Содержание книги
Зная его на протяжении многих лет, могу подтвердить, что он — популярная данность на международной арене. Непременный участник Давосского экономического форума, он пользуется уважением со стороны мировой элиты, с блеском представляя собственную страну. Именно Джордж Ео «открыл» Казахстан как достойного партнера Сингапура. Посетив нашу страну, он сделал вывод о том, что она является наиболее подготовленной к глобализации и стремится стать полноправным участником мирового рынка. «Джордж Ео является горячим пропагандистом Казахстана», — заявил Го Чок Тонг, принимая М. Назарбаева осенью 2003 года.
Антикоррупционные меры повысили престиж государственной службы. Попасть на работу в правительственные учреждения мечтают многие выпускники престижных вузов. Для достижения желанной цели им приходится преодолевать конкурсные экзамены и массу других проверок. В то же время опыт работы в правительстве открывает дорогу молодым специалистам в ведущие компании и банки. Мне запомнилась беседа в 1979 году с одним молодым сингапурцем, сильно удрученным по поводу отказа министерства индустрии и торговли принять его на работу. «Меня берет американский банк, но через год я все равно подам документы в конкурсную комиссию правительства. Я всегда мечтал стать государственным служащим», — твердо сказал мой собеседник, чем сильно озадачил меня.
Не случайно правительство Сингапура считается одним из наиболее профессиональных в мире. В этом несомненная заслуга Ли Куан Ю, отводящего первостепенное значение эффективному госаппарату. Еще в 70-х годах прошлого столетия он славился своей требовательностью к членам правительства как в плане исполнительской дисциплины, так и с точки зрения инициативности. Он слыл твердым сторонником единоначалия, за что подвергался критике не только со стороны личных недругов и оппонентов, но и за рубежом, особенно на Западе. Ли Куан Ю, без преувеличения, был апологетом общественной дисциплины и порядка. Его приказ о наложении штрафных санкций в размере 500 долларов за брошенный на тротуар окурок, запрет на использование жевательных резинок в публичных местах, ношение парнями длинных волос и азартные игры в Сингапуре стали притчей во языцех во всем мире. В страну буквально ломились туристы, чтобы посмотреть на результаты этой самобытной политики. Сингапур и тогда, и сейчас поражает всех иностранцев чистотой своих красивых улиц, изысканностью инфраструктуры сферы обслуживания, масштабностью градостроения. Эта страна, которая одновременно является городом, стала плодом созидательного труда ее основателя Ли Куан Ю, твердо верившего, в успех «сингапурского чуда».
Высокие образовательные стандарты, практическое отсутствие коррупции, бесспорный профессионализм членов правительства, совершенство правовой системы государства — все это предопределило не только инвестиционную привлекательность Сингапура, но и общий успех этого государства, которому всего лишь сорок лет назад предрекали мрачное будущее. В основе блестящих достижений страны находится абсолютно правильная концепция ее развития, разработанная мудрым Ли Куан Ю: политическая стабильность и либеральная экономическая политика. В каком-то смысле он опередил самого Дэн Сяопина, который только в начале 80-х годов заявил: «Внутренняя стабильность превыше всего». Мао Цзэдун как-то сказал о архитекторе китайских реформ: «Этот человек маленького роста — редкий талант». И не ошибся, поскольку именно Дэн Сяопину выпала участь открыть путь миллиардному Китаю в рыночную экономику. Чтобы не подвергать опасности внутриполитическую стабильность и, следовательно, не демонтировать компартию, он разработал оригинальную концепцию строительства социализма с китайской спецификой, другими словами, рыночной экономики под патронажем государства.
Взаимоотношения Ли Куан Ю и Дэн Сяопина — этих двух неординарных политиков и выдающихся стратегов — представляют собой отдельную и очень интересную историю. Они, конечно, знали друг о друге и понимали, что когда-нибудь их пути-дороги пересекутся.
