Евразийская миссия Нурсултана Назарбаева — Дугин Александр – Страница 23

Виталий Третьяков: Мы постепенно подходим к концу нашей передачи, и я хочу всё-таки поставить два определённых, жёстких вопроса. Меня смущало некое единомыслие, которое здесь царило, но второе, что меня смущало, - Александр Сергеевич здесь отчасти меня поддержал, да и Алексей Михайлович, когда он говорил о смысле евразийского союза, - вот эта экономическая основа. Да, она была в Европейском союзе и первоначально была очень сильна, вроде над этим надстраивалось всё. Был определённый прагматизм в том, чтобы не допустить войны на этой территории. Но когда всё сложилось, расцвела экономика, появился комфорт практически во всех странах Европы, на территории самой Европы военных конфликтов не было, больше того, отпал Советский Союз как некий потенциальный агрессор, который нависал над Европой. Одна-две серьёзных международных коллизии, и вот Ирак сейчас. Раскололи Европу при единстве в экономических интересах. Откуда убеждённость в том, что ЕврАзЭС, евразийский союз, сложенный на этих прагматических основах - когда население действительно будет лучше жить - не расколется при наличии какой-то геополитической альтернативы? По отношению к Ирану, например. Ирак немножко далековат

от этих территорий, а Иран ближе гораздо. Если, допустим, американцы то же самое захотят сделать по отношению к Ирану, то всё это экономическое единство интересов может расколоться моментально. Мой первый вопрос -насколько прочна эта экономическая база и долговременна? И второй - относительно активных действий американцев, которые будут проводить свою игру на всём этом пространстве.

Александр Дугин: Мне кажется, что касается Европы, то её рано хоронить. На самом деле нынешняя европейская интеграция в лице оптимального сближения Франции и Германии задала совершенно невероятный ритм становлению Европы самостоятельным, независимым от США геополитическим субъектом. И США, конечно, пытаются воздействовать на своих наиболее приверженных союзников на европейском пространстве для того, чтобы этой интеграции не допустить. Но мне кажется, что это ещё далеко не развал Европейского Союза, наоборот, это ускоренный процесс интеграции.

Я хочу подчеркнуть, что в странах евразийского пространства на постсоветском пространстве влияние американских элит гораздо более слабое, чем в Европе. Мы гораздо ближе друг к другу и если не считать эксцессов суверенности, и неких почти фрондирующих политических элит, ставящих на национализм на постсоветском пространстве, в том числе и в самой Российской Федерации, и испытываем гораздо меньшее влияние США. Нас сближает история, века. Наше единство пошатнулось недавно, и то не до конца нарушилось, и никто ещё таких фундаментальных клиньев вбить не успел, в то время как Европа жила в постоянных междуусобных конфликтах. И тем не менее, Франция и Германия, извечные враги, умудряются между собой найти консенсус и объединяются. Это залог объединения Европы.

ЕврАзЭС и постсоветское пространство на евразийской основе имеют все шансы плотно и фундаментально объединиться, поскольку у нас общие стратегические интересы и единство судьбы. Более того, мне кажется, важ-

нейшим залогом прочности такого объединения является тот факт, что евразийский союз решает все этнические проблемы, в том числе проблемы русских в Казахстане или, скажем, казахов в России, или азербайджанцев в России. Махом, одним ходом, одним жестом, без всяких депортаций, без всяких межэтнических трений, без всяких столкновений и конфликтов мы решаем сложнейшие проблемы о наличии миллионов наших соотечественников, разных, которые оказались в России в состоянии диаспор и страдают от этой национально-государственной модели, в которой они оказались, в том числе от российской.

На мой взгляд, Евразийский Союз - это идеальное решение не только экономических вопросов, но и социальных, как уважаемый профессор Панарин сказал, и этнических, а этнические проблемы - это вызов всей современной цивилизации. Поэтому, столько много плюсов, столько много фундаментальных аргументов в пользу евразийского союза, столько проблем решается одновременно, путем достаточно естественного, логичного, демократического шага, что, мне кажется, вбить клин в это будет очень сложно.

