ГЛАВА III. НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ И ПРАВА АКАДЕМИИ НАУК КАЗССР КРУПНЫЙ ЦЕНТР ФИЛОСОФСКИХ И ПРАВОВЫХ НАУК НА ВОСТОКЕ СССР

3.1. Предыстория Института философии и права

Можно считать, что философской науки как таковой в Казахстане до середины 50-х годов не существовало. Насколько я знаю, не было ни одного доктора наук по философии. В Казахском педагогическом институте (в Алма-Ате) работал профессор Тимоско, и то с ученой сте­пью кандидата философских наук. Он вел занятия, методологические семинары по философии в Высшей партийной школе при ЦК Компар­тии Казахстана и для аспирантов Академии наук республики. Сектор философии, образованный в начале 50-х годов, не имел самостоятель­ного статуса. Он являлся одним из отделов Института истории Акаде­мии наук и имел только четыре штатные единицы, в том числе одного кандидата наук. В его исследовательском плане значилась одна тема: «Общественно-философская мысль в Казахстане во второй половине XIX и начале XX века».

Руководил ею К. Бейсембиев, который в научном плане был до­вольно продуктивен: в 1956 году он опубликовал монографию «Ми­ровоззрение Абая Кунанбаева», а через год другую книгу «Из истории общественной мысли Казахстана второй половины XIX века». Тут следует сказать, что в те годы исследования истории общественно­философской мысли Казахстана почти исключительно сводились к изучению наследия трех выдающихся национальных деятелей XIX века: Чокана Валиханова, Ибрая Алтынсарина и Абая Кунанбаева, произведения и идеи которых по официальным меркам укладывались в рамки партийно-советской идеологии. Зачатки правовой науки в Казахстане были заложены еще в дореволюционное время до 1917 года. Начиная с начала XIX века, а особенно с 50-х годов интерес со стороны официальных органов России и образованной части регио­нальных чиновников к изучению, в особенности правовой системы и судоустройства в Степном крае все больше возрастал. Это было связано с двумя обстоятельствами: с одной стороны, более активное проведение колониальной политики в Казахстане, связанной с полити­ческими преобразованиями и реформами, направленными на превра­щение его в окраинную управляемую территорию России, требовало большего знания и информации о крае; с другой — судебно-правовые учреждения, называемые «Степное право», «право восточного Дешт- кыпчака», «бийскими судами», были консервативно устойчивыми и в то же время наиболее влиятельными в общественно-политической жизни населения края. Более того, по мере углубленного знакомства и изучения жизни казахского народа некоторые русские ученые-вос­токоведы и юристы, а также отдельные чиновники в основном из числа политических ссыльных стали обнаруживать все новые и новые существенно позитивные, а иногда и оригинальные общекультурные черты в судебно-правовом устройстве казахов-кочевников и полуко­чевников. Так появились исследования ученых-востоковедов, долгое время живших и работавших в Казахстане: А.И. Левшина, В.В. Григо­рьева, А.А. Словохотова, труды деятелей и видных чиновников царс­кой администрации в Степном крае — Д.Я. Самоквасова, И. Козлова,П.Е. Макавецкого, Г. Загряжского, А. Леонтьева и др.

Правовая культура казахов и вопросы государственности, особая роль судов биев занимали видное место в произведениях и воззрениях крупных представителей казахской светской интеллигенции: Чокана Валиханова, Абая Кунанбаева, Шакарима Кудайбердиева, Алихана Букейханова, Ахмета Байтурсынова и др.

В последней четверти XIX века среди местной интеллигенции по­явились лица с высшим светским юридическим образованием. Так, Б. Каратаев окончил юридический факультет Петербургского универси­тета с именной золотой медалью, Ж. Акпаев после окончания юри­дического факультета Казахского казанского университета успешно защитил диссертацию, получив ученую степень в области юридичес­ких наук. Их статьи, записки и размышления о казахском праве «Жаргы» и о судах биев представляют большую научную ценность. Надо отдать должное тому, что Советское государство, родившееся в результате Октябрьской революции 1917 г., уделяло первостепенное внимание распространению образования и развитию науки не только в центре России, но и в союзных республиках, входивших в состав федеративного государства. В 1926 г. в Кзыл-Орде (бывшая столица республики) были открыты юридические курсы, преобразованные затем в двухгодичную юридическую школу, которая с некоторым перерывом существовала до 1954 года. В начале 1934 г. в Алма-Ате, которая с 1929 г. стала новой столицей республики, был открыт Институт советского строительства, положивший начало высшему юридическому образованию в Казахской ССР. В 1938 г. он преобра­зуется в Юридический институт, который в 1955 г. вошел в состав Казахского государственного университета, став одним из крупных его факультетов.

В мае 1945 г. в составе Казахского филиала Академии наук СССР был организован сектор права, а несколько позже сектор философии. С 1 января 1958 г. на базе сектора философии и права (юристы объ­единились с философами в мае 1955 г.) был образован научно-иссле­довательский Институт философии и права, который со временем превратился в крупное научно-исследовательское учреждение.