В 1976 году Ли Куан Ю впервые посетил Китай, который произвел на него гнетущее впечатление. По возвращении в Сингапур он заявил: «Если бы вы сейчас увидели землю наших предков, то, вернувшись домой, целовали бы сингапурскую землю». В то время в Китае бесчинствовала «банда четырех» во главе с женой «великого кормчего» Цзян Цин. О реформах не могло быть и речи, Сяопин был вновь (в третий раз в своей бурной политической жизни) репрессирован и любые попытки внедрения рыночных инструментов объявлялись «буржуазным перерождением». Другими словами, Китай находился во власти ультралевой идеологии. Встреча Ли Куан Ю с Дэн Сяопином в Китае по понятным причинам оказалась невозможной.
Но после смерти Мао Цзэдуна «банда четырех» была арестована, предстала перед судом и в конечном счете сошла с политической арены. На ней вновь появился непокоренный Дэн Сяопин, подготовивший в ссылке план модернизации Китая и вывода страны на передовые рубежи развития.
Он прибыл в Сингапур в ноябре 1978 года. Советег-кое посольство получило задание из Москвы внимательно проанализировать содержание переговоров и достигнутые договоренности. Данное поручение было понятным для нас: Ли Куан Ю не числился в друзьях СССР, он открыто и твердо придерживался прозападного курса, будь то во внешней политике или в экономике, хотя ему сильно доставалось от американских правозащитных организаций за авторитарный стиль управления. Дэн Сяопин же и вовсе считался злостным врагом советского руководства, ведь Китай обвинил СССР в претензиях на мировую гегемонию. Выполнение директивы «центра» наталкивалось на большие трудности, поскольку освещение визита Дэн Сяопина в сингапурской прессе было чисто протокольным. Поэтому пришлось задействовать все рабочие контакты в сингапурском министерстве иностранных дел и аппарате правительства.
Удалось узнать следующее: Ли Куан Ю принял. Дэн Сяопина настороженно, без пиетета, к которому ветеран китайской политики, уже привык. Сингапурский лидер решил вести переговоры на английском языке, пользуя услуги переводчика. Это вызвало недоумение Дэн Сяопина: он не понял, почему китаец Ли Куан Ю говорит с ним на другом языке, пусть даже на одном из официальных языков Сингапура. Но сюрпризы не закончились: китайский гость был обижен фразой Ли Куан Ю о том, что во время своего визита в Пекин не смог с ним встретиться, поскольку Дэн Сяопин находился за пределами столицы. В этом высказывании опытный китайский политик усмотрел намек на переменчивость собственной политической судьбы и стабильность положения хозяина Сингапура. Возможно, резкость поведения Ли Куан Ю послужила причиной сокращения визита на один день и досрочного возвращения Дэн Сяопина на родину.
Между тем переговоры двух лидеров были интересными и плодотворными, что подтвердил в своей книге сам Ли Куан Ю. По его словам, Дэн Сяопин был сильно озабочен вмешательством СССР в дела стран Юго-Восточной Азии, особенно поддержкой Москвы вьетнамского вторжения в Камбоджу. Пекин в те годы приютил у себя принца Нородома Сианука, объявив его единственным законным главой камбоджийского государства. Китайский гость постоянно возвращался к теме «советской угрозы» и призывал Ли Куан Ю отказаться от всякого сотрудничества с Москвой, а также использовать свое влияние и известность на Западе, чтобы создать единый фронт борьбы против «советского гегемонизма». Его интересовало мнение сингапурского лидера о военном и промышленном потенциале СССР. Показательно, что Ли Куан Ю и Дэн Сяопин во время переговоров пришли к правильному и далеко идущему выводу: советская империя, несмотря на кажущуюся мощь, катастрофически отстает в технологическом развитии и ее экономика в принципе нежизнеспособна из-за отсутствия реформ и косности мышления руководства.