Нурсултан Назарбаев: Хочу добавить только одно предложение, Александр Гельевич, к тому, что вы сказали. Недавно я был в Италии, а перед этим был в Греции, и ещё раз убедился, что, когда они принимают кого-то в Европейский союз - слабых подтягивают. Сегодня Россия и Казахстан имеют финансовые возможности для того, чтобы самим кредитовать слабых членов, поднимать, подтягивать их. Этим я просто хочу ещё раз подтвердить, насколько такое объединение с любой стороны выгодно. Евразийский Союз альтернативы не имеет.

Чингиз Айтматов: Я думаю, что здесь разговор идет все шире и шире, захватывая всё новые и новые сферы нашей современной жизни во всех её аспектах, и это говорит о том, что Евразийский Союз как таковой необходим. Можно до утра рассуждать об этом, и задачи, проблемы будут возникать одна за другой, поэтому наша встреча, когда небольшой круг людей пытается

осмыслить эту громадную задачу, и то, что среди нас сидит человек - автор этой идеи, ещё больше нас сближает в том плане, что необходимо это действительно претворять в жизнь. И, пожалуйста, не смущайтесь, что мы находим общий язык^

И здесь я хочу выделить один аспект: историческая, геополитическая миссия России уже определена, и как бы мы ни спорили, кто бы и как бы ни пытался это иначе взвесить, Россия является центрообразующим фактором на данном этапе истории всей нашей общей судьбы. Россия не может избежать этого, это уже сложилось. У меня лично понимание Евразии - это то, что пролегает от нашей Центральной Азии к России, ближайший к нам Запад, и на Восток вплоть до Китая. Китай - это отдельный материк, это планета, она живёт сама по себе, Индия тем более.

Ведь Евросоюз не возник сразу вот такой, готовенький, это процесс самосовершенствования. Да везде и всюду идёт совершенствование и самосовершенствование, и то, что какие-то небольшие разногласия появились сейчас, на фоне Ирака, это преодолимо, это всё переживётся, а Евросоюз как был, так и остаётся глобальной основой современного миропорядка. Поэтому в отношении России мы все это должны иметь в виду. Тут много, конечно, есть разных аспектов, и экономических, и социальных, и торговых взаимоотношений. То есть экономика - это само собой, без хлеба жить никто не будет, грубо говоря, но помимо этого надо думать, что Россия должна, и это неизбежно, ей никуда не деться, взять на себя эту великую, благородную, историческую миссию.

И, кроме того, я хотел бы ещё подчеркнуть - вы сказали, что сюда входит фактор русского языка. Это, кстати, наше историческое преимущество, в Европе нет такого языка, общего для всех. Там каждый язык сам по себе: итальянский, немецкий, французский - они должны общаться взаимопере-водами. У нас уже освоено это, не будем терять этот дар истории, и я с вами полностью согласен, это преимущество, которое будет нам служить в созидании Евразийского союза.

И последнее. Вы упомянули о пантюркизме, нет такого, с моей точки зрения, какого-то особого, уже сложившегося и действующего, противостоящего чему-то, кому-то пантюркизма. Есть культурные сближения, это само по себе, и они будут. Ничего такого отталкивающего, разрушающего я в этом не вижу. И будут, конечно, свои противоречия, будут трудности, будут согласия, несогласия - это всё предстоит, но сама идея, уже высказанная, сформулированная, поданная, обоснованная - она должна служить нам всем, вместе взятым. Евразийский союз - это тот корабль, на палубе которого мы все должны расположиться.

Евгений Волк: Отвечая на вопрос Виталия Товиевича, мне бы хотелось заметить, что политические, интеграционные процессы во внешней политике ЕЭС начались значительно позже, чем началась попытка создать какие-то экономические процессы.

Виталий Третьяков: Я хотел сказать, была та идея, как Алексей Иванович говорил, чтобы вновь не развязалась война, и в частности - погасить противоречия между Францией и Германией.

Евгений Волк: Механизм НАТО для этого существовал, и европейское объединение угля и стали, которое возникло первым, решало главным образом экономические вопросы. ЕЭС возник в 1957 году, когда вопрос о войне с Германией был уже практически снят.

