Амангельды Иманов — М. К. Козыбаев, П. М. Пахмурный – Страница 16

№ 50

ВСТРЕЧА АМАНГЕЛЬДЫ ИМАНОВА С МИСТЕРОМ ХОРСЛЕЕМ

В 1918 году я работал в Байконуре старшим кочегаром. Квартира моя была рядом с домом, в котором жил брат Амангельды Иманова — Бектепберген. Часто обращался ко мне Бектепберген за разъяснением политических вопросов, и я, хотя и сам тогда еще слабо разбирался в политике, все же пытался давать ответ.

Среди рабочих Байконура, Карсакпая и Джезказгана Амангельды Иманов был очень популярен. Его знали как вожака повстанцев 1916 года, как непримиримого врага националистической контрреволюции, алаш-ордынцев, как большевика-организатора Красной Гвардии в Тургайских степях.

Расскажу об одной навсегда запомнившейся встрече с Амангельды.

 Это было летом 1918 года. Амангельды прибыл в Байконур во главе красногвардейского отряда. Еще с пути он послал своего квартирьера с предложением приготовить помещения для его отряда. Но управляющий копей и его приближенные — ставленники англичан - решили всячески помешать Амангельды Иманову и отказались приготовить помещение для красногвардейцев. А в это время пришли невеселые вести из Атбасарского района. Передавали, что там пала Советская власть и хозяйничала белогвардейская свора. Управляющий поэтому и решил, что ему нечего бояться Амангельды.

Когда Амангельды въехал в Байконурский поселок, он первым долгом вызвал к себе управляющего, чтобы узнать, приготовлено ли помещение для его людей. Управляющий нагло ответил, что он не думал заниматься этим делом. Амангельды тут же распорядился арестовать управляющего и заведующего конным двором, некоего Коршуницкого, как контрреволюционеров, поддерживающих белогвардейцев. После этого Амангельды созвал рабочих Байконура и выступил перед ними с пламенной речью, призывая организоваться для беспощадной борьбы с белогвардейщиной.

Арест управляющего копями тут же стал известен директору акционерного общества, англичанину Хорслею, который был связан с копями телефоном. И вот через три часа после ареста показался легковой автомобиль директора. Машина подкатила прямо к Амангельды Иманову.

Амангельды первый обратился к директору:

— Что вам нужно? — спросил он.

Хорслей стал говорить, что ему до революции, мол, дела нет.

— Мы промышленники,— заявил он,— а вы арестовываете наших служащих.

Амангельды резко ответил:

— Я арестовал контрреволюционеров, которые издеваются над рабочими!

При этом разговоре присутствовала огромная масса рабочих. Они с восторгом смотрели на Амангельды Иманова.

№ 51

ДЕЛЕГАТ СЪЕЗДА СОВЕТОВ

Смайл Копджасаров, И. Байтеренев,

красноармейцы из отряда Амангельды Иманова

Амангельды Иманов был делегатом на первом Тургайском областном съезде Советов, происходившем в Оренбурге 21 марта — 3 апреля 1918 года.

Не успел съезд закончить свою работу, как белоказаки ворвались в город и пытались овладеть Оренбургом.

Целую ночь длился бой за город. Амангельды сражался в первых рядах красных, поражая белогвардейских псов своими меткими выстрелами.

Наутро рабочие и красногвардейцы выбили белоказаков из города и Оренбург остался советским.

№ 52

ВОССТАНИЕ В КАРАБУТАКЕ

...8 марта 1918 года в Карабутаке было созвано массовое собрание солдат и аульной бедноты. На этом собрании был выбран совдеп. Председателем первого Карабутакскокого совдепа был Рамазанов. Меня выбрали товарищем председателя.

Мы распустили земскую управу, в которой сидели крупный бай Жумартов и богач мельник Карпов, и арестовали их.

Первым шагом нашего совета была конфискация товаров и имущества карабутакских кулаков и торговцев, за счет чего мы организовали помощь беднякам. Представители нашего совета разъезжали по волостям и аулам, и там понемногу начали создаваться местные совдепы.