Атмосфера переговоров несколько потеплела после того, как Дэн Сяопин рассказал, как в 16-летнем возрасте провел несколько дней в Сингапуре по пути во Францию. «Я решил обязательно побывать у вас до того, как встречусь с Марксом и Лениным», — пошутил китайский патриарх. Ли Куан Ю ответил на его вежливость необычным протокольным жестом: проводил Дэн Сяопина в аэропорт, причем, по признанию сингапурского лидера, в машине они продолжали в критическом духе обсуждать политику Вьетнама и поддерживавшего его Советского Союза.
Еще один штрих к пребыванию Дэн Сяопина в Сингапуре: он был впечатлен чистотой его улиц и особенно — высокой культурой их оформления. Идеальные тротуары и красивые цветочные клумбы настолько понравились китайскому визитеру, что он даже спросил у Ли Куан Ю, какая организация занимается этой работой и где сингапурское правительство находит специалистов. Дэн Сяопин интересовался также политикой Сингапура по привлечению иностранных инвестиций. На подробные разъяснения Ли Куан Ю он с искренним сожалением, но в то же время с долей юмора сказал: «Если бы у меня был один Шанхай, я бы сделал то же самое. Но у меня весь Китай!». Попутно отмечу, что в СССР в то время никто не заикался о привлечении инвестиций в советскую экономику.
Но главное состояло в том, что газета «Жэньминь жибао» и другие китайские издания после завершения этого визита не стали критиковать сингапурские власти как «прихвостней американского империализма», напротив, опубликовали положительные материалы об островном государстве, его внешнем облике и успешном развитии экономики. Это был совершенно новый подход кина к Сингапуру, и без соответствующего указания Дэн Сяопина по данному вопросу, конечно, не обошлось. Мудрый китайский политик разглядел в Ли Куан Ю достойного партнера и не менее способного Государственного деятеля. В свою очередь, сингапурский лидер смог убедиться в потенциале КНР, которой предстояло не только удивить, но и напугать весь мир невероятными темпами своего развития.
Не случайно Ли Куан Ю во время встречи с Н. Назарбаевым в 1996 году много говорил именно о Китае. Зная его отношение к этой стране, я невольно пришел к выводу, что сингапурский патриарх в корне изменил свою скептическую точку зрения. Теперь он с энтузиазмом говорил об огромных возможностях китайского рынка после успешно проведенных реформ Дэн Сяопина. Если в середине 70-х годов он призывал не брать пример с континентальных китайцев, развивать собственную «сингапурскую культуру», то спустя двадцать лет Ли Куан Ю заговорил об исторической и этнической общности Сингапура с КНР. Показательно, что именно сингапурские предприниматели, наряду с гонконгскими бизнесменами, стали первыми инвесторами китайской экономики, приняли самое активное участие в создании специальных экономических зон
Одну такую зону, расположенную в городе Сучжоу, я посетил в 2006 году. Этот город издавна славился своими озерами и красивыми девушками. В 1993 году правительства КНР и Сингапура подписали соглашение о создании экономической зоны, в которую были направлены инвестиции и приглашены иностранные специалисты. За десять лет Сучжоу стал не только туристическим городом, но и мощным индустриальным центром, где было налажено производство различной продукции, начиная от запасных деталей к самолетам «Боинг» и заканчивая шампунем. При населении 5 млн. человек ВВП города достиг 55 млрд. долларов.
В 2003 году, когда наш президент вновь посетил Сингапур с официальным визитом, Ли Куан Ю и его преемник Го Чок Тонг признались, что консультировались с китайскими руководителями по поводу Казахстана — можно ли инвестировать в его экономику — и получили четкий ответ: «не только можно, но и нужно». По их словам, особенно тверд в своей положительной оценке Казахстана и его лидера, президента Н. Назарбаева, был председатель Цзян Цзэминь, который сказал, что в нашей стране утвердилась рыночная экономика и в то же время царит внутренняя стабильность. Надо ли говорить: данная характеристика пришлась по душе Ли Куан Ю, посчитавшему, что его наставления в 1991 и 1996 годах не прошли мимо внимания казахского руководителя.
