Парламент Казахстана в трудные годы провозглашения независимости — С. З. Зиманов

Автор был одним из тех, кто стоял у истоков и был заметным участником исторического процесса провозглашения независимости Республики Казахстан. Он не только видел весомые детали тех дней, несущие особенности, суть процесса, и как уже зрелый ученный был в состоянии оценивать их в выступлениях в Парламенте, а также и в печати.

В книге они заговорили языком и в манере тех дней, пронизанные духом свободы и народовластия, донося до читателей основную идею о том, что исторический процесс провозглашения независимости Казахской Республики, доставшийся в трудные годы, был и историческим шансом, возможно и последним, на пути возрождения казахского народа, как государствообразующей нации демократической модели.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Мне памятны и вспоминаются групповые, стихийно возникшие депутатские чаепития-торжества поздно вечером вслед и после принятия Верховным Советом (Парламентом) Декларации о государственном суверенитете Казахской ССР 25 октября 1990 года, тут же в комнатах депутатского корпуса. В одном из них, в котором участвовало 25-30 человек, в основном активные сторонники принятия Декларации (несмотря на семичасовое обсуждение около одной четвертой части депутатов — 71 человек — голосовала против), помню кроме меня были некоторые председатели комитетов — Такежанов С., Акуев, Жолдасбеков У., Ауэзов М., Клочков, депутаты Ушбаев К., Козыбаев М., Алдамжаров Г. и другие. Как всякая такая вечеринка, она проходила с ликованием, в условиях веселой торжественности и с полной свободой выражения задумок и мыслей, характерных для тех дней и периода развала Союза ССР с суверенизацией бывших союзных республик. Просматривая теперь спустя столько лет краткие записи в своем дневнике об этом дне «чаепития», в котором запечатлены наиболее интересные и яркие, на мой взгляд, высказывания его участников и аспекты дебатов между ними. По ним вполне можно предоставить общее ликование его участников, в то же время об их понимании происходящих политических событий, характерных для того периода для передовой, интеллигентной части общества. Вот некоторые из них. Думаю, они представляют интерес и для современников:

— «Независимость должна иметь человеческое лицо, а потом национальное», а по мнению его оппонента «Независимость должна иметь одновременно человеческое и национальное лица».

— «Этот день является звездным часом в истории Казахстана».

— «Государственный суверенитет Казахской ССР есть высшая форма его автономного развития и самоопределения».

— «Казахи должны благодарить вначале бога, а затем Ленина, Сталина, Ельцина, Назарбаева, Абдильдина за провозглашение автономии, а сегодня суверенной Казахской Республики». (Президент Н.Назарбаев был главной фигурой при обсуждении и принятии Декларации, выступал 11 раз при этом, а Абдильдин был тогда председателем Верховного Совета).

— «Пусть выходят из СССР прибалтийские Республики, а Казахстан останется в его составе на основании Союзного договора».

— «Пришел крах СССР, но Советская власть будет жить».

— Казахстан один жить не может, он должен войти в Союз с Россией и Узбекистаном».

— «И не пьющий сегодня поднимает бокал, ибо вернулась ему новая жизнь, именуемая независимость».

— «Мировая буржуазия может радоваться, в ее ряды влилась еще одна советская республика».

