Об отношениях в системе «государство — законодательство — раздел продукции»

Следует особо отметить, что настоящая научно-практическая кон­ференция главным образом сориентирована на рассмотрение и обсуж­дение вопросов, возникающих и могущих возникнуть в рамках систе­мы отношений «государство — законодательство — раздел продукции» в процессе проведения нефтяных операций на море. Это означает, что нас в данном случае интересуют не экономические, технические, технологические или техникогенные вопросы нефтяных операций, а интеллектуально-волевая сторона проведения нефтяных операций, а точнее, государственно-правовая заинтересованность в получении больше продукции — своей доли от нефтяных доходов. Постановка и рассмотрение проблемы нефти в контексте «государство — законода­тельство — раздел продукции» является по своим аспектам новыми, как сравнительно нова сама проблема освоения нефтяных залежей на морском пространстве республики. Между тем на мгновение нефть становится судьбоносным фактором, бурно растет ее освоение и до­быча. В республике задействовано уже около 200 нефтяных место­рождений. Среди них есть крупные, принадлежащие весьма опытным иностранным компаниям, вкладывающим крупные средства на ее освоение. Они пользуются льготными условиями и по удельному весу занимают доминантное положение, способное перерасти в командное положение. По мере осознания нами национальных интересов такое положение может стать потенциальным источником, провоцирующим конфликты от малых до более серьезных. Именно в такой обстановке значение системы «государство — законодательство — раздел продук­ции» многократно возрастет. Становится необходимостью, вместе с тем и искусством управления увязка трех важнейших элементов про­ведения нефтяных операций, а именно таких как государство, законо­дательство и доля доходов, которые всегда присутствуют и являются активно действующими в них началами, за которыми стоят инвесторы и власть, богатство и претензии на него.

Отношения в системе «государство — законодательство — раздел про­дукции» тем сложны, что в них нет единого бога — единого субъекта. В них играют и действуют много субъектов, много богов, разделенные на две большие группы, равные по правовому статусу как стороны конт­ракта, но не равные по «комплекции» — по прессинговым возможнос­тям во внутрисистемных отношениях. Более того, отношения в системе имеют многоуровневый характер, т. е. они действуют и решаются не только на верхних этажах вертикали власти и инвесторов, на уровнях национальных центров и регионов, но и охватывают национальные и наднациональные блоки законодательства и интересов. Все эти особен­ности и тонкости проблем, возникающих в системе «государство — за­конодательство — раздел продукции» должны подвергаться тщательно­му изучению и анализу в процессе реализации национальных интересов в нефтяных операциях. В этом деле огромна роль науки.

Наука должна играть базовую роль в государственной регламен­тации, в законодательстве и в обеспечении гармонии интересов госу­дарства и иностранных интересов в сфере нефтяных операций. Поло­жение в этой области таково, что в сфере недропользования вообще, а в нефтяном секторе в особенности, мягко говоря, практика намного обгоняет науку, вернее, мыслительные операции выполняют сугубо обслуживающую, будничную функцию. Между тем морские нефтя­ные операции создают и порождают намного больше и более сложные специфические проблемы, чем на суше. Ответы на них, в условиях отсутствия или слабости научных разработок, приходится искать в примирительных субъективных конструкциях.

Рациональное мышление, кроме как опережающее практику об­разы поведения, потребно и нужно в исследовании на веру «объяс­нимых» факторов. Возьмем такой пример. По одному из флагманов нефтедобычи на прикаспийском шельфе — по ТОО «Тенгизшевройль» оборот от реализации в 2002 году составил 411303 млн тенге, т. е. по сравнению с 2000 годом вырос в 1,3 раза, а уплаченные им госу­дарству суммарные налоги за этот промежуток времени составили 0,8 раза, т. е. уменьшились. Тут выдвигается масса причин и доводы, требующие не просто делового расчета, а основательного научного анализа «природы вещей». Этого-то не проводилось. Такой случай не единичен. ОАО «КражанбасМунай» за тот же период (2000-2002 гг.) увеличил реализацию в 1,9 раза, а уплачено им налогов в сопостав­лении только 1,2 раза. Имеются примеры другого плана — это соотно­шение по нефтяной компании «МангистауМунайГаз» составило 1,1 к 1,1 раза. Здесь открывается поле для более глубокой сопоставительной мотивации и объяснения истинных постулатов и причин, лежащих в основе выданных реальных результатов. Эти итоги могут быть объек­тивными и субъективными, но важно понять и осмыслить их, чтобы сделать контрактные отношения более ясными и прозрачными. Важно иметь в виду, что причины подобных явлений в большей части скрыт­ны. С точки зрения практической мысли они почти необъяснимы. Их мотивационная логика структурирована и может оказаться доступной познавательной научной мысли.