Сингапурские руководители не скрывали, что инвестиционные возможности их маленького государства не столь велики по сравнению с крупными транснациональными компаниями, но если Сингапур идет куда-то, то это сигнал для других стран, присматривающихся к иностранным рынкам.
Н. Назарбаев не считает нужным скрывать своего уважения к отцу-основателю современного Сингапура, с которым поддерживает постоянные контакты. Ли Куан Ю является настолько интересной и информированной личностью, что из каждой беседы с ним можно вынести нечто полезное для себя. Например, он придерживается необычной точки зрения на кадровую политику, считает, что помощников и высокопоставленных госслужащих нужно подбирать не только по анкетным данным, но и после детального изучения их моральных и деловых качеств. По мнению Ли Куан Ю, следует прислушиваться к внутреннему голосу, развивать интуицию. Он также считает, что необходимо решительно избавляться от людей, не способных понимать добро и отвечать на него благодарностью.
Другой совет сингапурского патриарха сводится к тому, что не надо прислушиваться к рекомендациям представителей многочисленных демократических институтов, так же как не следует переживать в связи с критикой Запада по поводу авторитарного стиля руководства. Необходимо исходить из того, что нужно людям, которые, будь то в Сингапуре, Казахстане или в любой другой стране, нуждаются прежде всего в спокойной и сытой жизни. В 2003 году он сказал Н. Назарбаеву: «Через пару дней Вы совершите визит на Филиппины, эта страна — наглядный пример того, к чему приводят игры в демократию по указке извне».
Всей своей жизнью Ли Куан Ю показал, что его отношение к Западу было исключительно прагматичным. Он всегда подчеркивал, что США обладают неограниченными возможностями в плане инвестиций и технологий. Но он же не скрывал, что и политическая культура Запада в корне отличается от азиатских традиций. В конце 90-х годов в Сингапуре был арестован молодой американец, который по ночам уродовал автомобили. Его приговорили к типичному для этой страны наказанию за вандализм: ударам бамбуковыми палками. В инцидент вмешался президент Клинтон, потребовавший отменить «средневековые пытки». Но сингапурские власти остались непреклонными и вое же привели в исполнение приговор суда.
Ли Куан Ю, судя по его книге, так и не изменил своего отношения к СССР и в целом к советской системе. Он подробно описывает свой визит в Москву и Тбилиси в 1972 году и не скрывает, что ему, типичному представителю англосаксонской политической системы, было не по себе от сервиса в гостиницах и поведения сопровождавших его московских чиновников. И даже традиционное грузинское гостеприимство показалось ему диковатым обычаем. Другой визит в СССР был связан с запланированной встречей с президентом М. Горбачевым. Сингапурский лидер был разочарован» как были организованы эти переговоры и их содержанием. Советский президент, по словам Ли Куан Ю, был рассеян, он еще не остыл от словесных баталий на съезде народных депутатов, говорил расплывчатыми фразами, постоянно возвращался мыслями к идеям перестройки. Ли Куан Ю пришел к выводу, что он плохо контролирует ситуацию в стране. Данное ощущение нашло свое подтверждение через полгода после переговоров с главой советского правительства Н. Рыжковым, посетившим Сингапур с визитом. Премьер-министр государства, занимавшего одну шестую часть земной суши и обладавшего несметными природными ресурсами, просил у руководства крошечного Сингапура кредит на сумму 100 млн. долларов.
И по сей день Ли Куан Ю сохраняет скептическое отношение к России, хотя признает, что она достигла серьезных успехов в своем развитии. Выступая на престижном Санкт-Петербургском экономическом форуме, он без обиняков заявил, что пока самолеты российского» производства не будут успешно конкурировать с западными аналогами, трудно говорить о превращении России в мировую экономическую державу.
Но подспудно он понимает, что без России существование современного мира невозможно. Интересный факт: он настоятельно рекомендовал своему сыну Ли Сянь Луну изучать русский язык. Крушение социалистической системы в России и других постсоветских республиках Ли Куан Ю, убежденный антикоммунист, воспринял как добрый знак, как сигнал к сотрудничеству с некогда враждебным миром. Политика изоляции от ненавистного коммунизма сменилась оживленными торговыми и политическими связями с представителями нового мира.