Первое пятилетие провозглашения и становления государственного суверенитета и независимости1 Казахской Республики, хронологически охватывающее 1990-1995 годы, было полно и перенасыщено важнейшими, отчасти противоречивым событиями политического и законодательного плана, этим оно было интересно и грозно. Многое в жизни и судьбе Казахстана зависело от того, что происходило в СССР и РСФСР. Особенно политическая ситуация в них оставалось весьма сложной: а) 15 мая 1990 года на 3-ом Внеочередном съезде народных депутатов СССР Генеральный секретарь ЦК КПСС М.С.Горбачев избран Президентом СССР; б) 12 июня 1990 года первый съезд народных депутатов России принял Декларацию о государственном суверенитете РСФСР, а через год, 12 июня 1991 года на состоявшихся выборах первым Президентом РСФСР избран Ельцин Б.Н.; в) 8 декабря 1991 года заключено Беловежское соглашение России, Украины и Беларуси. Им принято решение о роспуске СССР и о создании Содружества независимых государств (вместо Союзного договора); г) в августе 1991 года совершена попытка государственного переворота в СССР («августовский путч»); д) 25 декабря 1991 года М.С.Горбачев подписал Указ о сложении с себя полномочий Президента СССР, этим самым формально и официально пришел конец СССР. В этот же день спустили государственный флаг СССР и над Московским Кремлем был водружен государственный флаг РСФСР; е) 24 сентября 1993 года X чрезвычайный съезд народных депутатов РСФСР принял обращение к парламентам, президентам и правительствам СНГ, в котором было сказано, что «по воле Б.Н.Ельцина в Российской Федерации осуществлен государственный переворот, растоптаны Конституция, и законы государства … Б.Н. Ельцин отрешен от должности Президента страны. Приведен к присяге вице-президент А.В.Руцкой, временно исполняющий полномочия Президента Российской Федерации. Однако это решение не имело силу и было отменено.

Катастрофическое падение экономики, а следовательно и резкое ухудшение благосостояния населения России, заодно и Казахстана хорошо прослеживается на состоянии и соотношениях валютного курса. Так, на 1 ноября 1990 года за один доллар давали 1,8 рубля, 24.07.1991 уже 32 рубля (установленный курс Госбанком СССР), за 1992 год курс доллара США вырос с 125,26 до 414,50 рублей, а за 1993 год доллар подорожал более, чем в 10 раз и стоил 4522.00 рублей (на 13 ноября). Национальная валюта — тенге Казахстана, в момент введения — с 15 ноября 1993 года ее курс был установлен из расчета один доллар США 4,75 тенге, а в 1994 году биржевой курс доллара вырос почти в 8 раз — с 6,31 до 54, 26 тенге. Все это, что происходило в СССР и в Российской Федерации прямо и существенно влияло на внутреннюю в первую очередь политическую ситуацию Казахской Республики. Особенно два неожиданных события усилили напряжение в верхах и в стратегической политике страны. Это, во-первых, августовский 1991 года путч в Москве с целью захвата власти и реставрации СССР, а следовательно и вернуть бывших союзных республик, объявивших государственную независимость, снова в «семью» Советской империи. Во-вторых, это интервью Украинскому телевидению президента СССР М.С.Горбачева, данное им вслед за решением Беловежского соглашения трех стран— России, Украины и Белоруссии о роспуске СССР от 8 августа 1991 года. В нем, как сказано в специальном заявлении Верховного Совета Республики Казахстан от 13 декабря 1991 года «прозвучали его рассуждения о возможности территориальных претензий друг другу со стороны государств, решивших выйти из СССР. Так, например Россия, по утверждению М.С.Горбачева, во время освоения целины, якобы передала Казахстану пять северных областей».

Нарастающему напряжению в первую очередь в политической жизни республики, кроме экономической разрухи и резкого ухудшения материального благосостояния основной массы населения, вызванные переходным периодом и революционными преобразованиями, способствовали сложные внешнеполитические события в СССР и Российской Федерации, связи с которыми, как и прежде, оставались в республике еще определяющими. Напряжение это отразилось и на взаимоотношениях между исполнительно-распорядительными и контрольными основными ветвями власти в республике, особенно между Парламентом (Верховным Советом) и Президентом. Парламентарная форма правления ускоренно перерастала в парламентарно-президентское правление, а последнее в Президентскую Республику с вытекающими отсюда последствиями в устройстве и механизме государствоведения. Причем это происходило не гладко, с серьезными противоречиями. Разразился парламентский кризис: дважды был распущен Верховный Совет: двенадцатого созыва (апрель 1990 — декабрь 1993 г.г.) и тринадцатого созыва (апрель 1994 — март 1995 г.г.). Такого примера не было ни в одной другой республике СНГ. Парламентский кризис сопровождался также и конституционным кризисом: в течение менее трех лет были приняты две Конституции — 28 января 1993 года и 30 августа 1995 года. Первая из них принята Верховным Советом Республики, а вторая — на Республиканском референдуме. Такого примера также не было в других Республиках СНГ.

