Истоки — Зауре Омарова

I СЪЕЗД ЖЕНЩИН КАЗАХСТАНА

В соответствии с постановлением Центрального комитета Компартии Казахстана было решено созвать I съезд женщин Казахстана в конце июля 1961 года. С докладом на съезде выступить было поручено мне. Я стала готовиться.

На местах проходили съезды женщин, а на областных съездах избирали делегатов на республиканский. Работа съезда проходила в зале заседаний Верховного Совета республики. На него прибыли около трехсот делегатов.

Съезд открыл с вступительным словом секретарь ЦК Компартии Казахстана по идеологии Джандильдин Нурымбек. После формирования руководства съезда было предоставлено слово для приветствия Кунаеву Д.А., первому секретарю ЦК Компартии Казахстана. Он отметил, что факт созыва съезда является большим событием в жизни республики. Это показывает все возрастающую роль женщин в жизни республики. Он пожелал съезду успешной работы, здоровья и благополучия участникам.

В моем докладе было сказано о том, что за годы советской власти в Казахстане выпуск валовой продукции возрос в 57 раз, добыча угля в 360 раз нефти в 14 раз, выработка электроэнергии в 8 тысяч раз. Поднята целина, более 28 миллиона гектаров новых земель.

В Темиртау поднялись две домны и две коксовые батареи, четыре турбины Бухтарминской ГЭС, первая очередь Соколовско-Сарбайского горно-обогатительного комбината, много угольных шахт и рудников, железная дорога Акторгай-госграница.

Повысился уровень материального благосостояния нашего народа. Сокращен рабочий день. Улучшены условия труда, повышена заработная плата, пенсия, ведется строительство в огромных масштабах. Во всех этих достижениях выдающаяся роль принадлежит женщинам. Мы воочию видим раскрепощение женщины, чья доля была горькой, особенно казашки.

В этом обширном нашем крае господствовали феодально-племенные отношения. Родоплеменная связь казахов определялась по мужской линии. Жена была собственностью мужа, так как брачные отношения основывались на выкупе невесты — калыма. Даже овдовевшая женщина оставалась в подчинении у родственников покойного мужа — «амангерство» обязывало ее стать женой одного из братьев или ближайших родственников мужа, независимо от возраста или семейного положения. Она не могла вернуться в дом родителей потому, что за нее был уплачен калым, а ее дети в ее роду считались инородцами.

Одним из первых советских законов, освобождающих казашку от гнета феодальных обычаев, был декрет об отмене калыма. Следующим шагом на пути раскрепощения казашки было запрещение многоженства и вступление в брак несовершеннолетних.

В условиях Казахстана большое значение приобрела подготовка кадров женских организаторов. Раскрепощение казашки, вовлечение ее в общественный труд осуществлялись в жестокой борьбе с патриархальнофеодальными и религиозными пережитками. Девушкам, вступавшим в комсомол, выступающим на собраниях, муллы грозили расправой. И нередко эти угрозы приводились в жизнь.

В советское время были воспитаны замечательные организаторы, общественные и партийные деятели, отдававшие свои силы работе среди женщин, превращению женщины-казашки в активного сознательного члена общества. Это Алма Уразбаева, Нагима Арыкова, Сара Есова, Дора Дорофеева, Мадина Бегалиева и многие другие.

Решающий поворот в осуществлении фактического равенства женщины в Казахстане произошел в годы коллективизации и индустриализации. Бурное развитие промышленности создало самые благоприятные условия для широкого вовлечения женщин в производство, создание ТОЗов, затем колхозов, совхозов положили конец зависимости женщины от мужчины.

О том, какое место в жизни республики стала занимать женщина уже в первое десятилетие республики говорят факты. В 1927 году среди депутатов аульных и сельских Советов было 23 процента женщин, а в составе ЦК Компартии Казахстана — 18 процентов. Более тридцати лет назад переступила порог правления колхоза «Красная звезда» Джамбульской области Сындыбала Онгарбаева. Она вела с собой детей. «Пара трудолюбивых рук не будет лишней в хозяйстве», — сказала она председателю колхоза.

