Взаимосвязь общей теории права и специальных правовых наук

Общая теория права на самом деле не является «общим» по от­ношению к другим правовым наукам втом смысле, что она не включает в себя все эти правовые науки и не соотносится к последним как целое к частям целого, как общее к элементам общего. Общая теория права отличается от отраслевых правовых дисциплин тем, что она — наука более высокого уровня, а следовательно, и тем, что ее предметом явля­ются законы и закономерности, принципы и внутренняя взаимосвязь движения и развития правовой системы, взятой как социально-право­вой действительности в целом. Специальные правовые науки изучают не часть и не отдельные элементы предмета общей теории права. В таком случае они были бы производны от общей теории права. Они изучают правовые структуры на другом, «прикладном» уровне. Если общая теория права относится к фундаментальным (теоретическим) наукам в системе правоведения, то отраслевые правовые дисциплины относятся к теоретико-прикладным правовым наукам.

Общая теория права является «общим» не в том смысле, что она покрывает другие правовые науки и превращает последних в потребителей ее продукции. Общая теория права «общей» является потому, что она изучает, открывает и разрабатывает общие закономерности, важную общую связь, присущие правовой системе как цельной и еди­ной конкретности.

Отраслевые правовые науки нельзя считать частными случаями общей теории права, ибо они лежат на разных уровнях правового зна­ния и не являются однопорядковыми общими и частными науками.

Общая теория права отличается от специальных правовых дис­циплин и по способу подхода и по целям и методам изучения общих и тех же явлений правовой реельности. Она в отдельном пытается обнаружить и вскрыть общие моменты, свойства целого и через них оценивать его как жизненная форма их проявления. А специальные правовые науки к отдельным явлениям, к их группе подходят с глав­ной целью познания их специфических закономерностей и свойств связей, характерных только этим группам явлений. В общей теории права при изучении различных форм и институтов правовой систем­ной реальности осуществляется сведение их к единому основанию, фокусировка «к центру» всего этого многообразия.

Общая теория права и отраслевые правовые науки имеют общий объект — правовая система как жизненная реальность, хотя изучают они различные его уровни, стороны и этапы. Выводы и разработки общей теории права носят общетеоретический характер, а выводы и разработ­ки специальных и отраслевых правовых наук носят частнотеоретичес­кий, теоретико-прикладной, специально-познавательный характер.

В то же время существуют единство и взаимосвязь между общей теорией права и специальными правовыми неуками. Они заключаются во внутреннем единстве их объектов изучения, а следовательно, и в общности теоретического их отражения, когда в каждой из этих наук воспроизводится многообразие отдельного и единичного как формы общего и единого. Общая теория права и отраслевые правовые науки дополняют друг друга. Недостаток и проблемы в одной из них так или иначе отражаются и сказываются на других правовых науках.

Правовое знание целостно, поскольку оно есть логическое или теоретическое освоение цельного объекта в различных срезах и на разных уровнях. Правовое знание «этажировано» в том смысле, что оно состоит из разных пластов. Фундаментом, основанием всего этого знания являются общетеоретические понятия, разрабатываемые в об­щей теории права, которые описывают и дают картину движения всей правовой массы и ее частей на сущностно-закономерном, субстанци­онально-генетическом уровне. В силу этого в системе правовых наук общей теории права принадлежит ведущая роль.

Между общей теорией права и отраслевыми правовыми дисцип­линами существуют взаимно дополняющая и обусловливающая орга­ническая связь, — прямая и обратная, — в которой общая теория права занимает ключевую позицию. В конечном счете в ней сходятся эти связи и формируются законы и закономерности всей совокупности связей и коммуникативных отношений в правовой системе в целом.

Может ли в принципе отраслевая наука, изучающая отдельные об­ласти правовой системы обходиться собственными теоретическими формулами и не прибегать к услугам выводов и построений общей теории права? С точки зрения интересов подлинной науки, это невоз­можно. Не может обходиться потому, что компоненты и пласты право­вой реальности не могут быть правильно поняты вне системы права, вне целого. Раскрыв, познав природу, способа действий и функциони­рования права в целом, полагаясь на эти познанные закономерности и тенденции, можно познать его отдельные фрагменты институтов и отраслей.

Разумеется, на практике не всегда получается, как в теории, идеаль­но. Специалисты, занимающиеся изучением отдельных институтов и отраслей права, нередко мало обращают внимания на общую теорию права, пытаются выработать собственные теории изучаемого явления и полагаться почти исключительно на собственный теоретический ба­гаж. Не подлежит сомнению, что такие обобщения и теории не перехо­дят границы эмпирического познания и являются узкопрактическими и малоэффективными в смысле руководства ими. «Активность» таких теорий теряется с потерей активности их авторов.

