированную таким образом: «вначале экономика, затем политика». Иными словами, без прочной экономической базы и реальных достижений в развитии малого и среднего предпринимательства невозможно, да и неразумно вторгаться в такую тонкую материю, как политическая надстройка. Последствия могут быть разрушительными, они неизбежно породят политическую и социальную депрессию и в конечном счете подорвут доверие к демократическим идеалам. Это подтверждается многими примерами, в том числе событиями в России в начале 90-х годов.
Во-вторых, проводя демократические преобразования, нельзя не учитывать так называемый геополитический контекст. Казахстан расположен в сложном и весьма противоречивом регионе, в котором никогда не было традиций западной демократии. Наша страна находится между такими гигантскими государствами, кат Китай и Россия. На южных рубежах среднеазиатские республики, решающие сложнейшие социально-экономические и внутриполитические проблемы, а также Афганистан, переживший не одну трагедию в последнюю четверть века и по-прежнему раздираемый внутренними противоречиями и трудностями. Даже беглый взгляд на карту этой части света позволяет сделать вывод о том, что данный район не является зоной притяжения демократии. Во всяком случае, ни в Китае, ни в России, ни в Средней Азии западные формы демократии в силу исторических причин попросту не прижились. Следовательно, любые действия в сфере демократического строительства являются новаторством, не имеющим прецедента в жизнедеятельности этих государств.
Наш основной аргумент в беседах с американскими и европейскими партнерами состоял в следующем: считают ли они, что ускоренное движение в сторону демократии в Казахстане не нанесет ущерба его безопасности? Действительно, строить гражданское общество в таком сложном и неоднозначном геополитическом окружении — дело не столько трудное, сколько рискованное. Поэтому здесь нужна не поспешность, а точный расчет соотношения темпов реформ их содержанию. При этом и речи не может идти о том, что Казахстан отказывается от курса политических реформ, поскольку, по мнению Н. Назарбаева, этот курс при любых обстоятельствах должен неуклонно осуществляться.
Мы объясняли, что реформаторские действия Астаны будут сопровождаться пристальным наблюдением за развитием ситуации в сопредельных странах. В противном случае может произойти «нестыковка» политических системе с необратимыми последствиями для спокойствия столь обширного региона. Демократия — это не одномоментный процесс, ее, как говорят сами американцы, «за одну ночь» не построишь. Как будто на этот случай китайцы придумали поговорку: лед толщиной три чи не замерзает за один день, а русские — Москва не сразу строилась.
Не могу утверждать, что все наши доводы точно ложились в цель, но они оказали позитивное воздействие на позицию Запада в отношении ситуации в Казахстане накануне президентских выборов. Можно сказать, что интенсивные консультации с западными дипломатами, общественными деятелями и журналистами были полезными, хотя и нелегкими. Несмотря на критику в некоторых зарубежных СМИ, положительные моменты в реакции международного сообщества на политику казахстанского руководства становились все более заметными и даже осязаемыми.
Вовсе не преувеличивая значения проведенных мною переговоров в Вашингтоне, тем не менее, выскажу мнение: перелом наступил именно там. Американцы приняли решение занять по меньшей мере выжидательную, позицию в отношении предстоящих выборов, подчеркнув, что ожидают прозрачности и справедливости в ходе их проведения с тем, чтобы они соответствовали существующим международным стандартам.
Правда, далеко не все в Астане разделяли такое восприятие переговоров, проведенных мною в США. Дала о себе знать, как говорят на Востоке, «болезнь красных «глаз», попросту говоря, элементарная ревность. Мол, как это получается: мы здесь разные схемы выстраиваем, тайную дипломатию по спецканалам проводим, на любистские кампании деньги расходуем, а тут министр «ничтоже сумняшеся» за пару часов переговоров все проблемы сумел уладить. Один из бывших депутатов мажилиса заботливо подкинул слушок: дескать, министр не справился с поручением президента, вернулся с пустыми руками и поэтому готовится распрощаться со своей должностью. Вот и получается: вместо реальной работы с западными представителями и всем международным сообществом — лишь ее имитация.
Попутно хотел бы высказать несколько слов о международных стандартах, которые часто упоминаются в ходе различных переговоров. Речь идет о решениях конференции по человеческому измерению, состоявшейся в Копенгагене в июне 1990 года. В документе, принятом под эгидой СБСЕ (предшественника ОБСЕ), было заявлено, что плюралистическая демократия и правовое государство являются необходимыми условиями обеспечения прав человека и основных свобод. Особенность Копенгагенского документа — упор на выборные (электоральные) процессы. В нем были сформулированы базовые принципы демократических выборов: прозрачность, подотчетность, общественное доверие. Каждый из упомянутых принципов предусматривает Целый комплекс мер, которые и принято называть «обязательствами».
Важно отметить, что Казахстан (как и другие новые независимые государства), присоединившись к СБСЕ, как бы автоматически принял на себя обязательства, Вытекающие из Копенгагенского документа. Правда, в отношении самого документа в мировом сообществе нет единого мнения: в последнее время усилились голоса в пользу его ревизии и внесения изменений в содержание основных положений Копенгагенской конференции, чтобы адаптировать их к современным политическим peaлиям.
Интересное мнение на этот счет высказал министр иностранных дел России С. Лавров во время одного из рабочих обсуждений в Астане: Копенгагенский документ был принят путем аккламации, то есть без голосования и без обсуждения, следовательно, он не был ратифицирован парламентами соответствующих стран. Поэтому легитимность обязательств в рамках ОБСЕ является спорной. Этот же тезис он повторил в Берлине по завершении переговоров с германским министром иностранных дел в апреле 2006 года. На пресс-конференции, отвечая на вопрос о реакций Москвы на прошедшие в Беларуси президентские выборы, он сказал, что норм и стандартов ОБСЕ «Не существует».