В мае Иргиз был занят атаманом Дутовым, который разгромил и город и совдеп. Немного спустя Дутов занял и Карабутак. Но он недолго держался в наших краях. После ухода Дутова Советская власть в Иргизе была восстановлена, но работа не ладилась, так как многие из товарищей отошли от работы, напуганные Дутовым, да и не было прочной коммунистической организации.

В сентябре в Иргиз приехали челкарские рабочие-большевики. При их помощи мы создали партийную организацию (она первоначально насчитывала 17—18 человек) и уездный ревком. Я был выделен председателем укома партии.

Челкарцы дали нам несколько винтовок и патронов, и мы организовали коммунистический отряд. Днем мы работали в советских учреждениях, а вечером собирались в помещении местной военной гауптвахты и до утра по очереди несли караульную службу.

Наша партийная организация быстро росла: к декабрю у нас было уже 120 коммунистов, и все они были вооружены.

Особенно охотно шли к нам казахи, побывавшие на тыловых работах.

В декабре в Иргиз прибыл Чрезвычайный комиссар Тургайской области тов. Джангильдин во главе с вооруженным отрядом. Его прибытие воодушевило иргизских коммунистов, долгое время не имевших связи с центром.

Иргизцы выделили 40 человек из коммунистического отряда для сопровождения Джангильдина в Тургай. Поход был очень трудный. Мы шли восемь суток. Спали в снегу, недоедали. Близость алаш-ордынских отрядов заставляла нас все время быть настороже.

В Тургай мы вступили в половине декабря. В Тургае, как и в Иргизе, незадолго до этого хозяйничал Дутов. Здесь еще держалась так называемая земская управа, но параллельно с ней существовал и совдеп. После нашего прибытия земская управа была распущена и был организован ревком. Военным комиссаром был выделен товарищ Амангельды Иманов.

Мы помогли тургайским товарищам создать партийную организацию, которая сначала насчитывала 13 человек. Среди этих тринадцати первых тургайских коммунистов был и Амангельды Иманов.

«Национально-освободительное восстание казахских трудящихся против царизма в 1916 г.». Сборник воспоминаний и материалов, стр. 85—86.

№ 53

БЕССТРАШНЫЙ ПОЛКОВОДЕЦ ПАРТИЗАНСКИХ ОТРЯДОВ

X. Байдаулетов,

член Тургайского Совета в 1918 году

Осенью 1918 года я был избран членом тургайского Совета и в своей работе близко соприкасался с Амангельды Имановым. Это был прекрасный большевик, исключительной силы и энергии товарищ, способный трибун, действительный батыр и к тому же искуснейший стрелок. Среди казахских масс не только Тургая, но и всей степи он пользовался огромной популярностью, любовью. Батыр, мерген (снайпер) — так его повсюду называли.

Накануне Октябрьской революции в Тургае состоялся большой массовый митинг. Выступал небезызвестный алаш-ордынец Дулатов; он мобилизовал всю свою ученую «мудрость», чтобы воздействовать на собравшихся.

Против Дулатова выступил Амангельды Иманов. Своей пламенной речью он вдребезги разбил все дулатовские контрреволюционные аргументы. Амангельды умел зажигать массы.

О его героизме и отваге ходили в степи легенды. Во время восстания 1916 года и позднее он сосредоточивал в своих руках не только общее военное руководство повстанческими отрядами, но и лично участвовал в боях.

Исключительный пример храбрости и бесстрашия Амангельды Иманов показал в 1917 году в боях под Ак-Уткел и Кум-Кану. Здесь группа повстанцев была окружена многочисленным карательным отрядом. После первых пушечных выстрелов многие дезертировали. Остался Амангельды во главе небольшого отряда. После упорного боя ему удалось пробиться со своими людьми.