Мне хотелось бы ответить на ваш вопрос о том, возможен ли раскол на почве евразийства. На мой взгляд, - да. Дело в том, что сейчас, если мы видим какие-то общие моменты в области экономики, - таможенный союз, о котором говорил господин Назарбаев, - то во внешней политике ситуация гораздо более аморфная. Я даже не касаюсь Ирана или Ирака, позиции по которым сейчас расходятся во многих странах, входящих в СНГ. Возьмём даже один острый вопрос - Чечня. Настолько ли среди наших партнёров по евразийскому союзу - и в более широком контексте, СНГ - единое отношение к этому вопросу, и настолько ли они едины в поддержке позиции России? В данном случае я говорю об об-

щественном мнении, о настроениях элит, и здесь много вопросов, на которые, на мой взгляд, пока нет ответов.

Алексей Салмин: Я постараюсь ответить на этот вопрос, это моя точка зрения. Тут, на мой взгляд, политические, в каком-то смысле, геополитические интересы превалируют, потому что европейское объединение угля и стали рассматривалось как этап на пути создания будущего, а до этого был план Моне. Что касается Европы, то, если вы заметили, я осторожный оптимист, сдержанный оптимист, но всё-таки оптимист. Так вот ваш аргумент, Виталий Товиевич, по поводу Европейского союза, скорее работает на ЕврАзЭС, на идею Евразийского Союза, как ни странно сравнение.

Ну, во-первых, Европа не распалась, причём не распалась в крайне неблагоприятных условиях, учитывая и обстоятельства возникновения европейского объединения и обстоятельства его существования. Всё это происходило в поле мощного тяготения Соединённых Штатов, внешне вынесенной силы. Ведь на самом деле Европа - это не только Европейский союз, это ещё и НАТО. А в НАТО входят и Соединённые Штаты, и, в общем, понятно, какую они роль там играют. Евразийский союз тоже ведь нельзя сводить к ЕврАзЭС, существует ДКБ ещё, договор о коллективной безопасности, который некоторым образом всё-таки действует. Здесь есть определённый прогресс по сравнению с СНГ, скажем, определённый шаг вперёд. Всё ведь в динамике, система эта напоминает плавильный котёл, всё постоянно меняется, меняется агрегатное состояние Европейского союза, евразийского союза, и, вот чтобы сохранить эту динамику, - которая очевидно есть в ЕврАзЭС, прослеживается её потенциал в ДКБ, - необходимо очень аккуратно выстраивать эти отношения, при том, что действительно Европа сохраняется, несмотря на особые отношения с Великобританией, Соединёнными Штатами и так далее. Здесь, слава Богу, этой проблемы нет. Нет в фундаменте, а значит, фундамент действительно существует.

Виталий Третьяков: Мы должны заканчивать уже, и прежде, чем я задам последний вопрос, может быть, кто-то хочет ещё что-то добавить.

Александр Панарин: Я возвращаюсь к этой идее, что надо почаще привлекать чисто гуманитарные понятия. Здесь упомянули об американской войне против Ирака. Здесь, мне кажется, сразу же возникает один гуманитарный вопрос. Американцев подвела одна идентичность. Они, начиная с неоконсервативной волны, то есть с середины 70-х - 80-х годов, идентифицируют себя как государство правых, государство тех самых рыночников, которые против социальных государств, за естественный рыночный отбор и так далее. Вот это государство правых сегодня всё чаще идентифицируется во многих регионах мира - я, к примеру, разговаривал с ближневосточными мусульманами - как государство, возглавившее мировую глобальную войну богатых против бедных. Вот как идентифицируются США в глазах очень многих людей на мусульманской периферии мира и так далее.