Период пребывания в Алма-Ате большой группы видных уче­ных-юристов Союза в связи с перебазированием сюда Московского юридического института и других институтов в годы Великой Оте­чественной войны (1941-1945 гг.) стал значительной вехой в развитии высшего юридического образования и правовой науки в Казахста­не. Среди них были крупные деятели правовой науки, профессора: И.С.Перетерский, С.С. Кравчук, М.К. Чельцов, Б.Я. Арсеньев, А.С. Стальгевич и др.

К началу 50-х годов XX века в Казахстане существовали два юри­дических учреждения: Алма-Атинский государственный юридичес­кий институт (учебный) и сектор права Академии наук Казахской ССР, где работали 40 профессоров и кандидатов наук. Более полови­ны из них составляли казахи. Если взять их по возрастному составу, то преобладающее большинство — молодежь до 35 лет. В апреле 1957 г. был образован Алма-Атинский научно-исследовательский инс­титут судебной экспертизы. В эти годы правовая наука Казахстана считалась более молодой отраслью знания по сравнению с другими естественными и техническими науками, представленными в струк­туре Академии наук республики.

В последующие годы в области правовой науки положение су­щественно стало меняться. Это в первую очередь было связано с тем, что в первые годы Великой Отечественной войны в Алма-Ату был эвакуирован Московский юридический институт с профессорами и 260 студентами, который разместился на базе Алма-Атинского юри­дического института и временно объединился с ним. Это оказало существенное влияние на становление и определение направлений развития правовой науки в Казахстане вообще, а в секторе права ака­демии наук в особенности. Московские профессора — юристы С.В. Юшков, Б.Я. Арсеньев, А.А. Пионтковский рекомендовали и пред­лагали казахским юристам избрать приоритетным направлением историко-правовую проблематику. В одном из ранних документов есть сведение о том, что проф. С.В. Юшков, лично опекавший наци­ональную правовую науку, в 1942 г. на заседании ученого совета Ин­ститута языка, литературы и истории, в составе которого тогда была секция государства и права, предложил приступить к разработке проблемы «Истории государства и обычного права казахов». Его активно поддержали: академик И.И. Мещанинов, находившийся в Алма-Ате и являвшийся академиком-секретарем Отделения литера­туры и языка Академии наук Союза ССР, а также видные казахские ученые Н.Т. Сауранбаев, А.Х. Маргулан, Е. Исмаилов, Б.С. Сулейме- нов. В свою очередь президент Академии наук Казахской ССР К.И. Сатпаев, уделявший особое внимание определению научной пробле­матики учреждений Академии, в 40-х годах связывается в Москве с академиком АН СССР А.Я. Вышинским, признанным в советское время авторитетом в области права, Е.А. Коровиным, членом-кор­респондентом АН СССР, директором Института государства и права АН СССР, которые подтверждают важность начинания правовых исследований в республике историко-правовой проблематики.

Издание в 1948 году первой книги «Материалы по казахскому обычному праву», осуществленное сектором права (составители Т.М. Культелеев, Г. Шакаев, М.Т. Масевич), было принято как неза­урядное явление в жизни правовой науки. Президиум Академии наук Казахской ССР тотчас же направил профессору С.В. Юшкову, напи­савшему предисловие к книге, и ее редактору, жившему в это время в Москве, благодарственное письмо, в котором было сказано: «Мы полностью разделяем Ваши мысли о том, что издание Сборника ма­териалов является только первым шагом в деле изучения казахского

обычного права». А президент Академии наук Казахстана К.И. Сат­паев 3 марта 1949 г. отправил по почте экземпляр книги академику А.Я. Вышинскому с личным сопроводительным письмом, в котором было сказано следующее: «Уважаемый Андрей Януарьевич, зная, что Вы интересуетесь историей права казахского народа, посылаю Вам «Материалы по казахскому обычному праву» — Сборник мате­риалов, составленный научными сотрудниками сектора права нашей Академии наук». И в годы заметного оживления и укрепления сек­тора права в его исследовательских планах историческая тематика оставалось доминирующей. Следует отметить, что в организацион­но-научном обеспечении данного научного направления большую непосредственную роль сыграл и крупнейший советский историк С.В. Юшков, избранный действительным членом Академии наук Казахской ССР первого состава (1946 г.) и фактически курировав­ший на протяжении многих лет развитие историко-правовой науки в Казахстане. Результаты не замедлили сказаться: к концу 40-х и в начале 50-х годов прошлого столетия по тематике, связанной с исто­рико-правовой культурой казахов, были подготовлены и защищены две докторские диссертации: «Очерки истории государства и права Казахстана XI и первой половины XIX в.» (С.Л. Фукс) и «Уголов­ное обычное право казахов» (Т.М. Культелеев), одна кандидатская диссертация «Право собственности дореволюционного Казахстана» (М.Г Масевич).