Алаш-ордынцы боялись Амангельды, как огня. Не будучи в состоянии овладеть им в открытом бою, алаш-ордынцы в начале 1919 года прибегли к следующему «маневру»: они опутали своим влиянием старшего брата Амангельды Бек-тепбергена и пытались сделать его главарем контрреволюционной банды. Они надеялись, что таким путем им удастся скомпрометировать Амангельды, что у последнего не хватит решимости порвать со своим родным братом.

Я был командирован тургайским уисполкомом в Кайдаульскую волость, чтобы там на месте в зародыше ликвидировать контрреволюционную алаш-ордынскую попытку организовать банду. Перед отъездом я имел беседу с Амангельды. Он мне сказал: «Кайдаульские баи хотят моего родного брата использовать против Советской власти. Они полагают, что у меня не хватит решимости продолжать с ними борьбу, когда в их стане окажется мой брат. Ты должен моему брату на это открыть глаза. Если он порвет с баями и по-честному признает свою ошибку перед Советской властью — хорошо; в противном случае, невзирая ни на что, арестуй его и привези в Тургай—будем судить его».

Когда я вернулся из командировки в Тургай, Амангельды Иманова уже не было в живых. Он геройски погиб в борьбе с алаш-ордынцами.

«Казахстанская правда», 24 октября 1935 г.

№ 54

ТУРГАЙСКИЙ ВОЕННЫЙ КОМИССАР

Иван Киселев,

командир Иргизского партизанского отряда

С Амангельды Имановым мне удалось встретиться лишь в 1918 году в обстановке развернувшейся гражданской войны, когда Кустанай был занят белыми, Орск переходил из рук в руки, а на Оренбургском фронте шли упорные бои.

Алаш-Орда открыто примкнула к Колчаку и, формируя при его помощи вооруженную силу, начала развивать активные действия, стремясь захватить города Иргиз и Тургай, чтобы прорваться к Ташкентской железной дороге и отрезать Туркестан от центра, как это намечено было белым командованием.

Я в то время находился в гор. Иргизе, где Советская власть после кратковременного хозяйничанья Дутова летом 1918 года была восстановлена и имела уже хорошо вооруженный отряд из солдат-фронтовиков и партийцев-казахов. Этот отряд успешно боролся со всеми попытками Алаш-Орды выполнить колчаковское задание и продвинуться на юг.

Связь с Тургаем, где в то время находился Амангельды, была очень слаба.

Между тем положение в Тургае было весьма напряженное. Наглость тургайских алаш-ордынцев доходила до того, что они устраивали торжественные встречи генералам Дутову и Могилеву и не останавливались ни перед какими контрреволюционными провокациями. Они установили тщательную слежку за каждым шагом Амангельды.

В ноябре 1918 года объединенный алаш-ордынский и белоказачий отряд сделал налет на Иргиз. Нападение было отбито, и иргизцы вместе с пришедшими на помощь красногвардейцами Челкара и отрядом тов. Джангильдина повели преследование, во время которого вступили в Тургай.

Здесь на совещании, созванном тов. Джангильдиным по вопросу о дальнейших действиях, участвовал и тов. Амангельды. Сильное впечатление на участников произвело выступление Амангельды, который, прекрасно учитывая всю тяжесть обстановки оторванного от советских районов Тургайского уезда, все же прямо и решительно заявил, что Тургай должен быть советским.

— С Алаш-Ордой нужно вести борьбу до конца, нужно усиленно готовиться к предстоящим кровавым схваткам! — говорил он,— нужно формировать вооруженную силу из надежных джигитов.

После этого совещания тов. Иманов был назначен военным комиссаром Тургайского уезда. В его распоряжение была передана часть оружия и бойцов из отряда тов. Джангильдина.

Вскоре иргизцы вернулись домой.

В беспрерывных стычках с белыми и алаш-ордынцами прошел конец зимы, но уже чувствовалось, что наш сосед Тургай — в верных и надежных руках. Отряд тов. Амангельды рос, закалялся и стал серьезной угрозой для алаш-ордынцев.

Не надеясь сломить его в открытом бою, алаш-ордынцы решили погубить Амангельды, чтобы потом покончить с ненавистной им Советской властью в Тургае...