И вот с этой точки зрения Евразии тоже надо определиться, а именно - относительно глобальной поляризации богатого Севера и бедного Юга. Мы говорим: Евразия одинока, евразийская идея не очень популярна, - но я думаю, что, если евразийцы определятся по отношению к этой глобальной поляризации, если они заявят, что мы против войны богатых с бедными, и в частности, проявят свою солидарность с Ираком, с Ираном, с Северной Кореей - безотносительно к политическому строю этих стран - и вот когда мы себя заявим так, у России в мире будет очень много больших друзей. Это будет большинство. Врагов будет меньшинство. А о качестве этого противостояния мы будем говорить так: когда американцы говорят, что нефть - это главный ресурс, они забывают, что ненависть сотен миллионов арабов - это тоже стратегический ресурс, которым американцы пренебрегают. Это тот ресурс, который скажется почище нефти.

Александр Дугин: Я полностью согласен с идеей о том, что Евразийский Союз должен быть социальным союзом, социально ориентированным. Это должна быть конфедерация всеобщего благоденствия, ни в коем случае не либеральная. Но при этом, на мой взгляд, усердствовать в жёстком позиционировании себя на международной арене нам как раз и не стоит. Давайте предоставим Европе возможность спорить, а Россия будет Россией. Мы уже так долго были на переднем рубеже противостояния, что мне кажется, нам надо больше говорить об экономических интересах, о демократии. И в данном случае, я полагаю, что евразийская демократия, принцип прав народов в объединённой Евразии, а также экономические выгоды должны быть поставлены перед нашей гуманитарной миссией. Наша гуманитарная миссия, наше предопределение, наша судьба никуда от нас не уйдёт. Она вписана в нашу кровь, в нашу плоть, в нашу историю. Я боюсь, что все вновь ожидают от нас того, что мы сейчас опять утвердим некий мессианский проект. Мне же кажется, что сейчас такое время, когда это надо отложить и больше говорить о прагматических задачах и о демократии.

Мы должны в рамках этого евразийского союза продемонстрировать некий образец демократии, продемонстрировать соблюдение прав народов, продемонстрировать всю корректность правовых процедур. Сейчас и без нас есть масса претендентов, которые хотят бросить Америке вызов. Я считаю, что это совершенно справедливый вызов. Но евразийский союз, даже если он будет лишь молчаливо согласен с этим, он будет со своей молчаливой позицией гораздо больше пользы приносить, нежели в том случае, если мы опять начнём занимать первые, баррикадные позиции.

Сейчас Европа, арабский мир, Китай, Северная Корея, Иран, Ирак -стоят в этой антиглобалистской борьбе на первых позициях. И замечательно. А нам, как мне кажется, в данном случае надо быть прагматиками: создадим Евразийский Союз, укрепим нашу мощь, экономическую,

военную, культурную, социальную, создадим государство благоденствия, процветания, тогда скажем своё веское, может быть, самое решающее слово в этом вопросе.

Виталий Третьяков: Я задаю последний вопрос, тоже для короткого ответа каждого, чтобы подвести не столько итоги, сколько чтобы каждый акцентировал свою позицию. Но перед этим хочу сказать несколько слов. Всё-та-ки, мне кажется, - Нурсултан Абишевич, извините, но мы с вами давно знакомы, - вы как президент всё-таки давите, не физически, а несколько ментально на всех здесь. Дело в том, что можно скрывать свои позиции от кого угодно, от самих себя, но это рано или поздно заметят другие и непременно заметят. Укрепляя общую экономику, налаживая, возрождая общие социально-культурные связи, тем более, языковые, - Александр Гельевич уже даже к военной компоненте перешёл, и не случайно здесь был упомянут Договор о Коллективной Безопасности, - неужели мы думаем, что объединённая Европа, или Китай, или Соединённые Штаты Америки будутсмотреть на это и не будут думать, что вновь складывается могучий геополитический субъект, который может противостоять Китаю, той же самой объединённой Европе, самим США. Неужели они так благодушно будут наблюдать, как здесь люди хорошо живут, создают государства социального благоденствия в довольно-таки небогатых странах. Нурсултан Назарбаев - президент, он имеет официальный статус, и не может раскрывать все свои тайны, и я надеюсь, что у него есть какие-то ещё вторые, третьи мысли на сей счёт.