Научные разработки тем полезны и необходимы, что выполняют прогностическую, опережающую практику, функцию. На их основе заранее можно предугадать, предоставить возможные проблемные вопросы, которые могут возникнуть в таких важнейших сложных сферах, как нефтяные операции. Там, где творческая мысль не подни­мается выше практики, плетется в хвосте практики, еще хуже, всеце­ло или преимущественно занята решением ее проблемных вопросов в практической плоскости, не вдаваясь в их системные корни, может дать временные результаты — подобие решения. Это выглядит как за­полнение, заколачивание дыр и трещин, образовавшихся по ходу про­ведения нефтяных операций на их отдельных этапах. Они непременно скажутся отрицательно на последующих этапах.

О теории минимизации роли государства в нефтегазовом секторе

Это очень серьезный и большой вопрос, особенно для такой страны, как Казахстан, вступающий в ряды нефтяных держав, не имея своего опыта, да и в условиях переходного развития от советского социализма к капитализму. Формула о том, что роль государства и его органов ог­раничивается, суживается по мере капитализации производственной сферы, основанной на частной и корпоративной собственности — него­сударственной собственности, в общем-то, известна и выучена всеми. А что скрывается за этой формулой, где и на каком участке и пластах хозяйственной жизни в большей и в меньшей степени действует и про­является ее сила, а что происходит при этом с извечной исторической ролью государства как защитника и покровителя интересов общества и народа — все эти и другие связанные с ним вопросы во многом оста­ются для нас открытыми. Поиски их решений — задача и политиков, и практиков, и ученых. В этом деле полагаться на авось или куда выведет кривая опасно, а думать о том, что сама власть в одиночку справится с этой задачей без участия интеллектуальных сил общества, непрости­тельно опасно и еще более опасно пренебрегать столетним опытом других стран, не видеть необходимости освоения общечеловеческого опыта, именно освоения этого опыта, а не подражания ему. Вместе с тем мы-ученые и практики, вооруженные национальными идеями, не можем ждать наступления благоприятных дней для активизации на­шей деятельности в нефтегазовой отрасли, где решается по сути каж­додневно судьба страны и ее независимое развитие. В этом деле нужна организованность, и она так или иначе материализуется в функциях и деятельности государства и его компетентных органов. Процесс не может быть стихийным ремесленничеством. Поэтому к распростра­няемой теории о минимизации роли государства и тем более к его тотальной разновидности — об устранении вмешательства госорганов вообще в дела нефтегазового сектора экономики, следует относиться с умом и критически. В юридической науке республики, в ее цивилисти- ческом направлении, устанавливается и берет верх узкая установка о незыблемости договорных отношений в нефтегазовой отрасли и даже об их исключительности в определении взаимоотношений инвесторов — иностранцев и казахского государства, поскольку уполномоченные последнего подписывали многие нефтяные соглашения от имени са­мых высоких властных инстанций страны. Мы должны обсудить на конференции, насколько и в какой степени полезна и вредна такая, так сказать , «научная установка» с позиции интересов и мировоззрений судьбы нашего народа. Мы считаем, что в ведении государства и в ус­ловиях поощрения капиталистических форм хозяйствования имеется немало сил, резерва, форм и методов, достаточных для поддержания определенных путей, каналов для усиления регулятивной роли госу­дарства в самом активно-широком смысле. Минимизация роли госу­дарства в условиях капитализма, как мы полагаем, возможно, войдет в полную силу на развитом этапе капитализации общественной и политической жизни в той или другой стране. Однако в переходных государствах, таких как Казахстан и в других странах на пространс­тве бывшего Советского Союза, государство меняет и перестраивает старые методы управления и контроля в сфере экономики, и вместе с тем оно остается важнейшим регулятивным инструментом — орга­низацией общенационального масштаба. Это мы должны помнить и исходить из него как из основного постулата нашей деятельности.

В арсенале нефтедобывающих стран по государственной регламента­ции и законодательного урегулирования нефтяных операций, в которых преобладают или преобладали иностранные инвесторы и подрядные компании, имеются и получают распространение понятия «государствен­ное участие» в них, «государственно-управляемая нефтяная промыш­ленность», «государственная нефтяная корпорация» и другие, которые отражают, выражают роли и места государства в нефтяной отрасли. Го­сударство ни при каких условиях не может отказаться от своей конститу­ционной роли собственника нефтяного богатства, арендодателя и в силу этого от своей ответственности перед народом и обществом за разумную распорядительность ресурсами в их интересах. В этой сфере возможны и не исключаются крайние меры, если ситуация подводит к ним, не остав­ляя другие возможности регулирования нефтяных операций.