Работала Сындыбала без устали, училась на агротехнических курсах, летом заботливо выхаживала каждое растение. И земля сторицей вознаграждала за труд

— обильный урожай сахарной свеклы снимала Онгарбаева. Слава о скромной труженице разнеслась по всей стране. Грудь ее украсила Звезда Героя Социалистического труда. Отец ее всю жизнь гнул спину на бая, но слова благодарности так и не услышал.

Показательна судьба Наили Уразгуловны Базановой. В 1932 году она окончила зооветеринарный институт и стала ветврачом. С тех пор прошло три десятилетия. Но это были годы ее упорного труда. Годы настойчивого овладения высотами науки, годы беззаветного служения народу

— была депутатом многих созывов Верховного Совета СССР, доктор биологических наук, академик, председатель Республиканского комитета защиты мира, ее имя известно не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами.

Тяжелым испытанием для женщин была Великая Отечественная война. Они встали на защиту своей свободы. Женщины были на фронте врачами, медицинскими сестрами, разведчицами, снайперами, летчицами. Сражались в рядах партизан. Герои Советского Союза Маншук Маметова, Алия Молдагулова, Валентина Панфилова, Хиваз Доспанова, на счету которой триста боевых вылетов, Акима Акжолова, была в первых рядах защитников Ленинграда.

Как забыть героизм тех, кто работал в тылу.

Кто не знал Евдокию Андреевну Зайчукову. В целинном крае она возглавляла совхоз «Двуречный». Это хозяйство в годы освоения целины называли «Женской академией». Директор — женщина, главный агроном — женщина, инженер-строитель — женщина, главный бухгалтер — женщина. Потом, будучи секретарем райкома партии, она, по примеру Валентины Гагановой, перешла в отстающий совхоз «Ижевский». Совхоз пошел в гору.

Механизатор широкого профиля Дакен Шайкенова из совхоза Карашалгинский Кургальджинского района. Она здесь первая казашка, севшая за руль трактора еще в 1936 году. Дакен обучила профессии механизатора 30 девушек-казашек.

В восьми хлопкосеющих районах Южно-Казахстанской области обучились механизаторским специальностям 300 девушек.

Бибижамал Омарова из Караганды более 20 лет трудилась на шахтах Караганды. Ей присвоили звание Героя Социалистического труда. И такихженщин, Героев Социалистического труда, тогда было в республике 156 человек.

Анна Ильинична Фадеева горы медной руды выдала она из шахты на поверхность, работая мастером подъемной установки. За долголетний труд была награждена Орденом Ленина.

Умело сочетала государственную работу с трудом на полиметаллическом комбинате в Кентау депутат Верховного Совета СССР Герой Социалистического труда транспортерщица Ачисайской обогатительной фабрики Таттикуль Досжанова, депутат Верховного Совета СССР звеньевая хлопководов Толыш Асылбекова, депутат Верховного Совета Казахской ССР машинист электровоза Айран Мыктыбаева и многие другие.

Работники цветной металлургии гордились Валентиной Николаевной Бублис — инженером Лениногорского полиметаллического комбината. За участие в разработке нового метода добычи руд цветных металлов ей вместе с группой работников науки и практики была присуждена Ленинская премия.

Более четверти века трудилась в строительстве каменщица «Карагандахимстрой» Каукер Алдыкенова. Ее путь строителя начался на стройке Балхашского медеплавильного завода.

За высокие показатели в труде по разведке и добыче нефти десятки женщин удостоены высоких правительственных наград. Ударник Коммунистического труда Базаркуль Кошпанкулова и другие собрали от 120 до 150 тонн хлопка каждая. Звеньевая хлопководческой бригады удостоена звания Героя Социалистического труда, депутат Верховного Совета СССР.

До революции образование, женщины вообще, казашки, в особенности, было неразрешимой задачей. В 1925 году в Казахстане насчитывалось 2624 школы, в которых обучалось 149507 человек. В 1930 году всеобщее обязательное обучение стало законом.