Мой финальный вопрос. Я принимаю логику, которой здесь в основном все руководствовались, ну, допустим, нечто созрело, некий смысл, и вот это евразийское единство действительно возрождается. При всех разногласиях внутри Европейского Союза, всё-таки как единый геополитический субъект он уже начинает действовать. И не за горами единая конституция, реальный единый парламент, возможно европейское правительство, и, может быть, даже президент. Мы начинали с другой точки старта и развиваемся, интег-

рируемся в несколько более короткие сроки, так получается. Когда, на ваш взгляд, - если евразийский союз будет складываться по этой модели, - он станет чем-то реально напоминающим хотя бы нынешний Европейский союз, сформируется как консолидированная структура? Через год, через три, через пять, через двадцать пять, через сто двадцать пять? Успеет ли он принять участие в обозримом будущем?

Чингиз Айтматов: Если будет стабильность, если будет пока всё, как есть, ну, я думаю, к десятому году уже будет...

Виталий Третьяков: Довольно быстро. Хотелось бы ещё быстрей. Единый президент, парламент.

Евгений Волк: Если судить по темпам интеграции в рамках европейского сообщества, то я думаю, этот процесс очень длительный, и при самом благоприятном раскладе это растянется на целое поколение, лет 35, 40, может быть, 50. И потом, я вспоминаю исторический разговор Ивана Петровича Павлова с Николаем Ивановичем Бухариным. Бухарин пытался Павлова убедить, как будет хорошо при коммунизме, и Павлов, было, уже согласился, но потом перебежал на другую сторону дороги и крикнул: "А вдруг всё будет наоборот?" Вы сегодня нарисовали идеальную модель евразийства, но мы пока не можем предугадать, какая будет реальная экономическая, политическая ситуация на этом пространстве, какие неожиданности мы можем встретить.

Виталий Третьяков: Если 35 лет, то наверное будет что-то иное.

Александр Панарин: Я думаю, что речь идёт о смене поколения элит. Я думаю, лет 20 всё-таки потребуется, для того чтобы ушли те элиты, которые слишком однозначно связали себя с атлантизмом, с проамериканской политикой в Евразии, которая работает как механизм, как субъект раскола в Евразии, с подачи атлантической идеи. Вот такие элиты должны уйти, и под напором народов они постепенно уйдут.

А во-вторых, должна смениться опять доминанта. 50 лет в Европе, и

вообще в мире, доминировала левая идея, со времён нового курса Рузвельта и до новой консервативной волны США в Европе. Около 50-ти лет. Сейчас доминирует правая идея. Правая идея для Евразии идея не объединительная, а разъединительная. Кстати, она такой оказалась и между США и Европой - на основе правой идеи консенсус сегодня не возник. И я думаю, что Евразия поднимется именно в левой фазе мирового цикла. То есть существует такая цикличность мирового политического процесса, и, в качестве аналогии, есть большие кондратьевские циклы в политике, как и в экономике. Левая фаза была 50 лет, наступила правая фаза, вот эта фаза в значительной мере разрушила евразийское пространство, и Советский Союз, и многое другое. Эта правая фаза бездарно растрачена, скомпрометирована, она кончится раньше, чем она могла бы существовать. И вот на гребне левой фазы мирового цикла поднимутся совершенно новые политики Евразии - носители социальной идеи, носители социального государства, носители социальной интеграции.

Александр Дугин: Я полагаю, что процесс объединения и создания Евразийского Союза - это то, что мы увидим при нашей жизни, при нашем поколении. Я полагаю, что какие-то политические процессы вообще на территории Евразии, на территории России, СНГ, проходят очень быстро, уже набирая какой-то совершенно невероятный ритм, очень много зависит одновременно и отличности. Сейчас, мне кажется, у нас удачная фаза. В России президент - патриот, который действительно болеет и переживает за судьбы государства и народа. Слава Богу, в Казахстане тоже Президент евразиец и изначальный основоположник этой тенденции - это уже немало. Мы видим, что многие руководители СНГ, в частности, в Киргизии Аскар Акаев -тоже сторонник евразийской интеграции. Вы знаете, это исторически счастливое обстоятельство, помноженное на объективные интересы и некие, скажем, социально-политические процессы в наших странах создают опти-

мально благоприятные условия для того, чтобы интеграционные процессы проходили в ускоренном режиме. Это примерно 50 лет, если двигаться по инерции. Но, учитывая благоприятную евразийскую конъюнктуру, сложившуюся сегодня на постсоветском пространстве, это может пройти, действительно, в течение десятка лет, как уважаемый Чингиз Айтматов сказал.