Ученые, работающие в отраслевых науках, так или иначе, в конце концов постоянно будут наталкиваться на общие вопросы права. Это связано с тем, что, изучая отдельные фрагменты правовой реальности, в конце концов исследователь вынужден действовать в соответствии с природой самого права в целом. Обогащение и развитие общей теории права происходит по двум основным каналам. Во-первых, в ней кон­центрируются и синтезируются опыты истории познания правовых яв­лений, включая сюда выводы, данные и теории специальных правовых наук — это непременное важнейшее условие. Во-вторых, общая теория права изучает важнейшие, перспективные сферы правовой жизни об­щества как проблемы, в срезе их общесистемного значения безотноси­тельно того, входят ли эти сферы в предмет тех или иных отраслевых правовых наук. Часто эти области правовой жизни лежат на стыке ряда отраслевых правовых наук или в полосе предметов нескольких из них.

Не точно положение, утверждающее, что «…теория государства и права не может основываться на том материале, который содержится в отдельных юридических дисциплинах и обобщается ею… Она опира­ется на них в целях непосредственного и самостоятельного познания государственно-правовой деятельности».

Здесь придается довлеющее или даже исключительное значение в прогрессе общей теории государства и права непосредственному исследованию правовой реальности, а роль других правовых наук, накопленного в них правового знания рассматривается как лишь под­спорье для обращения ученых, работающих в области общей теории права, к самой правовой действительности.

Общая теория права зависима от понятия и теории отраслевых пра­вовых наук, но не столько, что она следует за ними, подбирает только их результаты. Эта зависимость общей теории права есть зависимость знания большого уровня от знания меньшего уровня, общего от отде­льного. Она не есть зависимость вторичного — общей теории права, от первичного — отраслевых правовых наук. Такое сравнение в системе наук вовсе неуместно.

Общая теория права есть система знаний о праве. Она не может не опираться и не аккумулировать научные знания, выработанные в специальных и отраслевых правовых науках. Однако возведение зна­ний, накопленных в отраслевых правовых науках, в ранг общетеоре­тических, как правило, осуществляется не механически, не в порядке переноса их в арсенал общей теории права, не непосредственно, а путем осмысления их через законы и категории, принципы и понятия общей теории права, путем их исторического и логического анализа и методами общей теории.

Контактирующая тесная взаимосвязь общей теории права и отрас­левых правовых наук выступает и в их отношениях к государственно­правовой практике. В литературе распространено мнение, что выводы и положения общей теории государства и права «в значительной сте­пени… опосредствованы в практических рекомендациях специальных наук правоведения». Некоторые авторы идут еще дальше и считают, что связь науки общей теории права с жизнью, с практикой прежде всего выражается в ее связи с отраслевыми правовыми науками. Это верно, только в известной степени. Специальные правовые науки, как нами указывалось, имеют больше теоретико-прикладной характер, в силу этого ими осуществляется разработка «технологии» внедрения в практику ряда фундаментальных теорий через каналы и формы, ха­рактерные для предметной области каждой из этих специальных.

Однако это не означает, что общая теория права выходит на прак­тику только через разработки отраслевых наук. Разработки общей теории права, в отличие от фундаментальных теорий технических и естественных наук, имеют широкий непосредственный выход на государственно-правовую практику. Реализация многих правовых норм, их требований связана не только со знанием методов и обобще­ний отраслевых правовых наук, в сферу предмета которых входят эти нормы, но и с овладением общей теорией реализации правовых норм. Дело в том, что теоретико-прикладные разработки отраслевых наук, как правило, обнаруживают полную силу и приобретают должный смысл в сети общей теории. Руководство на практике только одними рекомендациями специальных правовых наук заранее обусловливает вероятность скольжения к узкому практицизму. Далее, в общей те­ории права некоторые общие проблемы разрабатываются настолько развернуто с достаточной глубиной, что при изучении ее в отраслевых правовых науках на объектах этих наук, заранее предполагается об­ращение практики к этим общетеоретическим выводам как условие правильного осмысления и освоения материалов, рекомендаций от­раслевых дисциплин.

Общую теорию права нельзя представлять как теорию, далекую от практики, от жизни права. Фундаментальность разработок общей теории права состоит не в том, что они отвлечены от жизни и вита­ют в сфере глубокой абстракции, а в том, что они вскрывают более глубокие, существенно-важные законы правовых явлений, имеющие важнейшее значение для государственно-правовой практики.