Были известны имена далеко за пределами страны докторов медицинских наук Камили Досовны Утегеновой, Хадиши Мырзалиевны, Гульбахрам Тарабаевой, докторов геолого-минералогических наук Быковой Марии Сергеевны и Патчаим Тажибаевой, доктора физико-математических наук Фесенковой Евгении Владимировны.

Свободная радостная жизнь женщин Казахстана нашла свое яркое отражение в искусстве. Мы с глубоким уважением и признательностью чтим замечательную певицу и композитора Майру Шамсутдинову, композитора и домбриста Дину Нурпеисову.

Незабвенные Куляш Байсеитова, Шара Жиенкулова. Много интересных образов на сцене создали Валентина Харламова, Хадиша Букеева, Сабира Майканова и Рахия Койчубаева. На смену признанным талантам пришла одаренная смена. Драматические актрисы Шолпан Жандарбекова, Замзагуль Шарипова, певицы Шавал Бейсекова, Роза Джаманова, Бибигуль Тулегенова, Роза Багланова, первый профессиональный композитор Газиза Жубанова, балерина Сара Кушербаева.

Широкому кругу читателей известно имя поэтессы Марьям Хакимжановой. За ней идут Турсунхан Абдрахманова, Шарбану Гумарова.

В нашей стране впервые в истории сложился тип женщины, соединявшей труд, учебу и заботы о семье с участием в управлении государством. Партия и правительство доверило женщинам высокие посты. Хорошими организаторами масс на выполнение различных задач проявили себя секретарь Саранского горкома партии Карагандинской области Елизавета Петровна Зимина, первый секретарь Ново-Шульбинского райкома партии Семипалатинской области Мария Ивановна Рыбина, первый секретарь Казталовского райкома партии Западно-Казахстанской области Набира Салыкова и многие другие.

Честь и слава нашим женщинам!

ВЫСОКОГОРНАЯ СЕЛЕЗАЩИТНАЯ ПЛОТИНА

 

22 августа 2003 г. Кунаеву Димашу Ахмедовичу со дня смерти исполнилось 10 лет. По этому случаю фонд его имени, и родственники пригласили нас, его соратников, товарищей, сослуживцев, всех родственников на поминальный обед. Зал был полон.

За поминальным столом, обедом, посвященном памяти Димаша Ахмедовича, многие из присутствующих здесь держали речь с воспоминаниями о нем, как о мудром руководителе партии и правительства республики.

Говоря о доверии мне Димаша Ахмедовича, как его заместителю по работе в Совете Министров, я рассказала об одном его поручении. Оно было связанно с проектом строительства, высокогорной селезащитной плотины. Уже к этому времени у нас имелись 2 варианта проекта возведения плотины. Димаш Ахмедович лично мне рассказывал, что он склонен остановиться на том варианте из двух проектов, где плотина должна возводиться путем последовательных направленных взрывов скал с правого и левого берегов. Эти горные массы должны были лечь в створ ущелья реки Малой Алматинки друг на друга.

История селевых потоков под Алма-Атой общеизвестна. Первый селевой поток с гор произошел в 1887 году, второй селевой грязекаменный поток был в 1889 году, третий селевой поток произошел в 1918 году, четвертый был в 1921 году. Все селевые потоки приносили городу страшное разрушение. Погибло много людей, погибло большое количество скота. Последним селевым потоком 1921 года вынесено несколькими волнами около семи миллионов кубометров воды и около 3 миллионов кубометров/камня, песка и глины. Его следы можно видеть и сейчас, в городе остались крупные валуны.

Природа селевых потоков такова: если сильное таяние снегов в горах совпадает с частыми ливневыми дождями, то в мореных озерах накапливается много воды. Она переполняет озера, размывает берега. Огромная масса воды устремляется по руслам вниз, захватывая с собой фязекаменную массу вместе с валунами. Образуется селевой поток, где движущийся вал, в несколько десятков метров, с громадной скоростью устремляется вниз, неся на своем пути огромные разрушения.