Ли Куан Ю никогда не отказывается от идей конкурентоспособности сингапурской нации. В своей книге он так сформулировал свое кредо: «Островное государство -город в Юго-Восточной Азии не смогло бы выжить, если бы попыталось пойти обычным путем. Нам пришлось предпринять сверхординарные усилия, чтобы стать сплоченными, твердыми и приспособленными к самым непредвиденным обстоятельствам. Мы должны были делать все лучше и За меньшую цену по сравнению с нашими соседями, которые хотели опередить нас в региональной торговле, свести на нет нашу роль как торгового центра региона». Далее Ли Куан Ю делает интересный вывод: «Мы должны были отличаться от других». В этой фразе, пожалуй, содержится квинтэссенция его концепции. Сингапурский лидер никогда не угодничал даже перед великими державами, он шел собственным путем, который считал наиболее подходящим для своего народа. Ему пришлось преодолеть немало трудностей, вся его политическая карьера пронизана борьбой за правоту собственных взглядов.
В своих мемуарах он указывает, что в 1959 году, когда началась «сингапурская история», он не владел искусством управления государством, не знал, как решать экономические и социальные проблемы. Но им двигало желание изменить «несправедливое» общество к лучшему. И тогда Ли Куан Ю начал бороться за политическую власть и, заполучив ее, стал работать на благо Сингапура.
Во время этой сложной работы он научился «игнорировать критику и советы специалистов и квазиспециалистов, особенно ученых социальных и политических наук», потому что все они говорили об искоренении бедности под углом зрения воплощения своих оторванных от реальности теорий. Ли Куан Ю упрекает западных журналистов, пытавшихся повлиять на избирателей путем нападок на его политику, и благодарит свой народ, который оказался «таким же прагматичным и реалистичным, как и правительство».
Ли Куан Ю имел дело со многими американскими президентами: Р. Никсоном, Дж. Фордом, Дж. Картером, Р. Рейганом и Дж. Бушем. Он сумел убедить их в стратегическом значении Сингапура как союзника в борьбе против коммунизма и за ценности свободной экономики. Но дружба с американскими лидерами не помешала ему ввести цензуру в местной прессе и ограничить распространение иностранных изданий с критикой его политики. Ли Куан Ю поддерживал хорошие отношения и с китайскими руководителями, но смог уберечь Сингапур от влияния коммунистических идей и не допустил превращения собственной страны в плацдарм «культурной революции» и проводника политики КНР в Юго-Восточной Азии. Будучи этническим китайцем, он уже перед отставкой начал изучать «мандарин» (пекинский диалект, считающийся классическим), но политически сумел дистанцироваться от своей исторической родины, сохранил реноме сигнапурского политика с британским образованием, придерживающегося прозападных взглядов.
Ли Куан Ю приложил немало усилий, чтобы добиться межнационального согласия в Сингапуре, В начале 70-х годов он решился на снос этнических кварталов и строительство муниципального жилья для всех жителей страны. Сейчас трудно поверить, что в тот период ему пришлось уговаривать представителей различных этнических групп к мирному сосуществованию в общих домах. Это была трудная задача. Китайцы, следуя традициям, тащили в свои квартиры всякую живность, например, свиней, что сильно не нравилось малайцам, которым мусульманская вера не позволяла мириться с такой ситуацией. Были проблемы и с выходцами из Индии. Поэтому Ли Куан Ю можно с уверенностью отнести к первопроходцам в сфере межнациональных отношений. Он превратил Сингапур в остров стабильности и терпимого отношения к различным религиям и национальным обычаям. Его тезис — «единство во многообразии» — был взят на вооружение не только другими государствами, но и ООН.