С преобразованием Казахского филиала Академии наук СССР в Академию наук Казахской ССР, которое состоялось в 1946 г., наука в республике получила новый импульс, а точнее, в традиционных и нетрадиционных направлениях формирование широкой сети науч­но-исследовательских институтов.

Становление Института философии и права в структуре Ака­демии наук Казахской ССР проходило на моих глазах и в какой-то мере с моим участием. Хронологически это относится к первому десятилетию его существования — к 1958 — 1969 годам. Как сейчас вспоминаю и судя по сжатым запискам в своих черновых блокнотах, особую роль в организации Института сыграл президент Академии наук Каныш Имантаевич Сатпаев, геолог по специальности, человек необыкновенного ума и склада мышления, масштабный ученый, выдающийся организатор науки, а также Шафик Чокинович Чокин, главный ученый секретарь Президиума Академии наук, по профес­сии металлург, достойно представлявший видение президента К.И. Сатпаева в делах Академии наук, строгий по нраву, вжившийся в науку, как в свой второй дом, Сактаган Баишевич Баишев, вице-пре­зидент Академии по общественным наукам с преданно партийным взглядом, честнейшим и человеческим мягким нравом, один из вид­ных экономистов, читавший в вузах курс политической экономии на казахском языке, что было редким явлением.

В период учения в докторантуре в Институте государства и пра­ва Академии наук Союза ССР (г. Москва), куда я был прикоманди­рован от Казахского государственного университета, где работал до этого деканом юридического факультета, академик АН КазССР ШЧ. Чокин, будучи в Москве, от имени руководства Академии предложил мне вернуться в Алма-Ату и снова возглавить сектор права Академии наук. По его словам, в ближайшей перспективе мо­жет быть создан Институт философии и права на базе объединения двух секторов: права и философии. Это было поздней осенью 1956 года. К слову, Академия наук республики для меня была родным учреждением, здесь я учился в аспирантуре в 1948 — 1950 гг., после ее окончания и защиты кандидатской диссертации, в 1950 — 1952 гг. исполнял обязанности руководителя сектора права до назначения меня директором Алма-Атинского государственного юридического института, что случилось в октябре 1952 года. Авторитет Академии наук во главе с К.И. Сатпаевым в то время был огромным. Я принял предложение. Вопрос об организации Института философии и права на базе объединенного Сектора философии и права на официальном уровне стал обсуждаться с середины 1957 года. В то время сущест­вовал порядок, согласно которому решение более или менее важного организационного вопроса касательно идеологических учреждений, тем более вопрос о создании новых и реорганизации существующих институтов по общественным наукам, нужно было предварительно в рабочем порядке согласовать с идеологическими отделами Цент­рального комитета Компартии республики — отделом образования и науки, отделом пропаганды и агитации, а затем с Секретарем ЦК КПК по идеологии. После получения одобрения в республиканском партийном органе 16 октября 1957 года президент Академик наук Казахской ССР, академик К.И. Сатпаев подписал письмо в два ад­реса: в Центральный комитет Коммунистической партии Казахста-

на и в Совет министров Казахской ССР. В нем писал: «Президиум Академии наук Казахской ССР просит разрешить организовать в составе нашей Академии наук научно-исследовательский Институт права и философии». Далее указывалось, что вопрос об организа­ции этого института положительно рассмотрен на сессии Совета по координации научной деятельности академий союзных республик при Академии наук Союза ССР. В качестве обоснования в письме указывалось на необходимость «укрепления социалистической за­конности и демократии, научной разработки вопросов советского строительства и философии». К этому времени в секторе философии и права, на базе которого должен был создаваться Институт филосо­фии и права, работали 27 чел. штатных работников и совместителей, в числе которых был один профессор (С.Я. Булатов) и 14 кандидатов наук. В дополнительной справке Академии наук, представленной правительству от 24 октября 1957 г., сообщалось, что среди сотрудни­ков сектора философии и права шестеро работают над докторскими диссертациями: юристы-С.Я. Булатов, В.А. Ким, В.Н. Маркелов, С.З. Зиманов, философы — К.Б. Бейсембиев, Л.М. Чечин. 8 января 1958 г. вышло Постановление правительства Казахской ССР об организации Института философии и права в составе Академии наук республики. В свою очередь Президиум Академии наук Казахской ССР во испол­нение указанного постановления правительства принял 13 января 1958 года свое постановление, которым были утверждены штат Института в количестве 51 единицы и его структура, состоящая из шести отде­лов, из них пять юридических и один по философии. Исполняющим обязанности директора института назначен кандидат юридических наук Салык Зиманович Зиманов, утвержден также состав ученого со­вета института из 11 чел., в числе которых было два философа — К.Б. Бейсембиев и П.В. Пресняков, зав. кафедрой философии АВПШ при ЦК КП Казахстана.