Димаш Ахмедович, еще работая заместителем председателя совнаркома, по роду своей работы принимал самое активное участие в решении этой проблемы. В свою очередь, я тоже, будучи горным инженером и заместителем председателя Совета Министров не стояла в стороне от решения селевой проблемы.

Наш проект рассматривался у известных ученых Академии наук СССР, по нему дали свои положительные заключения академики Лаврентьев, Садовский, Христианович, министр среднего машиностроения Славский, и другие. Но возражавших против проекта «направленного взрыва» у нас, в республике, было немало.

Нашлись люди, специалисты-биологи, экологи, которые считали, что если взорвать скалы, это вызовет землетрясение, будет огромный вред экологии, исчезнут фауна, флора в горах и т.д. Они были не согласны с проектом. Как мне говорил Димаш Ахмедович, что даже на правительственной комиссии мнения разделились.

«Время не терпит, наверху образовалось много воды, кто знает, что может произойти, мы опаздываем, надо форсировать с проектом, затем со строительством плотины», — сказал он. Поручил мне собрать совещание с приглашением и участием всех заинтересованных «за» и «против» проекта и окончательно прийти к единому мнению.

У Димаша Ахмедовича его мнение по этому поводу было давно ясное и твердое. Он был за вариант проекта с направленным взрывом. Взрывное дело, характер, последствия его Димаш Ахмедович сам знал лучше других, как мы знаем по его автобиографии, он в Коунраде был самым лучшим взрывником по руде.

Я так и поступила, созвала совещание с участием всех заинтересованных в этом вопросе. Пришло около тридцати человек. В зале заседаний Совета Министров развесили чертежи обоих проектов и Генплан, общий вид плотины, диаграммы, сопоставительные таблицы и другое. На совещании были, кроме проектировщиков, руководители ведомств, учреждений, ученые, в том числе, главные оппоненты во главе с доктором географических наук Бергрином.

Совещание вела я сама, оно длилось целый день, ход совещания стенографировался, потом получился целый том. Было много выступлений, высказывали мнения, суждения. Было большинство, поддерживающих проект плотины с «направленным взрывом», немало по-прежнему и противников. Обсуждение шло по-деловому и принципиально.

После долгих дебатов некоторые серьезные противники сняли свои доводы, возражения. В результате решили, что будем строить плотину по выбранному проекту. Итоги работы совещания доложила Димашу Ахмедовичу, он был доволен нашей работой. Над спорным вопросом была поставлена последняя точка, это был 1962 год. (В начале 1963 года меня направили на другую работу, председателем Алма-Атинского промышленного облисполкома).

Наверху под горой началось строительство тоннелей — штолен для размещения взрывчатки. На этих горных выработках работали джезказганские проходчики. Когда эти работы были закончены, я специально ездила смотреть. Правобережный взрыв скалы произвели в октябре 1966 года.

Взрывная горная масса благополучно легла на дно будущей плотины, как бы фундаментом, а следующий взрыв на левом берегу Малой Алматинки произошел в 1967 году в апреле. Это я наблюдала с балкона Министерства социального обеспечения. И в первом и во втором взрывах все было более или менее нормально, если не считать обвал штукатурки в одном здании, специально построенном близ плотины.

В результате направленных взрывов образовалась селезащитная плотина высотой 63 метра, как было предусмотрено проектом. Эта плотина выдержала селевой поток громадной силы, который прошел в 1973 году. Объем этого грязекаменного потока был около пяти с половиной миллионов кубометров.

После случившегося правительство решило тем же методом в темпе построить и увеличить высоту плотины. Эта работа тоже была проделана в срок и нормально, ничего плохого не случилось. Раз и навсегда город теперь спасен от угрозы селевых потоков плотиной высотой более 90 метров. Она является теперь главной достопримечательностью Алматы.

Этим повествованием о строительстве селезащитной плотины я хочу подчеркнуть, как Димаш Ахмедович работал с людьми независимо от возраста и пола на абсолютном доверии. Это качество человека всегда считалось редким и ценным.