В этих сложных и противоречивых условиях Президент, Парламент и Правительство, их рабочие органы, несмотря на некоторые недостатки и несогласованности, и даже несмотря на уже замеченное проявление болезни властолюбия в высших сферах управления, что было неизбежно в эти годы, работали плотно, интенсивно, в целом и эффективно. Сомнение среди части депутатов, имевшее место при учреждении поста Президента, мол не приведет ли это к авторитарному управлению, быстро улеглось, хотя не было снят Надо дать должное, что Президент Республики Н.А. Назарбаев был опытен, активен, более глубок при анализе и оценке общей ситуации и в поисках ответов на возникающие вопросы в ходе социально-экономических преобразований и обеспечении многовекторной государственной безопасности в процессе становления и укрепления суверенитета республики. Можно сказать, что он в переходный период во всех областях модернизации жизни страны, в том числе и в парламентской деятельности играл ключевую роль.

Вспоминая работу Парламента в первое пятилетие Республики, при его председателях Асанбаева Е.М., Абдильдина С.А., Кекилбаева А.К. могу сказать с убеждением, что он был полон энергетики и достаточно дееспособным как по составу депутатов и их активности, так и по тем свойственным Парламенту функциям, в том числе контрольным, по стилю и демократическим методам их исполнения и реализации. Этому во многом способствовала наличие сформировавшегося влиятельного парламентского центра, состоящего из большинства депутатов-сторонников нового демократического курса реформ и права казахской нации на государственность как формы ее самоопределения. Наличие в Парламенте партийных групп и блоков разной идейной и партийной ранговой ориентации, но в большинстве своем в конечном счете признающих силу тенденции реального политического, общественного развития Республики и силу логики в дискуссиях самым положительным образом отразилось в его деятельности. В этом имело значение образованность и человеческая зрелость большинства депутатов. То, что одна четвертая часть депутатов Верховного Совета двенадцатого созыва формировалась из представителей общественных и творческих организаций, в том числе и научных, заметно позитивно сказывалось в работе Парламента в самые трудные первые годы его деятельности. Важно отметить и то, что несмотря на напряженность ситуации и бедность страны, Парламент стремился, чтобы сделать свою деятельность прозрачной и для установления постоянной связи с избирателями. Парламент имел свою газету полного формата на казахском и русском языках, свой оперативный бюллетень, издания в виде стенографического отчета, информационный центр, правительственный час и другие институты, и служебные атрибуты.

Парламент (Верховный совет) двенадцатого и тринадцатого созывов тем был отличен от последующих созывов, что в нем было больше свободы слова, соревнования мыслей и критические высказывания по отношению к работе самого Парламента, Правительства и Президента. В этой части были и отдельные недоразумения, перегибы и увлечение в использовании особенно контрольных полномочий депутатами, обиды и жалобы, но все они в основном исходили из лучших намерений служить независимости страны, были полезны и необходимы для поддержания климата, свойственного демократическому парламентаризму.

Работая над этой книгой в качестве главной задачи имел, по возможности воссоздать реальную картину тех дней, того начального этапа переходного периода, со всеми его поворотами и зигзагами, сложностями и противоречиями, приведшими к развалу одной из великих держав мира — Союза ССР и образованию галереи независимых государств, ранее входивших в его структуру в качестве формальных автономий, а на деле являвшихся региональными его провинциями. Имеющие значение детали и штрихи больших и малых событий и свершений, характерные для хода и развития политических событий, наиболее рельефно и занимательно выступают в статьях тех дней и того периода, написанных по свежим их следам. В предлагаемой работе ряд ее глав носит название «Мысли тех лет…» в области определенной проблемной сферы возрождения и деятельности Казахского государства. В них, как правило, даются объяснения особенности и необходимости постановки и освещения в данный момент того или иного вопроса, являющегося тем самым значимым и предметом рассмотрения, они читателя вводят в конкретную обстановку в фоновом изображении.