Предательская пуля сразила тов. Иманова, отряд распался, часть его при помощи обмана была разоружена, часть погибла и лишь небольшая группа сумела пробиться и присоединиться к иргизцам.

Но недолго торжествовали алаш-ордынские «вожди»— Букейханов, Байтурсунов, Кенжин, Дулатов.

Несмотря на помощь, которую оказывали им колчаковцы, осенью 1919 года Тургай снова был взят красными войсками, снова стал советским, и на этот раз навсегда.

«Национально-освободительное восстание казахских трудящихся против царизма в 1916 г.». Сборник воспоминаний и материалов, стр. 121—123.

№ 55

БУДЬТЕ ВЕРНЫ БОЛЬШЕВИКАМ

Бимагамбет Баймагамбетов,

красноармеец из отряда Амангельды Иманова

Вскоре после предательского ареста Амангельды алаш-ордынцы собрали в Тургае представителей от всех волостей уезда.

На этом совещании выступил алашский воротила, трижды презренный лжец и предатель М. Дулатов.

В самый разгар его лисьих уговоров. Файзулла Саты-балдинов громко спросил:

— Почему нет здесь лучшего сына казахского народа? Где наш Амангельды? Почему вы держите его в тюрьме?

Совещание кончилось безрезультатно...

Амангельды по-прежнему оставался за решеткой. Бари-бай Байселбаев, который носил ему в тюрьму еду, передал мне, что Амангельды хочет меня видеть и просит прийти к нему на свидание.

Мы увиделись незадолго до расстрела Амангельды.

— Слушай, друг,— сказал он мне,— я знаю, что на Тургай наступают красные партизаны — кустанайцы. Думаю, что я не доживу до их прихода; алаш-ордынцы готовятся убить меня. Будьте верны большевикам! Что бы ни случилось, не слушайтесь алаш-ордынской сволочи. Прощай, друг!

Это была моя последняя встреча со славным батыром революции, героем-большевиком Амангельды.

№ 56

ИЗ СТАТЬИ А. ДЖАНГИЛЬДИНА «К ДВАДЦАТИПЯТИЛЕТИЮ ПАРТИИ»

г. Кзыл-Орда

7 марта 1923 г.

„.Февральский переворот сменился Октябрьским... Кто же был вдохновителем и передовиком всего этого у нас в Киргизском крае? Кто дал столько уверенности в неминуемой победе? Многих из этих товарищей нет уже в живых, но они запечатлелись в наших сердцах навеки.

Все они погибли от рук палачей и вредителей.

Вот имя одного из них: это — Амангельды Иманов, убитый белыми по предательству алаш-ордынцев. Он был из бедных киргиз-батраков. Один из первых киргизских борцов угнетенных, он пробуждал трудовые массы к сознательной жизни. Он чувствовал, что с победой будут сняты вековые оковы рабства, что словом не проймешь железные сердца правителей, и с первых дней восстания сделался врагом их, вступив в ряды активных борцов революции. Вдохновляя своих единомышленников, он был стойким до последней минуты своей жизни.

Так же и другие товарищи, его единомышленники, имена которых все сразу нет возможности упомнить, все они погибли безропотно, неся свой революционный долг. По их примеру мы на проложенном уже пути продолжаем работу, и вот теперь в празднование 25-летия РКП (б) мы с надеждой говорим, что хотя киргизская партия большевиков и молода, но она уже с первых дней Советской власти много прикладывает сил на распространение идей большевизма и, думаем, сумеет наверстать упущенное за десятки лет и уже к следующему юбилею с уверенностью и твердостью скажет о своей непоколебимости на пользу революции, осуществляя и развивая ее идеи вглубь и вширь.

Мы гордимся нашими передовыми русскими товарищами, проработавшими стойко и непоколебимо в РКП (б) несмотря на все трудности, лежавшие перед ними, которые они сумели преодолеть и теперь уже открыто, уверенной ногой стоя на широком поприще, чем передают завет молодому поколению также быть стойкими, а главное, уверенными в победе. И мы, старые работники родной нам по духу партии, внушим и своей киргизской, еще до сих пор темной, но начинающей выглядывать в истинный свет молодежи эту стойкость и плоды посеянных мыслей наших первых борцов, работников РКП (б) во главе с уважаемым всеми дорогим товарищем Владимиром Ильичем Лениным.