Ко всем подчиненным, или же своим соратникам относился гуманно, заботливо. Сам он был человеком честным, ценил людей честных, скромных и дисциплинированных в работе и в жизни, старался им помочь и беречь их. Я вспоминаю о Димеке как о человеке, о старшем товарище, о руководителе. Димаша Ахмедовича народ уважал, любил за его человечность, гуманность, за мягкий характер.

РАБОТА В ОБЛИСПОЛКОМЕ

Идею Хрущева Н.С. о делении партии на местах на промышленную и сельскохозяйственную стали претворять в жизнь. Сначала Россия, за ней все другие республики. Мы все это не очень понимали.

До нас дошел слух, что Молотов воспротивился разделению партии на сельскую и промышленную, и он до этого был против создания совнархозов.

В третью декаду ноября 1962 года меня вызвали на бюро ЦК и с ходу предложили новую работу. При этом сказали, что буду работать председателем Алма-Атинского промышленного областного совета депутатов (облисполкома). Что у меня достаточный опыт, пора на самостоятельную работу. Я с радостью дала согласие. Затем поехала в Москву в ЦК на утверждение. 

После празднования Нового 1963 года с 12 января я приступила к работе. Пришлось начать с размещения помещений и штатного расписания. Затем подбора кадров. Все это пришлось проводить в темпе. Поехала по районам (их 17), городам Уш-Тобе, Талды-Курган, Текели, по промышленным предприятиям для ознакомления. У меня сложились первые впечатления о предстоящем для нас объеме работы.

Прошли выборы в Верховный Совет республики VI созыва, где была избрана по Илийскому избирательному округу депутатом Верховного Совета КазССР. Состоялся XII съезд компартии Казахстана, где избрали кандидатом в члены ЦК КПК.

В 1963 году природа сыграла злую шутку — повсеместно в стране и у нас была засуха. В тот год пекли серый «забайкальский» хлеб — эрзац. Чего только не вмешивали в муку. Урожай был скудный.

Чтобы не поедали хлеба, с семей выгоняли кошек, собак, частично запретили содержание скота. На местах по решению исполкомов больным людям желудком (по справке врача) выдавали немного манки, гречневой крупы. В магазинах муку продавали не более 5 килограммов. За нарушение судили.

Я помню, из командировки в Москву своим детям привозила из гостиницы белые батоны, отстояв очередь. Видимо, мы во главе с Хрущевым сильно расхвастались своими целинными миллиардами пудов хлеба, продавали за рубеж, не оставляя себе хотя бы годичного запаса. Старшее поколение об этом помнит. Бывает досадно, когда сейчас на улицах видим брошенный хлеб у дорог, в скверах. Позор!

Однажды, в газете «Егемен Қазакстан» за 2003 год я прочитала статью «Бір үзім нан, кешіре гор, асылым!>>. Она произвела на меня сильное впечатление, возвратила в далекое прошлое, в полуголодное детство и студенчество. Автор статьи, видимо, немолодой человек, судя по повествованию, Узакбай Таласбайулы написал в назидание нынешним молодым людям, у которых с кармана вылезают наружу лишние тенге.

В облисполкоме в повестке дня работы было много. Первым вопросом было строительство Капчагайской ГЭС на реке Или. В октябре 1959 на сессии Верховного Совета СССР я в своем выступлении попросила о строительстве Капчагайской ГЭС, так как Алма-Атинский регион испытывал большой дефицит электроэнергии. Еще просила, чтобы Ермаковскую ГРЭС включили в титул строительства будущего года. Все наши постановочные вопросы были приняты.

Итак, я столкнулась со строительством Капчагая, с очисткой его зоны затопления. Все эти вопросы я себе хорошо представляла по опыту работы с Бухтарминской ГЭС. Здесь же работы было больше. ГЭС должен был строить опять же Инюшин. До затопления морем надо было успеть перебазировать все имеющиеся хозяйства колхозов, совхозов, промышленных предприятий на новые места.

Особенно подпадали перебазированию поселок Или со всем хозяйством, жилье, объекты социально-культурного назначения. Это железнодорожный мост, автомобильная дорога, контора связи, школа, баня, объекты бытового обслуживания и многое другое.