Относясь с большим уважением к Президенту Н.А.Назарбаеву, ценя его несомненный личный вклад в становление и укрепление государственной независимости Республики, в то же время я не был слепопослушным, высказывал открыто на парламентских заседаниях и в статьях свое несогласие с его трактовкой некоторых вопросов и свои возражения относительно некоторых его решений, связанных с превышением своих полномочий и нарушающих законность. Не скажу, что я всегда был прав и не скажу, что мои доводы эти высказывания его порою не раздражали. Однако все это было естественной издержкой школы переходного периода. Я не только был депутатом, но и ученым. И не только был ученым. Сказывалось и то, что я прошел школу в армейских фронтовых условиях на должностях старшего офицера.

Пусть читатель не подумает, что я будучи депутатом в эти годы больше предался написанию статей в ущерб депутатской деятельности. Да, опубликовал сравнительно немало статей на страницах газет и журналов, как правило, в виде критического анализа и постановки вопросов, обсужденных или подлежащих обсуждению в Парламенте. Думаю, что они были полезны, ибо вопросы, поднятые и рассмотренные в них были злободневны и актуальны. Об этом свидетельствуют официальные отзывы о моей депутатской деятельности. На опросах, проводимых время от времени по инициативе то аппарата Президиума Верховного Совета, то групп и центров конкретной социологии и газет, мое имя почти постоянно значилось в числе первых депутатов, пользовавшихся положительным рейтингом. Так, в газете «Казахстанская правда» в самом начале 1991 года была опубликована статья «Штрихи к портретам Парламента». В ней были данные — итоги, проведенного информационным центром Парламента опроса депутатов во время второй его сессии — с 15 октября по 10 декабря 1990 года. В ней было сказано: «В ходе опроса были выявлены и лидеры Республиканского парламента. Самым высоким оказался рейтинг депутата С.З. Зиманова — 38, затем следуют депутаты С.С. Сартаев — 27, С.Т. Такежанов — 21, М.Т. Останов — 16». Почти через год депутат Козлов А., журналист по профессии в «Казахтанской правде» обо мне писал: «С.Зиманов, депутат почти непререкаемым авторитетом, человек, после выступления которого очередной законопроект, как правило, принимается или отправляется на доработку». 7 декабря 1993 года, Постановлением Президента РК мне (в числе трех — Айтматова Ч.Т., Гужвина А.П., глава администрации Астраханской области РФ) присудили «Президентскую премию мира и духовного согласия», учрежденного год тому назад. В нем сказано: «Зиманову Са-лыку Зимановичу — академику Национальной академии наук Республики Казахстан. За активную законотворческую деятельность, направленную на поддержание общественно-политической стабильности, укрепление взаимного доверия, единства многонационального народа Республики». В комментарии заместителя Премьера-Министра Султанова Куаныша по поводу присуждения указанной премии в части, посвященной мне сказано: «Мудрые, взвешенные выступления академика, поистине интеллигентного человека, любая аудитория неизменно встречает с пониманием и уважением. По последнему социологическому опросу он один из самых популярных народных депутатов Республики». Все это привожу не ради бахвальства, которое мне в этом возврате совершенно чуждо, меня уже слава и награды не только не прельщают, но и я безразличен к ним.

С приобретением независимости для Казахской Республики началась новая эпоха. Основные черты и особенности, демократические механизмы государственности и модели будущего этой новой эпохи закладывались, отчасти и формировались, в основном, в первые пять лет суверенитета и независимости страны. Роль в этом первого Президента, первого Парламента (Верховного Совета) и первого Правительства Республики, как бы они не стали объектами критики, довольно значительна и приоритетна.