Поэтому совершенно обоснованной представляется оценка бывшего премьер-министра Японии Миядзавы: «Ли Куан Ю практически в одиночку превратил маленький островок в великое государство». Японскому политику вторит «железная леди» британской политики М. Тэтчер: «Он умел развеять пропагандистский туман и с предельной ясностью изложить свои взгляды на основные проблемы современности и способы их решения». Затем она подчеркивает: «Ли Куан Ю ни разу не ошибся». Джордж Буш-старший так отозвался о Ли Куан Ю: «Он один из самых умных и способных людей, которых я когда-либо встречал на своем жизненном пути».
Основатель Сингапура не был бы азиатским политиком, если бы не внедрял во власть и в бизнес своих родственников. Такую систему ее сторонники вежливо называют «корпоративным управлением». Именно Ли Куан Ю считают автором этой модели. Его жена возглавляет крупнейший государственный холдинг «Темасек», курирующий всю промышленность Сингапура. Сын сингапурского патриарха Ли Сянь Лун стал премьер-министром. Как говорится, пошел по стопам отца. Жена сына — глава крупной инженерной компании, имеющей хорошую репутацию на мировом рынке.
Отрадно, что отношения между Сингапуром и Казахстаном успешно развиваются. В нашей стране практил чески применяется опыт этого островного государства в управлении экономикой. Государственный холдинг «Самрук» фактически является слепком аналогичной организации «Темасек», ставшей известной на мировом рынке после удачного приобретения ряда иностранных активов. Сингапурская компания «Кеппель шипярд» работает в Актауском морском порту, а телекоммуникационная компания оказывает содействие в создании электронного правительства Казахстана. В Сингапуре функционирует наше посольство.
Все это говорит о том, что Ли Куан Ю не изменил себе: он по-прежнему с большим интересом и симпатией наблюдает за деятельностью президента Н. Назарбаева. И собирается во второй раз посетить Казахстан, чтобы воочию убедиться в успехах нашего государства.
В отношении собственной страны у него нет сомнений: Сингапур быстро преодолел путь из третьего (развивающегося) в первый (постиндустриальной) мир Ли Куан Ю построил реальное и эффективное знаний. Локомотивом успешной эволюции Сингапура являются его граждане — высокообразованные, глобально мыслящие и патриотично настроенные молодые люди В книге Ли Куан Ю воздает должное соотечественникам, верившим в своего лидера. Он благодарит иностранных советников, которые не пытались набиться за счет сингапурцев и поэтому не попадали в коррупционные скандалы, но интеллектом и рекомендациями способствовали укреплению престижа Сингапура.
Можно с уверенностью утверждать, что дело своей жизни Ли Куан Ю с честью и достоинством выполнил. История сингапурского успеха — это его личная заслуга. Когда говорят о Сингапуре, на память тут Же приходит имя этого талантливого и целеустремленного человека. Сингапур — это Ли Куан Ю. И этим все сказано.
***
Мне довелось общаться и вести переговоры с действительно выдающимися дипломатами современности — Колином Пауэллом, Евгением Примаковым и Цянь Цичэнем. Все они оставили глубокий след в истории международных отношений.
Колин Пауэлл является воплощением «американской мечты», потому что прошел впечатляющий путь выходца из типичной иммигрантской семьи. Он добрался до вершины политической власти и получил мировую известность благодаря собственному труду, ведь надеяться на помощь влиятельных родственников ему не приходилось. У него не было возможности обучаться в университете, поэтому был вынужден пойти в армию, чтобы затем воспользоваться льготами для выходцев из бедных семей, прошедших воинскую службу. Но и в армии он проявил недюжинные способности, став четырехзвездным генералом.
В автобиографической книге «На пути к американской мечте» К. Пауэлл подробно рассказывает о своем неспокойном детстве и отрочестве, прошедших в окрестностях Нью-Йорка. Он дружил с ребятами, оказавшимися, как и сам Колин, в США вместе с родителями, которые покинули родные места в разных частях планеты, чтобы обрести благополучие в стране больших возможностей. Пауэлл закончил городскую школу в Нью-Йорке, где получил степень бакалавра геологии и прошел курсы подготовки офицеров запаса. Специальность геолога ему не понадобилась, а краткосрочные военные курсы стали судьбоносными. Он стал настоящим патриотом США.