По своему рельефу поселок Или находился на самой низкой точке. То есть первое затопление должно было начаться именно с него. Отсюда весь объем работы для области, для республики по перебазированию был абсолютно ясен. Для себя трудных, неразрешимых вопросов не видела, разве что кроме ассигнований со стороны союзного министерства энергетики.

Министр энергетики Новиков все время откладывал финансирование по перебазированию объектов еще до разделения области на промышленную и сельскохозяйственную зоны. Мы столкнулись перед фактом отсутствия финансирования. Поджимали сроки. Поэтому, облисполкому пришлось выделить средства из своего скудного фонда по жилью, как бы «взаймы», с тем, чтобы потом их Минэнерго СССР восполнило бы.

Собственно ГЭС построил Инюшин после завершения строительства Бухтарминской ГЭС. Со всем своим хозяйством, техникой и кадрами строителей перебазировался в Капчагай. В первую очередь, для рабочих была построена одноэтажная часть жилого массива, потом многоэтажная, а также отдельные объекты социальнокультурного назначения.

Начальником гражданского строительства Капчагайской ГЭС был Вайнруб Евсей Григорьевич, он же бывший главный строитель всех каскадов Алма-Атинской ГЭС. Они небольшой мощности, но вначале снабжали город и близлежащие населенные пункты и хозяйства. Мы с ним вдвоем выехали на место будущего строительства, разложив на землю Генеральный план будущего города Капчагая и план зеркала будущего моря.

Сориентировавшись, забили первый колышек на песке местности «Шошкалы сай». Это была крайняя точка будущего моря, отсюда пошла граница города Капчагая, граница гражданского строительства.

Первое время было трудновато со стройматериалом: кирпичом, цементом, щебнем, сейсмоарматурой, известью. Постепенно все наладилось.

За всеми этими вопросами облисполком, отдел капитального строительства вели строгий постоянный контроль, часто рассматривали на заседаниях и выезжали на место стройки. ГЭС сдали в эксплуатацию в 1967 году. Я уже работала министром социального обеспечения. Меня «забыли» пригласить на сдачу ГЭС, Позже министр энергетики республики Батуров извинялся. Я ответила: «Бывает».

Весной 1963 года оба облисполкома (промышленный и сельский) активно занимались восстановлением заброшенных после войны рисовых полей, рисовых чеков. Для этого мобилизовали всю технику в областях. Создавались новые рисосеющие хозяйства в новом Куртинском районе, совхозы.в Балхашском районе и в других.

Несмотря на неурожай в зерновых районах области, в рисосеющих хозяйствах на радость был отменный урожай риса, даже кукуруза была хорошая.

Все горнодобывающие предприятия Текелийского комбината (это рудники в самом Текели, Коксуйский рудник) работали рентабельно. После геологов, завершения ими разведывательных работ в повестке дня встал вопрос о начале разработки Ала-Кульских бурых углей. Здесь утвержденные запасы углей составили более 50 миллионов тонн. Я съездила на место, и все посмотрела своими глазами. Это месторождение рядом с заставой, дорогой «Дружба» и со станцией «Дружба». Тогда станция после XX съезда была заколочена. Это было после некоторого «холодка» со стороны Китая к нам.

По территории месторождения меня сопровождал сам начальник заставы. Меня заинтересовал этот уголь. По приезде доложила в Совете Министров, ЦК партии, Госплане. В те времена из-за отсутствия средств для разработки этого месторождения, все откладывалось.

С тех пор прошло много времени, наконец, взялись добывать этот дешевый уголь. Его потребляют теперь на местные нужды. Отказались от дорогих карагандинских и кузбасских углей.

Два облисполкома при всех обстоятельствах работали дружно, согласованно между собой. Председатель сельского облисполкома Ж.Балапанов, хороший сельскохозяйственник. Мы работали вместе и в сезон весеннего сева, уборки урожая, сезон окота овец, их стрижки и договаривались по тем или иным вопросам.