Парламент (Верховный Совет) Республики этих лет, несший основной груз и основную ответственность совместно с Президентом за состояние и утверждение независимой Республики, несмотря на пережившие кризисы, был и останется в истории и в памяти народа как состоявшийся и оправдавший надежды высший законодательный орган страны в судьбоносное время.

Глава 1. ДЕКАБРЬСКИЕ СОБЫТИЯ 1986 ГОДА В Г. АЛМА-АТЕ БЫЛИ ПРЕДВЕСТНИКОМ НЕЗАВИСИМОСТИ И НАСТУПЛЕНИЯ НОВОЙ ЭРЫ СВОБОДЫ

1.1. Памятны и нельзя забыть Декабрьские события (1986 года) в г.Алма-Ате, их жертв — мертвых и живых

Декабрьские выступления 1986 года, основную силу в которых составляла студенческая молодежь, переросшие от митинговой демонстрации в политические протесты в г. Алма-Ате, по судьбоносной значимости, по массовости (участвовало около 40 тыс. человек), по насыщенности героизма участников и трагизма в судьбах многих их участников, были одним из грандиозных социально-политических событий в истории Казахстана. Мы еще не успели, в силу разных обстоятельств, осознать это событие в полном адекватном ему достоинстве. Не менее грандиозные задачи, связанные с провозглашением государственной независимости Республики, объявленной на развалинах могущественной вчера мировой державы Советского Союза, отстаивание и укрепление этой независимости, значительно отвлекли внимание верхов и низов казахстанского общества от Декабрьских событий, происшедших накануне. По мере стабилизации жизни и укрепления внутренней и внешней позиции казахстанского общества, осознание значения Декабрьских событий станет более глубоким, а их герои обретут достойную славу. На алтаре Отечества по-новому засверкают не только славные имена непосредственных участников Декабрьских событий, вместе с тем и имена видных деятелей культуры, которые вдохновляли демонстрантов, будучи в их рядах, и тех, которые в условиях репрессивного режима и в присутствии первых руководителей этого режима открыто и публично говорили им в лицо, клеймили их за расправу над участниками событий. В числе таких деятелей непременно, думаю, будут Хасен Кожахметов, писатель, композитор, один из героев событий, неустанный борец за самоопределение и свободу казахского народа; Михаил Исиналиев, будучи Министром, несмотря на это, в единственном числе выступивший с оправданием идей Декабрьских событий и с разоблачительной критикой политики властей в этом вопросе на Республиканской партийной конференции, которой руководил Г.В. Колбин, созванной вслед за подавлением демонстрантов; Жубан Молдагалиев, крупный поэт, фронтовик, сказавший в упрек и в глаза Г.В. Колбину, в его присутствии на собрании Союза писателей Казахстана: «Лучше было бы мне умереть на фронте, чем видеть и быть свидетелем кровавой расправы над демонстрантами»; Мухтар Шаханов известный поэт, общественный деятель, яркий идеолог демонстрантов событий, инициатор и руководитель вначале общественной, а затем и парламентской Комиссии по Декабрьским событиям; Алдан Ай-ымбетов, обосновавший и издававший собственную газету критического направления, в то время единственную, на страницах которой печатались его же и другие статьи, материалы в поддержку участников Декабрьских событий и др.

Декабрьские события 1986 года в г.Алма-Ате настолько были значимы в политическом плане и для безопасности союзной державы, что они оказались в центре большой политики командно-контрольного ядра советского государства — Центрального Комитета Коммунистической партии ССР в Москве. Как теперь стало известно, Политбюро ЦК КПСС заседало почти каждый день, а иногда два раза в течение суток в первые дни событий, начавшихся 17 декабря 1986 года, для рассмотрения ситуации, ее оценки и о экстренных мерах, принятие которых считалось неотложным, для подавления протестного выступления в г.Алма-Ате. Возникла реальная опасность быстрого распространения движения в поддержку алма-атинских выступлений на другие районы и области Республики. Развитие событий было таково, что Алма-Атинское выступление реально могло стать общеказахским и казахстанским событием. Ликвидировать протестное выступление в зародыше любыми мерами, в системе которых преимущество отдавалась использованию военных и военизированных подразделений специального назначения, вооруженных подручными средствами избиения: саперными лопатами, дубинками-прутьями, цепными наручниками и др. Срочно, в дополнение к тысячам местных милиции и солдатам внутренних войск, были переброшены по воздуху извне специальные воинские подразделения, в том числе десантные, даже из Дальнего Востока. Одновременно для координации деятельности местных органов и военных и принятия необходимых мер подавления больших и малых очагов протестных выступлений были из Центра командированы в г.Алма-Ата ответственные воинские и гражданские чины, в том числе член Политбюро ЦК КПСС Соломенцев М.С.