Молодой американский офицер, чьи родители иммигрировали из Ямайки, принял участие во вьетнамской войне, где получил два ранения. Боевое крещение закалило характер будущего госсекретаря, он почувствовал, что в состоянии заниматься более важными делами, необходимыми для родного государства. По возвращении из Вьетнама Пауэлл поступил в университет Дж. Вашингтона на факультет бизнес-управления. Но гражданская карьера была еще впереди, армия не отпускала умного и бравого офицера, хотя первые признаки грядущих изменений все же стали проявляться.
В 1972 году Пауэлл, будучи в звании майора, был направлен на годичную стажировку в Белый дом, где изучал вопросы управления и бюджета. Пребывание в Святая святых американской политики произвело сильное впечатление на молодого офицера, пробудив в нем здоровое честолюбие и карьерные амбиции.
Надо сказать, что вышеуказанная система поощрения наиболее способных молодых людей, предоставление возможности в юном возрасте стажироваться в Белом доме и конгрессе, является на самом деле не только проявлением справедливости по отношению к тем, кто отличается трудолюбием и патриотичностью, — но и действенным способом рекрутирования в большую политику будущих звезд, чьи имена будут повторять все мировые средства информации. Это обоюдный процесс: молодые люди изучают основы государственного управления, а к ним, в свою очередь, присматриваются ведущие американские политики и «кадровые селекционеры».
После стажировки в Белом доме Пауэлл получил назначение в Южную Корею, где командовал батальоном. Видимо, с порученным заданием он справился успешно, коль скоро был переведен в аппарат военного ведомства США. Для чернокожего офицера это назначение означало стремительный рост по карьерной лестнице. После четырех лет безупречной службы в Пентагоне он был переведен на должность военного помощника министра энергетики. Данное назначение свидетельствовало о том, что Пауэлл прочно вошел в кадровую обойму и ему уготовано хорошее будущее в коридорах власти. На него обратили внимание руководители республиканской партии, с которой он впоследствии свяжет свою политическую судьбу. Само по себе это было необычным шагом с его стороны, поскольку афроамериканцы традиционно поддерживают демократическую партию. Впоследствии республиканцы заполучили в свои ряды еще одну видную представительницу чернокожей общины — Кондолизу Райс, по интересному стечению обстоятельств заменившую Колина Пауэлла на посту государственного секретаря.
В 1983 году К. Пауэлл был назначен заместителем министра обороны, командовал корпусом американских войск в составе вооруженных сил НАТО. Считается, что служба в аппарате военного ведомства и в многосторонних силах Северного альянса способствовала расширению политического кругозора К. Пауэлла, которому в будущем предстояло принимать трудные решения, касающиеся международных позиций США.
Но в Европе он пробыл недолго, поскольку президент Р. Рейган предложил ему занять важный и престижный пост советника по национальной безопасности. В этом качестве К. Пауэлл в составе делегации американского президента посетил Москву. Уже тогда он привлек к себе внимание международных наблюдателей не только колоритной внешностью, но и рассудительным поведением. Было понятно, что он не является декоративным советником, назначенным импозантным Рейганом для демонстрации расовой терпимости. Это был истинный профессионал, прошедший испытания на поле брани и в тиши властных кабинетов.
С Пауэллом связана забавная история, о которой в своих мемуарах поведал ветеран американской политики, бывший государственный секретарь Джеймс Бейкер. Повествуя о неуклюжем дебюте Э. Шеварднадзе в качестве министра иностранных дел СССР, он рассказал, как тот, еще не остыв от партийной карьеры в Грузии, на переговорах в Вашингтоне вдруг стал обвинять американские власти в дискриминации «негров». Следует помнить, что это слово в США является неприличным и даже ругательным, за его использование можно сильно «схлопотать» физически и юридически. У советского переводчика хватило ума скорректировать пламенную речь незадачливого министра и применить приятное для слуха собеседников слово «афроамериканец». Но дело было не только в ЭТОМ: высказывания советского министра внимательно слушал участвовавший в переговорах чернокожий К. Пауэлл. Сообразивший, что со своими неуместными обвинениями сел в лужу, Шеварднадзе быстро сменил тему и уже никогда не позволял себе рассуждать о «расовой дискриминации» в США.