И кстати, я хотел обратить внимание, как легко определить, что такое евразийство. Вот кто такой Чингиз Айтматов? Он писатель чей? Советский классик? Киргизский, советский, русский? - Всё не то. Это великий евразийский гений. И вот когда говоришь, что такое евразийство - это Чингиз Айтматов. Классик евразийской литературы, евразийский гений. Всем всё становится понятно.

Виталий Третьяков: Но, к сожалению, на евразийском пространстве не всё общество состоит из Чингизов Айтматовых. Есть и другие...

Алексей Салмин: Я принципиально отказываюсь отвечать на вопросы о сроках, все прогнозы, которые давались в 40-х, 50-х годах, - тогда они делались в отношении будущего Европейского экономического союза, - оказались, в общем-то, иррелевантными по большому счёту. Мы сейчас открыты всем ветрам, ничто ещё не предопределило версии автоматического развития союза по-настоящему в том плане, в каком нужно оценивать план Назарбаева, по аналогии с планом Ж. Моне. Ничего ещё не предопределено, не гарантировано, всё может пойти в другом направлении. Но если есть воля, если будет воля, если будут выполнены два условия, первое - это объяснение самим себе смысла вот этого объединения, и второе - демонстрация некоего обоснования этого союза нынешнему миру, - вот тогда, действительно, процесс может пойти даже быстрее, чем мы этого сегодня ожидаем.

Когда вы сказали, что, возможно, против этого союза выступят внешние силы, я подумал, что такая возможность совершенно реальна. Вот для того, чтобы этому противостоять, надо, во-первых, действительно обладать волей и мужеством, и предоставить некие аргументы этим силам, которые нагляд-

но продемонстрировали бы, что этот союз и в их интересах тоже. В конце концов, тот же договор о коллективной безопасности не вызывает никаких особых возражений не только потому, что он не так эффективен, как хотелось бы, но, в частности, потому что он выгоден тем же США.

Виталий Третьяков: Когда можно будет сказать, взяв евразийский проект 1994 года, - вот, всё, что намечалось, наконец-то выполнено?

Нурсултан Назарбаев: Хотелось бы дожить до этого момента, но, философски рассуждая, можно сказать, что всё может быть, и ни от чего мы не застрахованы. Во-первых, я считаю, что нам надо сохранить СНГ хотя бы таким, какой он есть. Пусть его называют клубом президентов, местом встреч, и т.д. Это очень полезно, когда главы государств с глазу на глаз снимают какие-то нарастающие конфликтные моменты, свидетелем которых я был.

В СНГ тоже участвуют ассоциированные члены - один подписывает документы, другой не подписывает - это мы тоже знаем. Однако, всё равно, это образование позволило нам мирно разойтись и сохранить отношения глав государств, а значит решать вопросы.

Были и недовольные, вроде меня, теми процессами, которые проходили внутри СНГ. И я знал, что есть лидеры государств, которые готовы к более тесному объединению, нежели СНГ. И я предложил всем желающим, тогда это было четыре государства - Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизстан, более тесную интеграцию в рамках ЕврАзЭС. Потом попросился, в момент гражданской войны, Таджикистан. Мы знали, что интеграция с этим государством очень сложная, там экономика была развалена по объективным причинам, войной, и политическая нестабильность присутствовала, но мы его тоже взяли. Экономики Таджикистана и Киргизстана очень слабые. Объективно, исторически так сложилось - нет ресурсов, нет предприятий, нет работы и так далее. Слабость эта, конечно, нам препятствует.