Непосредственным поводом для выступления студенческой и рабочей молодежи была смена высшей партийной власти в Республике: вместо первого секретаря ЦК Компартии Казахстана, члена Политбюро ЦК КПСС Кунаева Д.А. Москва назначила Г. Колбина, русского, вовсе неизвестного до этого в Республике. Не смена власти, а то, что править Республикой будет «чужеземец» было расценено многими как кадровое недоверие казахам. Неужели за 70 лет Советской власти не была подготовлена достойная смена первого руководителя из коренного населения? Таких кандидатов было на самом деле и немало, а почему тогда этот принцип, провозглашенный самой высшей партийной власти, игнорировался? — эти и другие вопросы задавали себе многие из образованных слоев не только казахского населения. А казахская молодежь, особенно та ее часть, обучавшихся в высших учебных заведениях, реагировала на это особенно остро, которое была свойственно поколению этого возраста. Весьма опасную разжигающую роль сыграло неумное, солдафоновое публичное выступление одного из секретарей райкома партии города перед волнующей молодежью: «что важно для вас, чтобы первый секретарь ЦК был казахом или в магазинах был хлеб». После таких «разъяснительных работ» молодежь решила демонстрировать свою волю и униженное настроение публично, выйдя на площадь.

На транспарантах участников выступления, как это запротоколировано, были лозунги, призывы и обращения, вроде: «мы против извращения ленинской национальной политики», «дайте руководителя казаха», «в Грузии — грузин, Узбекистане — узбек, а в Казахстане — русский» и другие подобные варианты. По официальным данным государственных органов, которые восприняли это выступление с явным раздражением, к 12 часам 17 декабря собралось на площади около 500 человек, а к вечеру их было уже десятки тысяч. По мнению известного исследователя М.Койгелдиева их было не менее 25-30 тысяч человек на площади и на прилегающих к ней переулках.

Грубые, прямолинейные и бескомпромиссные действия со стороны руководящих органов власти, направивших против них целый корпус военных и милицейских подразделений с применением водометов, саперных лопат, дубинок и физических сил, спаивание молодежи, спровоцировали то, что мирное митинговое массовое выступление вылилось в форму безоружного восстания с определенными требованиями борьбы за правильную национальную политику, против насилия и за свободу.

Власть с самого начала не думала и не замышляла о переговорных и иных мирных способах разрешения социально-политического конфликта с демонстрантами. Она встала на прямолинейный и бескомпромиссный путь применения силы и угрозы по отношению к ним, а также пыталась внести разлад в межэтнические отношения, квалифицировав выступление казахской молодежи как националистическое, направленное не против российской власти, а якобы против русских. В Алма-Ату были в экстренном порядке в течение 17-18 декабря переброшены воинские подразделения специального значения, преимущественно воздухом. По подсчетам академика Козыбаева М. одних военных, выдвинутых против демонстрантов, составило около 40 тысяч и еще от 10 до 15 тысяч дружинников, вооруженных стальными прутьями. А по данным, приведенным Американской Хельсинской группой, скрупулезно следившей за событиями в Алма-Ате, для расправы с демонстрантами было задействовано 50 тысяч военных и 20 тысяч сотрудников милиции, 15 бронетранспортеров и 20 поливальных и пожарных машин.