Пауэлл продолжал расти по служебной лестнице: в 1989 году он в возрасте 52-х лет был назначен председателем объединенного комитета начальников штабов. До него на этой ключевой должности не было военачальников моложе его. Однако именно в качестве командующего вооруженными силами США он сумел во всей полноте проявить свой военный талант. Под его непосредственным руководством прошла операция «Буря в пустыне», в результате, которой был освобожден Кувейт, а на режим Саддама Хусейна наложены международные санкции: Это был момент мировой славы четырехзвездного генерала К. Пауэлла, сумевшего в критический период помочь собственной стране и показать ее истинное положение как глобальной державы.
Правда, позднее республиканцев, в том числе К. Пауэлла, стали обвинять в серьезном просчете: мол, не надо было ограничиваться освобождением Кувейта, а предъявить Саддаму Хусейну ультиматум: пусть откажется от планов производства оружия массового поражения и предъявит мировому сообществу необходимые доказательства. Тогда Дж. Бушу не пришлось бы выдумывать предлог для вторжения в Ирак, что имело катастрофические последствия для международных позиций США.
Республиканцы не смогли удержаться у власти. Восемь лет президентства Р. Рейгана, еще один срок Дж. Буша — это вполне достаточно для американцев, которые стали уставать от этой партии. Так, по-видимому, посчитали избиратели из коллегий выборщиков и отдали предпочтение харизматичному и образованному Биллу Клинтону. С приходом демократов в Белый дом пришло время отставки К. Пауэлла.
Он сделал это с присущими ему благородством и достоинством. Мне запомнилась его прощальная речь, которую он произнес в присутствии президента Б. Клинтона. Было видно, что Пауэлл подготовился к этому событию и продумал каждое слово своего выступления. Речь прозвучала как ода видавшего виды генерала собственной стране, которая несет идеалы добра, справедливости и демократии всей планете. В порядке иллюстрации данного тезиса он сослался на собственную жизнь, сказав, что Только в США простой парень, выросший в бедных кварталах Нью-Йорка, может достичь вершины военной карьеры и реализовать свою американскую мечту. Рядом с ним стояла его верная супруга Альма, которая на протяжении многих лет разделяла с ним тяготы воинской службы.
После отставки К. Пауэлл занялся любимым делом — ремонтом старых автомобилей. Но он, конечно, внимательно наблюдал за обстановкой в стране и за ее пределами. Трудно было поверить в то, что бывший командующий вооруженными силами США посвятит свою жизнь этому необычному хобби. Да и товарищи по партии не давали погрузиться в обывательщину, приглашали его на закрытые застолья, где обсуждались важные вопросы государственной жизни.
В своей книге Пауэлл опубликовал интересную и многозначительную фотографию, на которой в техасском доме Бушей изображены он, Д. Чэйни, Р. Рамсфэльд и, конечно, Дж. Буш-старший со своим сыном — нынешним президентом США. Выражаясь современным языком, это была «тусовка» оппозиционеров. Они собирались не только в доме своего предводителя, но и в публичных местах. В одном из вашингтонских ресторанов его хозяин с гордостью показал мне фотографию знаменитых посетителей: Дж. Буш-старший, К. Пауэлл, Д. Чэйни и Б. Скоукрофт. В то время это была единая команда, обуреваемая желанием взять реванш за поражение на выборах в 1992 году. После прихода к власти республиканцев в их администрации появились трения и противоречия, затронувшие непосредственно и государственного секретаря К. Пауэлла.