Я знаю, что сейчас Белоруссия активно взялась за реформы своей экономики. Если так, то дай Бог, чтобы они реформировали свою экономику, и

Введение. Память огня

подтянули к уровню России и Казахстана. Нам тогда легче будет объединиться. Поэтому, давайте мы не будем предопределять сроки, а давайте будем работать в этом направлении - неустанно, каждый день.

Что касается внешних угроз, и угроз вовне, то я согласен с господином Дугиным в том, что от ЕврАзЭС должно исходить демократическое будущее - свободы и права народов. Мы должны показать, что мы никому не угрожаем, мы идём в мировое сообщество, в цивилизованный мир, как все. И у нас есть свои интересы - уважайте их, пожалуйста. Я думаю, в этом случае, не угрожать и разваливать нас будут, а захотят с нами сотрудничать, торговать. Вы посмотрите на карту: какое пространство, какие богатства^ Да ни у кого неттаких земельных ресурсов, таких ресурсов минерального сырья, в том числе энергоносителей, таких образованных людей, как у нас. Ни у кого неттаких кадров подготовленных. У нас есть большие преимущества, поэтому давайте не будем предопределять, в каком году мы добьёмся окончательного успеха - я вытащу бумагу и скажу: вот, я победил и так далее... И потом не надо мне приписывать авторство. Я это предвидел, потому как был прагматический подход-я хотел объединить тех, кто хотел объединиться. И я могу даже больше сказать: я уже несколько лет председатель ЕврАзЭС, бьюсь, работаю, занимаюсь объединением, и вот во время последней встречи с российским президентом я ему предложил: давайте создадим единое экономическое пространство России и Казахстана. Никого трогать не будем. Но только всех друзей предупредим, что внешняя граница у нас будет общая, таможня общая. Идентифицируем всё внутри, откроем внутренние границы, тарифы будут одинаковые, все, какие есть - и начнём работать. И покажем остальным через год - смотрите, что такое свобода, открытость и честность. Я на это иду, не разрушая идеи евразийского союза, но ради того, чтобы показать все преимущества. Я привержен этой идее. Убеждён просто, что такое сотрудничество выгодно всем. Я даже иногда не понимаю, когда сам с собой рассуждаю, почему активно не поддерживают такую замеча-

тельную идею. Ну, первое время, понятно, была имперская Россия, Советская, потом, когда СССР распался, какие-то депутаты, политики выступали, что, мол, вот, это возврат к советскому, имперскому прошлому и т.д. Ну, те-перь-то это уже несерьёзно. Теперь уже, прожив в условиях независимости двенадцать лет, этот аргумент надо снимать. Тем более сейчас, когда в России другая ситуация, другой президент, искренне желающий процветания России. Но и он тоже осторожничает - как бы ему не сказали о том, что вот он пришёл во главу России и опять хочет что-то к России прихватить. Надеюсь, что когда следующее поколение придёт, наверное, не будет этого. Новое поколение уже будет свободно от этого, будет думать как-то по-другому, геополитически. Работать нам всем надо в этом направлении, денно и нощно, чтобы так случилось.

Виталий Третьяков: Спасибо. Когда мы говорили, и я, в частности, употреблял термин "план Назарбаева", конечно, не имелось в виду, что Нурсултан Абишевич единственный, кто до этого додумался. Просто из официальных лиц такого уровня, из президентов стран СНГ, тогда он был единственный, кто чётко это проартикулировал, и более того, создал текст, на основе которого можно было евразийский проект претворять в жизнь. Конечно, в этом смысле, евразийская идея, и даже не сто и не сто пятьдесят лет имеет под собой основу, а больше, вплоть до Золотой Орды можно вести преемственность. И я думаю, что из этой передачи кто-то всё-таки уловил этот смысл, смысл права на существование вот этого евразийского пространства, как чего-то более организованного, чем сейчас. Если это сложится. Посмотрим.

Список публикаций, использованных в книге

Часть 1

Евразийское время Нурсултана Назарбаева

А. Дугин "Евразийское время Нурсултана Назарбаева". Газета "Евразийское Обозрение", №2,10 августа 2001 г.