Я, бывало, специально ездила по пунктам стрижки овец. В те годы в республике придавалось большое значение объему и качеству овечьей шерсти. В области этой шерсти было много, потребителей тоже — Уш-Тобинский, Талгарский кошмоваляльные комбинаты. Хозяйства брали социалистические обязательства сдавать государству только высококачественную шерсть и овечью шкурку. Организовывали соревнования по стрижке овец.

Мы внедряли метод стрижки по австралийской методике — это на скорость стрижки. Буквально, бывало, за три-четыре минуты с одной овцы настригали шесть килограммов тонкорунной, полутонкорунной шерсти. Не менее важный показатель овечьей шкурки — кожа после обработки на кожевенных заводах. Если кожа низкого качества (дырки на коже от клещей), значит, плохо боролись с клещами, плохо прошло купание овец. Уже снижалась сортность шкурки. Такая шкурка и кожа на высококачественные изделия не шла.

В Алма-Атинской области было много скота и овец. Когда их сдавали на забой в Алма-Атинский мясокомбинат, то при длительном ожидании забоя, скотина теряла в весе. После забоя, мясо вместо высшего сорта оказывалась первого, второго сортов. Дело в том, что Алма-Атинский мясокомбинат не успевал, не хватало его мощности. Был построен современный мощный мясокомбинат в городе Уш-Тобе с большой сметной стоимостью.

Правда, сейчас он стоит со времени «перестройки», неизвестна его дальнейшая судьба. Хочется отметить, что со строительством этого комбината в городах Уш-Тобе и Талды-Кургане была проведена канализация. Мне приходилось много раз приезжать, пока строители не закончили этот комбинат с его сложной инженерной коммуникацией.

В годы моей работы в облисполкоме председателями горсоветов городов были: Уш-Тобе — Нам, Талды-Кургана — Шевляков, Текели — Саммель. Все они работали хорошо, с энтузиазмом. Благоустраивали свои города, следили за чистотой, следя за санитарным состоянием. При этом на эти мероприятия у них было совсем мало средств. Они умели находить общий язык с руководителями предприятий, хозяйств. При этом пользовались у населения уважением и доверием.

Когда я работала в Совете Министров, в соответствии с решением правительства, было организовано социалистическое соревнование по республике за благоустройство городов. Тогда первое место получил г. Кен-Tay. Итоги подводились поквартально, с денежной премией. Председателем горисполкома был Жанарыстанов. Кен-Tay тогда стал чистым зеленым уютным городом, со всеми необходимыми культурными, спортивными и бытовыми объектами.

В соревновании по качеству хлеба первое место заняла Кзыл-Орда. Они гордились качеством своего хлеба.

В бытность работы в облисполкоме, мы часто получали копии записок под грифом «Совершенно секретно!» за подписью Хрущева Н.С., которые он адресовал в бюро ЦК КПСС. Эти записки, в основном, касались вопросов сельского хозяйства. Например, записки были о создании различных новых сельскохозяйственных организаций, главков, типа «Главкартофель», «Главкукуруза» и др., и мы не успевали это осмыслить. Получая следующую записку, мы смеялись и говорили, что осталось создать «Главморковь» и «Главлук».

Главным заключением было решение бюро ЦК КПСС о ликвидации колхозов и на их месте создавать совхозы. В результате в Казахстане из существующих 2500 колхозов остались несколько сот. Это решение, вызвало в нашей области определенные трудности. Они были связаны со строительством жилья, школ, детских учреждений, пекарен, магазинов, кинотеатров и многих других объектов для жизнедеятельности новых рабочих совхозов, этих вчерашних колхозников.

Все эти преобразования создавали дополнительные трудности в строительстве, при огромном дефиците в финансировании и строительных материалах. Нам часто приходилось выезжать к месту строительства того или иного объекта с тем, чтобы ускорить ход строительства и ввод в эксплуатацию. Я ездила на ГАЗ-69, часто по бездорожью, с райцентра по хозяйствам, а там внутри хозяйства, с одного объекта на другой. Далее с одного района в другой. Там то же самое. В одной подобной командировке я проездила в течении 8-9 дней более 3 тысяч километров. Таким образом, я заболела, но приходилось всегда бывать на работе.