Кто жив из них — им здоровье на многие лета!

Кого нет — им слава!

А. Джангильдин

«Алиби Джангильдин». Документы и материалы, док. № 70, стр. 174—178.

№ 57

ИЗ ПЕРЕДОВОЙ СТАТЬИ «КРАСНЫЙ НАРОДНЫЙ БАТЫР»

г. Алма-Ата           

5 июля 1936 г.

...Черный, выше среднего роста, несколько худощав, Движения у него резкие, решительные, поступь твердая и смелая, лишних слов не говорил, а то, что говорил, продумывал— так описывают внешний облик казахского народного героя Амангельды Иманова помнящие его товарищи.

...Забытый многими «признанными» историками, старательно затушевывавшийся националистами и шовинистами всех оттенков, образ казахского народного героя стал одеваться в плоть и в кровь. О нем все громче и громче заговорили аульные массы, заговорил сам народ.

Не случайно именно теперь высоко поднимает возрожденный казахский народ имя своего национального героя, интернационалиста-большевика, о котором поют песни акыны, о котором слагаются легенды. У возрожденного народа, идущего к преобразованию своей республики в союзную, вырос интерес к своему собственному прошлому, богатому событиями революционной борьбы против своих и чужих угнетателей. В замечательной песне «Моя родина» орденоносный акын Джамбул прекрасно показывает ту почву, на которой вырос Амангельды...

От пастуха, затем некоторое время сторожа аульной школы (где мугалимом работал виднейший алаш-ордынец Дулатов) до вожака революционной казахской бедноты, отказавшейся поставлять пушечное мясо российскому империализму, до большевика — героя гражданской войны — какой это огромный путь! Путь, отражающий собой рост классового самосознания задавленных масс!

Отряды повстанцев Амангельды не были разбиты царем. Амангельды продержался до Февральской революции и, раскусив на опыте борьбы колониальный характер политики Временного правительства, выступил против него, выступил против кадетствующих алаш-ордынцев, пресмыкавшихся перед Керенским так же, как в свое время перед царем.

Замечательным и в то же время совершенно закономерным и естественным этапом в жизненном пути Амангельды явился факт его прихода в ряды большевиков сразу же после победы Октября...

Героический образ Амангельды ярко говорит сам за себя. Он не требует никакой идеализации, никакого «подсахари-вания». Его нужно понимать в историческом развитии. В 1916 году Амангельды Иманов — крестьянский вожак с недостатками, присущими стихийным крестьянским движениям. В 1918 году — это уже другой Амангельды, которому учение Ленина открыло смысл и путь борьбы нашей великой эпохи, на заре которой он погиб от подлой предательской руки алаш-ордынцев.

Амангельды Иманов не тот батыр, каких много видал колониальный аул. Амангельды первый в истории казахского народа батыр с общенациональными чертами. Это первый батыр эпохи, когда борьба казахских трудящихся принимает общенациональный размах и поднимается, выражаясь словами Ленина, в связи с рабочим движением. Это — красный народный батыр!

Нет колхоза в Казахстане, где не распевали бы песни о легендарном большевике-батыре. С плебейской силой творимой народом легенды вошел Амангельды в историю казахского народа, потеснив ханов, султанов и превозносимых феодальной знатью героев «белой кости»...

Имя Амангельды Иманова вдохновляет и будет вдохновлять молодых советских патриотов в их борьбе за счастье, за славу, за дальнейшее процветание великой Родины, за нерушимую крепость ее рубежей, за дальнейшее укрепление великой дружбы народов.

Имя Амангельды по праву займет свое место в ряду славных героев гражданской войны, выходцев из народных низов, поднятых партией Ленина.

«Казахстанская правда», 5 июля 1936 г.