А. Дугин "Грани Большого Проекта". Газета "Казахстанская правда", №64 (24374), 30 марта 2004 г.

А. Дугин "Путин и Назарбаев стоят на евразийских позициях". Экспертный интернет-портал "Kreml.org", 20 января 2004 г.

А. Дугин "Темпы развития казахстанского общества не могут не впечатлять". Экспертный интернет-портал "Kreml.org", 24 марта 2004 г.

А. Дугин "Я вижу миссию Назарбаева планетарной". Казахстанская газета "Страна и Мир", 17 октября 2003 г.

А. Дугин "Десять лет евразийскому вектору". Газета "Евразийское обозрение", №11,20 апреля 2004 г.

Часть 2

К новой федераци: интеграция постсоветского пространства

А. Дугин "СНГ - первый шаг большого пути". Доклад на заседании аналитического клуба "1 канала", 30 января 2003 г.

А. Дугин "Евразийская система безопасности". Опубликована с названием "Евразия будет сделана и делается уже", "Российская Газета", №120 (2988), 4 июля 2002 г.

А. Дугин "Шаг к многополярному миру". Журнал МИД РФ "Международная жизнь". Март 2003 г.

А. Дугин "Они зачали империю". Интернет портал "Политком.ги", 21 января 2004 г.

А. Дугин "Особый путь: Евразийская автаркия". Газета "Ведомости", 20 марта 2003 г.

А. Дугин "Новая экономическая империя". "Российская газета", 4 ноября 2003 г.

А. Дугин "Умножение на четыре". Газета "Труд", 27 сентября 2003 г.

А. Дугин ""Евразийский союз" как символ постиндустриальной геополитики". Опубликова

на с названием "Россия как демократическая империя". Газета "Известия", 31 мая 2003 г.

А. Дугин "Либерализм и империя: симбиоз или альтернативность?" Опубликована с названием "Мироустройство: Актуальность империи", газета "Ведомости", 16 октября 2003 г.

_{Часть 3}

Нерушимая ось: Москва-Астана

А. Дугин "Общность судьбы - евразийское решение". Выступление на круглом столе в "Пре-зидент-отеле", 14 мая 2003 г.

А. Дугин "Императив нашего объединения и сближения записан в саму географическую картину наших стран". Экспертный интернет-портал "Kreml.org", 30 января 2003 г.

А. Дугин "В странах СНГ будет теперь непрерывный "Год Евразии". Выступление на круглом столе в МГУ, март 2004 г.

А. Дугин "Казахстан и Россия - евразийский блок". Казахстанская интернет-газета "Навигатор", 23 октября 2001 г.

А. Дугин "Строительство евразийского союза - это не ожидание дождя". Опубликовано с названием "Народы Евразии хотят демократической империи", "Известия-Казахстан", № 77 (622), 30 апреля 2003 г.

Азимабай Гали против Александра Дугина. Фрагменты пресс-конференции в Алматы, сентябрь 2003 г.

"Восток-дело тонкое". Стенограмма программы "Материк" нателеканале ТВЦ, 10 июля 2003 г. А. Дугин "Евразийство, глобализм и судьба искусства". Казахстанская газета "Эпоха", 10 мая 2003 г.

Часть 4

Евразийство - взгляд в будущее

А. Дугин "Евроазиатская интеграция стран постсоветского пространства". Экспертный интернет-портал "Kreml.org", 16 ноября 2003 г.

А. Дугин "Мы все обречены на евразийство". Журнал "Евразия сегодня", ноябрь 2003 г.

А. Дугин "Эволюция евразийства: от истоков до современности". Опубликована с названием - "Уникальность евразийского подхода". Казахстанский информационно-аналитический журнал "Мир Евразии", июнь 2003 г.

А. Дугин "Евразийская идея в качественном пространстве". Выступление на "Евразийском форуме", Москва, 26 июля 2003 г.

А. Дугин "Евразийская полифония народов". Казахстанская интернет-газета "Навигатор", 20 апреля 2002 г.

"Будет ли создан евразийский союз?" Программа Виталия Третьякова "Что делать?", канал "Культура", май 2003 г.